WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«Т.Д. Здольник ТОКСИКОЛОГО-ГИГИЕНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ВЛИЯНИЯ МЕТАЛЛОВ НА ФУНКЦИЮ ПИЩЕВАРЕНИЯ Монография Рязань 2007 УДК 615.916:616.3 ББК 55.84+54.13 З46 Печатается по решению ...»

-- [ Страница 1 ] --

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина»

Т.Д. Здольник

ТОКСИКОЛОГО-ГИГИЕНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

ВЛИЯНИЯ МЕТАЛЛОВ

НА ФУНКЦИЮ ПИЩЕВАРЕНИЯ

Монография Рязань 2007 УДК 615.916:616.3 ББК 55.84+54.13 З46 Печатается по решению редакционно-издательского совета Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина» в соответствии с планом изданий на 2007 год.

Рецензенты: Г.И. Румянцев, д-р мед. наук, проф. акад. РАМН А.А. Ляпкало, д-р мед. наук, проф.

Здольник, Т.Д.

Токсиколого-гигиенические аспекты влияния металлов на функцию З пищеварения : монография ; Ряз. гос. ун-т им. С.А. Есенина. — Рязань, 2007. — 172 с.

ISBN 978–5–88006–480– В монографии представлены результаты научных исследований, касающихся токсиколого-гигиенических аспектов влияния соединений металлов на функцию пищеварения. На основе анализа результатов многочисленных экспериментов на животных показаны значение нарушения функции пищеварения как одного из критериев токсического действия металлов на организм; особенности, закономерности и механизм токсического влияния металлов на функцию пищеварения; зависимость токсического эффекта металлов на функцию пищеварения от формы их соединений и путей поступления в организм, дозы и длительности воздействия.

Монография предназначена для врачей-гигиенистов, врачейклиницистов, экологов, токсикологов.

Ключевые слова: функция пищеварения, методы исследования и оценки, металлы, цинк, олово, свинец, хром, молибден, вольфрам, токсиколого-гигиеническая характеристика.

ББК 55.84+54. © Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Рязанский государственный университет имени C.А. Есенина», ISBN 978–5–88006–480–

ВВЕДЕНИЕ

Распространенность болезней органов пищеварения довольно высока во всех странах мира [49, 105, 124, 174]. В России до процентов населения страдают гастроэнтерологическими нарушениями [8]. В последние 10—15 лет отмечается рост заболеваемости отдельными нозологическими формами болезней органов пищеварения [49, 86], в связи с чем заболевания и функциональные нарушения органов пищеварения привлекают все большее внимание клиницистов и гигиенистов [36, 44, 49, 50, 55, 86, 174].

В ряду причин возникновения данного вида патологии одно из первых мест принадлежит воздействию факторов окружающей среды [5, 20, 21, 56, 63, 124, 174]. Универсальными загрязнителями окружающей среды являются металлы, которые представляют собой большую и разнообразную группу веществ, широко используемых в промышленности, сельском хозяйстве, научных исследованиях, медицине и других областях деятельности человека [59, 169, 198].

Основными источниками поступления металлов в окружающую среду являются предприятия металлургической, металлохимической, химической, авиационной промышленности, приборостроения, радиотехники, электроники, машиностроения; производства, осуществляющие процессы сварки, пайки, гальванизации.

Мощным фактором контаминации окружающей среды металлами являются процессы сжигания всех видов топлива, а также промышленных отходов. К непосредственным причинам загрязнения почвы и подземных вод относится захоронение твердых промышленных отходов. Использование соединений металлов в качестве пестицидов и удобрений также приводит к накоплению их в объектах среды обитания человека [138, 155, 169, 198, 199, 283, 299]. Причиной непосредственного загрязнения металлами пищевых продуктов может быть миграция металлов из фарфоровой, фаянсовой, металлической посуды и оборудования пищевых предприятий; упаковки, тары и оборудования, изготовленных из полимерных материалов [26, 198, 199].

Присутствие металлов в окружающей среде приводит к поступлению их в организм человека с водой, пищевыми продуктами, вдыхаемым воздухом [26, 103, 138, 221, 228, 274 и др.].

Проявления токсического действия металлов разнообразны и определяются как самим металлом, так и характером соединения, в состав которого он входит. Вместе с тем, органом-мишенью любого металла является система органов пищеварения, что связано с двумя моментами. Во-первых, желудочно-кишечный тракт может непосредственно подвергаться воздействию металлов на этапе их поступления в организм [124, 248, 256, 267, 278, 290, 300], причем не только с водой и пищевыми продуктами, но и с вдыхаемым воздухом за счет заглатывания со слюной [20, 45, 282]. Во-вторых, возможность токсического влияния металлов на функцию пищеварения связана с процессом выведения указанных веществ из организма, так как одним из путей их эвакуации является желудочнокишечный тракт [20, 123, 124, 212, 220, 245, 261, 268, 271, 287], значение которого в данном процессе существенно повышается при токсическом поражении почек [51, 212]. Кроме того, соединения металлов могут воздействовать на органы пищеварения (слизистую оболочку желудка и кишечника, поджелудочную железу, печень) после резорбции из пищеварительного тракта или респираторной системы в кровь и распределения по органам и тканям. Возможное нарушение функционального состояния органов пищеварения, являясь само по себе одним из проявлений токсического влияния соединений металлов на организм, может приводить к усилению абсорбции данных веществ в желудочно-кишечном тракте, снижению их выведения из организма и, в конечном итоге, к более выраженному их токсическому эффекту и на другие органы и ткани. Нарушение функции пищеварения также непосредственно сказывается и на состоянии центральной нервной, эндокринной, сердечнососудистой, выделительной систем [90, 174].





В гигиенической литературе сведения о влиянии отдельных соединений металлов на органы пищеварения немногочисленны, разрозненны, носят общий характер, часто ограничиваются описанием симптомов отравления или данными патоморфологических исследований. Недостаточность фактического материала не позволяет разграничить влияние металлов на функцию пищеварения за счет непосредственного воздействия на слизистую оболочку желудочно-кишечного тракта или в результате их резорбции, что представляется крайне важным с точки зрения обоснования выбора наиболее адекватных и значимых мер защиты от воздействия металлов на пищеварительные органы и путей специфической профилактики.

Недостаточность сведений литературы о влиянии металлов на функцию пищеварения в значительной мере обусловлена отсутствием единых методических подходов к проведению такого рода исследований.

В настоящей монографии на примере результатов исследования соединений цинка, олова, свинца, хрома, молибдена, вольфрама показано значение изучения нарушений функции пищеварения как критерия токсического действия металлов на организм, представлены общие закономерности проявления указанных нарушений в условиях эксперимента, дана оценка вероятности неблагоприятного влияния металлов на пищеварительную систему в реальных условиях воздействия. Представленные на страницах данной книги обоснование и описание методических приемов изучения пищеварительной функции, а также ориентировочные физиологические нормы ее показателей у лабораторных животных могут служить предпосылкой к расширению исследований подобного рода и накоплению информации по данной проблеме.

МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

И ОЦЕНКИ ФУНКЦИИ ПИЩЕВАРЕНИЯ

Физиология и биохимия пищеварения Пищеварение представляет собой процесс гидролитического расщепления сложных органических веществ пищи до простых, лишенных видовой специфичности, пригодных к ассимиляции мономеров [105, 186] и включает в себя три стадии: полостное пищеварение, мембранное пищеварение, всасывание [174, 200, 204].

Полостное пищеварение обеспечивает начальный гидролиз полимеров до олигомеров [105]. Его условно принято делить на следующие этапы: пищеварение в полости рта, желудочное пищеварение и пищеварение в тонкой кишке [1, 175, 186].

В полости рта пища подвергается в основном механической обработке [1, 175, 205]. Химические процессы обеспечивают начальный этап переваривания углеводов за счет -амилазы, а по данным некоторых исследователей — и мальтазы [186] слюны.

-амилаза гидролизует -1,4-гликозидные связи полисахаридов, в результате чего они расщепляются на -лимитдекстрин, мальтозу и небольшое количество глюкозы.

В желудке начинается процесс расщепления белков, осуществляемый двумя протеолитическими ферментами — пепсином и гастриксином [186]. Глубина переваривания белков в желудке невелика. Примерно 10 процентов белка переходит из желудка в кишечник в неизменном виде, 90 процентов белка подвергается расщеплению до полипептидов [1, 175].

Обработанная в полости желудка пища постепенно эвакуируется в кишечник, где и завершается процесс ее полостного гидролиза под влиянием ферментов поджелудочной железы. Крахмал и гликоген панкреатической -амилазой гидролизуются до -лимитдекстринов и мальтозы. Олиго-1,6-глюкозида разрывает -1,6гликозидные связи -лимитдекстрина с образованием мальтозы.

Триацилглицерины, составляющие основную массу липидов пищи, под действием липазы расщепляются до 2-моноацилглицерина и свободных жирных кислот. Фосфолипиды гидролизуются фосфолипазой А2 с образованием лизофосфатидов. Стериды под действием холестеролэстеразы расщепляются на свободный холестерин и жирные кислоты. Белки под действием трипсина, химотрипсина, карбоксипептидаз А и В, эластазы расщепляются с образованием полипептидов. Белковая часть сложных белков переваривается так же, как и простые белки. Простетические группы их, которые отделяются от молекулы сложного белка в кислой среде желудка, гидролизуются в зависимости от строения. Углеводный и липидный компоненты после отщепления их от белковой части расщепляются амилолитическими и липолитическими ферментами. Нуклеиновый компонент нуклеопротеидов под действием фермента рибонуклеазы гидролизуется с образованием мононуклеотидов [105, 186, 205, 212].

Гидролиз образовавшихся в процессе полостного пищеварения олигомеров до соединений, пригодных к всасыванию, осуществляется в зоне щеточной каймы слизистой оболочки тонкой кишки в процессе мембранного пищеварения [200].

Мембранное пищеварение пространственно занимает промежуточное положение между полостным пищеварением и всасыванием и реализуется ферментами, локализованными на структурах мембраны и ее дериватах. У человека и высших животных оно осуществляется на внешней поверхности кишечных клеток, образующих за счет микроворсинок щеточную кайму с расположенным на ней гликокаликсом [200].

Мембранное пищеварение осуществляется как адсорбированными из полости тонкой кишки ферментами (преимущественно панкреатического происхождения), так и собственно кишечными ферментами, синтезированными в кишечных клетках и встроенными в состав их апикальной липопротеиновой мембраны [52, 200].

Ферменты, адсорбированные на структурах кишечной слизистой, реализуют, главным образом, промежуточные этапы гидролиза основных групп пищевых веществ. Собственно кишечные ферменты апикальной мембраны энтероцитов осуществляют преимущественно заключительные этапы расщепления пищевых биополимеров [200].

Собственно кишечные ферменты в естественных условиях поступают в полость при десквамации кишечного эпителия. Распределение ферментативной активности между содержимым и слизистой является функцией скорости обновления кишечного эпителия, которое происходит за счет интенсивного размножения стволовых клеток крипт [25, 105, 212, 227, 296]. Скорость пролиферации клеток кишечного эпителия возрастает при увеличении объема пищеварения и резко снижается при голодании. В регуляции роста слизистой оболочки тонкой кишки принимают участие гормоны гастрин и холецистокинин. В свою очередь, на секрецию кишечных гормонов, помимо пищи, оказывают влияние и такие факторы, как повреждение эпителия и связанная с этим потеря эпителиальных клеток [25].

Панкреатические и кишечные ферменты в слизистой оболочке могут иметь неодинаковую локализацию и ультрамикротопографию. Выделяют группу пищеварительных ферментов с преимущественно мембранной локализацией (собственно мембранные ферменты) и группу гидролаз с преимущественно пристеночной локализацией (ферменты пристеночного слоя). В первую группу относят дисахаридазы, которые в пристеночный слой поступают в основном со слущивающимися клетками или в результате везикулярной секреции. Во вторую группу ферментов относят панкреатические и некоторые другие энтероцитарные ферменты (дипептидазы, трипептидазы, аминопептидазы, карбоксипептидазы) [25].

В процессе мембранного пищеварения дисахариды, образовавшиеся в результате гидролиза крахмала (мальтоза) и поступающие с пищей (сахароза, трегалоза, лактоза) гидролизуются кишечными - и -олигосахаридазами до моносахаридов. К -олигосахаридазам относятся мальтаза, изомальтаза,,-трегалаза, расщепляющие соответствующие дисахариды на две молекулы глюкозы, и сахараза, гидролизующая сахарозу до глюкозы и фруктозы. Среди -олигосахаридаз наибольшее значение имеет -галактозидаза (лактаза), осуществляющая гидролиз лактозы до глюкозы и галактозы.

Кишечная -амилаза отщепляет молекулы глюкозы с концов цепей олигосахаридов. 2-моноацилглицерин, освобождающийся при полостном гидролизе триацилглицерина, карбоксиэстеразами энтероцитов и поджелудочной железы расщепляется на свободную жирную кислоту и глицерин. Продукты полостного гидролиза фосфолипидов — лизофосфатиды под действием фермента лизофосфолипазы, продуцируемой клетками слизистой оболочки кишечника и частично поджелудочной железы, превращаются в фосфоглицериды. Кишечные фосфолипазы С и Д осуществляют гидролиз фосфоглицеридов до глицерина, жирных кислот, неорганического фосфата и одного из остаточных спиртов (холин, этаноламин, инозит, серин). Полипептиды и дипептиды, образовавшиеся при распаде белков в процессе полостного пищеварения, под действием аминопептидаз и дипептидаз энтероцитов гидролизуются до свободных аминокислот. Мононуклеотиды, образовавшиеся при расщеплении в ходе полостного пищеварения нуклеинового компонента сложных белков, под действием кишечной нуклеотидазы гидролизуются до нуклеозида и фосфорной кислоты, а нуклеозиды также за счет кишечного фермента нуклеозидазы расщепляются на азотистое основание и пентозу (рибозу или дезоксирибозу) [53, 105, 186, 201, 203, 212, 214].

Образовавшиеся в процессе мембранного пищеварения продукты гидролиза пищевых веществ из примембранного слоя поступают в специализированные всасывающие клетки, составляющие основную массу кишечного эпителия [25, 211]. В дальнейшем хорошо растворимые продукты гидролиза углеводов, белков и сложных белков, липидов — моносахариды, аминокислоты, азотистые основания и нуклеозиды, короткоцепочечные жирные кислоты, глицерин, фосфаты, спирты глицерофосфатидов — из слизистой оболочки кишечника поступают в кровь. Нерастворимые продукты гидролиза липидов — моноацилглицерины, холестерин (а частично и растворимые) используются для ресинтеза в эпителии кишечника триацилглицеринов, фосфолипидов и эфиров холестерина. Некоторая часть образовавшихся в стенке кишки фосфолипидов поступает в кровь. Остальные фосфолипиды, все триацилглицерины, эфиры холестерина и свободный холестерин переходят в лимфу [186].

Всасывание большинства компонентов пищи в тонкой кишке отличается от простой диффузии, протекает с высокой скоростью при участии специальных транспортных систем, осуществляющих селективный векторный перенос субстратов из просвета желудочно-кишечного тракта в кровь и лимфу [25, 186, 211]. Благодаря локализации кишечных ферментов на липопротеиновой мембране в непосредственной близости от транспортных систем, мембранное пищеварение обеспечивает сопряжение конечных этапов переваривания и начальных этапов всасывания [52, 178, 200, 202, 206, 211].

Это достигается в результате специальной организации пищеварительных и транспортых функций кишечной мембраны в виде своеобразного пищеварительно-транспортного конвейера, способствующего передаче конечных продуктов гидролиза с фермента на вход в транспортную систему и предотвращению конкуренции между ними за обладание входом в последнюю. А.М. Уголев высказывает идею о существовании в слизистой оболочке тонкой кишки ферментно-транспортых комплексов [200]. Такая гипотеза объясняет феномен более быстрого всасывания мономеров, освобождающихся при гидролизе полимеров и олигомеров по сравнению с непосредственно вводимыми мономерами [46, 67].

Мембранное пищеварение, занимая по функциональной позиции промежуточное положение между полостным пищеварением и всасыванием, является акцепторным механизмом по отношению к полостному гидролизу и донорным по отношению к всасыванию.

Следовательно, полостное пищеварение без мембранного не может иметь существенного значения, так как всасывание без предварительного мембранного гидролиза невозможно из-за отсутствия адекватных субстратов. Кроме того, нельзя недооценивать роль полостного пищеварения, так как обычные пищевые продукты не способны проникать в зону щеточной каймы и гликокаликсное пространство без обработки в пищеварительных полостях [111, 200].

Поэтому при полной сохранности в щеточной кайме ферментного аппарата, осуществляющего мембранное пищеварение, последнее может быть дефективным, если имеются серьезные нарушения полостного гидролиза [202]. Вместе с тем, в процессе пищеварения наблюдается существенное перекрывание ферментов полостного и мембранного пищеварения как в отношении выполняемой ими функции (участие в начальных или финальных этапах гидролиза), так и места их действия (содержимое или поверхность тонкой кишки). Следствием этого является существенная стимуляция переваривания пищи, а также повышение надежности функционирования пищеварительной системы в целом [111]. В ряде случаев нарушения полостного пищеварения при поражении поджелудочной железы могут быть компенсированы за счет мембранного [124, 132, 202]. С другой стороны, при нарушениях пищеварительной функции тонкой кишки может компенсаторно повышаться функция поджелудочной железы [214]. В механизме возникновения и регуляции компенсаторных реакций различных отделов пищеварительной системы существенная роль принадлежит гормонам, вырабатываемым слизистой оболочкой желудочно-кишечного тракта, в частности, гастрину и секретину [207].

Большое значение в гидролитической и резорбтивной функциях тонкой кишки отводится пристеночному слою слизи, обладающему также защитными свойствами. Слой слизи постоянно наращивается со стороны поверхности стенки кишки и разрушается со стороны просвета кишки под воздействием агрессивной среды и механического воздействия химуса [27]. Слой слизистых наложений богат ферментами, главным образом, панкреатического происхождения [25, 200, 231]. В значительном количестве здесь содержатся и некоторые кишечные ферменты: аминопептидазы, дипептидазы, щелочная фосфатаза [210]. В то же время активность дисахаридаз в слое слизистых наложений незначительна. Как указывалось выше, они содержатся преимущественно в структурах слизистой оболочки [210, 231]. Отторгающаяся часть слоя слизистых наложений участвует в полостном пищеварении, остающаяся на поверхности — транспортирует вещества к месту их всасывания [124]. От состояния слоя слизистых наложений гликокаликса и содержащихся в нем ферментов могут зависеть многие нарушения функций желудочно-кишечного тракта при различных формах патологии. В частности, нарушения процессов адсорбции ферментов имеют значение в формировании явлений малнутриции, а атрофия гликокаликса может служить причиной повреждающего действия токсических веществ химуса на мембрану клеток [200].

Методические подходы к исследованию и оценке функции пищеварения Основываясь на описанных представлениях о физиологии и биохимии пищеварения, в клинической практике о состоянии пищеварения судят по результатам исследования отдельных его этапов с использованием прямых и косвенных методов.

К прямым методам исследования функции пищеварения относят определение активности пищеварительных ферментов в содержимом желудочно-кишечного тракта и его слизистой оболочке [52, 131, 213]. У человека и всеядных животных основная роль в химическом расщеплении пищевых веществ принадлежит тонкой кишке.

В тонком кишечнике расщепляется 9/10 всего количества пептидных связей [203] и практически целиком осуществляется гидролиз полисахаридов, жиров, простетических групп сложных белков [52, 186, 203]. В связи с этим при использовании прямых методов исследования функции пищеварения основными и наиболее предпочтительными из них считаются методы изучения активности пищеварительных ферментов в тонкой кишке [52, 131, 213]. Поскольку в содержимом тонкой кишки распределение ферментов отличается гетерогенностью [212], в большинстве источников литературы о клинических методах изучения и оценки функции пищеварения приводятся сведения об исследовании активности гидролаз в ферментных фракциях тонкой кишки, получаемых путем последовательного смывания энзимов с кусочка ее слизистой оболочки раствором Рингера по методу Ц.Г. Масевича с соавторами. [130]. Первая фракция ферментов получается в результате кратковременного отмывания их со слизистой оболочки кишки путем встряхивания в шютель-аппарате в течение 30 секунд. Эта фракция представлена ферментами межворсинчатых пространств. Ее принято обозначать как полостную фракцию С. Полученную пробу переливают в отдельную пробирку, а кусочек кишки вновь заливают раствором Рингера для получения последующих фракций. Вторая фракция ферментов образуется за счет смывания их с поверхности кишки в течение минут. В эту фракцию входят ферменты, адсорбированные на поверхности мембран энтероцитов. Ее принято обозначать как мембранную фракцию Д. Как правило, фракцию Д получают путем последовательного смывания ферментов с поверхности слизистой раза по 3 минуты, подразделяя таким образом фракцию Д на 3 подфракции: Д1 — легко десорбируемая, Д2 — более трудно десорбируемая и Д3 — труднодесорбируемая. В таком случае вторую фракцию обозначают в виде суммы мембранных подфракций (Д). Последним этапом фракционирования пищеварительных ферментов является получение гомогената отмытого участка кишки в растворе Рингера. Эта фракция включает в себя внутриклеточные ферменты энтероцитов и обозначается как фракция Г [52, 61, 94, 131].

О функциональном состоянии органов пищеварения судят по активности и соотношению гидролаз в ферментных фракциях.

Активность панкреатических ферментов в полостной фракции свидетельствует о функциональном состоянии поджелудочной железы. Количество панкреатических ферментов, определенных в мембранной фракции, характеризует способность мембран энтероцитов адсорбировать фермент на своей поверхности.

Содержание ферментов слизистой оболочки в гомогенате кишки позволяет судить о функциональной активности энтероцитов. Их активность в мембранной фракции отражает способность мембран к транслокации синтезированных ферментов. Количество кишечных ферментов в полостной фракции является показателем скорости обновления эпителия.

Дополнением к анализу функционального состояния органов пищеварения по активности панкреатических и кишечных ферментов является оценка соотношения ферментной активности отдельных фракций. Для численного выражения этого соотношения обычно используют отношение активности ферментов мембранного пищеварения М (Д+Г) к ферментной активности полостной фракции С. Для ферментов панкреатического происхождения повышение этого отношения свидетельствует о нарушении экскреторной функции поджелудочной железы, а падение — о нарушении способности энтероцитов адсорбировать ферменты на поверхности мембран. Для кишечных ферментов повышение этого показателя связано с их усиленной продукцией энтероцитами, что может быть обусловлено раздражающим эффектом вводимых веществ, воспалительными процессами в слизистой оболочке или являться следствием компенсаторной реакции. Снижение данного показателя может происходить за счет патологических процессов, вызывающих ускоренную десквамацию кишечного эпителия.

Дополнительно к соотношению активности ферментов мембранного пищеварения и полостной фракции М/С некоторые авторы рассчитывают отношение активности панкреатических ферментов мембранной фракции Д к ферментной активности полостной фракции С (Д/С). Снижение этого соотношения расценивают как нарушение способности мембран к адсорбции панкреатических ферментов. Для кишечных ферментов возможно определение отношения количества ферментов в гомогенате к их активности в мембранной фракции (Г/Д). Повышение значения этого показателя может свидетельствовать о нарушении способности мембран энтероцитов к транслокации синтезированных ферментов на их поверхность [52, 94, 131, 204, 213].

Косвенные методы исследования функции пищеварения основаны на выявлении степени прироста концентрации в крови или экскретах продуктов гидролиза различных пищевых субстратов через определенный промежуток времени после их введения в желудочно-кишечный тракт. Различные приемы использования этих методов, особенно в совокупности с прямыми методами, позволяют судить о состоянии отдельных этапов процесса пищеварения.

Введение конечных продуктов гидролиза пищевых веществ и определение прироста их концентрации в крови и моче позволяет судить о состоянии конечного этапа пищеварения — всасывания.

Трактовка результатов нагрузки конечными продуктами гидролиза пищевых веществ может быть адекватной лишь при отсутствии нарушений других механизмов, влияющих на содержание определенных веществ в крови. В связи с этим многие авторы считают целесообразным наряду с пероральной нагрузкой проводить нагрузку этими же субстратами парентерально. При этом о соотношении процесса всасывания свидетельствует не столько прирост концентрации субстрата в крови (или моче) после его введения, сколько отношение этого прироста при энтеральном введении к приросту при парентеральном поступлении.

Прирост концентрации конечных продуктов гидролиза в крови (или экскретах) после введения сложных пищевых веществ (крахмала, белка, жира) или промежуточных продуктов их гидролиза (мальтозы, полипептидов, моноацилглицеринов) позволяет оценить состояние полостного и мембранного пищеварения, а по соотношению этих показателей при введении сложных пищевых веществ или промежуточных продуктов их гидролиза можно судить о преимущественном влиянии токсических веществ на тот или иной этап пищеварения [52, 57, 94, 104, 124, 126, 213].

Отдельные приемы описанных клинических методов исследования функции пищеварения использовались авторами гигиенических работ [21, 38, 63]. Однако в этих немногочисленных работах отсутствует подробное описание методологии, методики исследования и оценки функции пищеварения, нет четких указаний о величине физиологической нормы показателей функции пищеварения у мелких лабораторных животных, которые обычно используются в токсикологическом эксперименте. Как в гигиенических работах, так и в работах клинического плана соотношения отдельных показателей функции пищеварения не имеют четких терминологических обозначений. С учетом данного обстоятельства мы сочли целесообразным привести обоснование и описание методических подходов исследования функции пищеварения у мелких лабораторных животных, а также результаты исследования основных показателей функции пищеварения у интактных животных, которые могут быть использованы в качестве их ориентировочных физиологических норм.

Методы исследования и оценки функции пищеварения в эксперименте Как указывалось выше, все показатели, характеризующие функциональное состояние пищеварительной системы, подразделяются на прямые и косвенные. Поскольку косвенные методы исследования могут быть использованы при жизни, а применение прямых методов сопряжено с необходимостью нарушения целостности тонкой кишки, что у мелких лабораторных животных обычно осуществляется после их забоя, исследование функции пищеварения целесообразно начинать с применения косвенных методов и завершать использованием прямых методов.

Косвенные методы оценки функции пищеварения основаны на выявлении степени прироста концентрации в крови продуктов гидролиза пищевых веществ через определенный промежуток времени после их введения в желудочно-кишечный тракт.

В большей части работ по клиническим исследованиям функции пищеварения авторы использовали или предлагают использовать определение косвенных показателей функции переваривания углеводов [52, 57, 94, 104, 126, 131]. В отдельных работах рекомендуется исследование косвенных показателей функции переваривания жиров [213, 264].

На наш взгляд, более информативными и удобными для определения в токсикологическом эксперименте являются косвенные показатели функции переваривания углеводов, что связано с несколькими моментами. Во-первых, полисахариды представлены однородными соединениями — крахмалом и гликогеном, расщепляющимися единым панкреатическим ферментом — амилазой. Липиды, в отличие от углеводов, являются неоднородной группой пищевых веществ. В нее входят триацилглицерины, фосфолипиды, стериды, начальные этапы гидролиза которых осуществляются различными ферментами панкреатического происхождения. В связи с этим результаты, полученные по итогам нагрузки пищевыми жирами или отдельными видами липидов, могут быть неадекватными имеющемуся поражению поджелудочной железы. Во-вторых, функция переваривания углеводов достаточно хорошо разграничена между панкреоцитами и энтероцитами: поджелудочная железа вырабатывает ферменты, гидролизующие полисахариды и образующийся -лимитдекстрин; слизистая оболочка тонкой кишки — ферменты, гидролизующие олиго- и дисахариды. Поэтому по соотношению показателей прироста концентрации в крови конечных продуктов гидролиза углеводов после введения полисахаридов или дисахаридов можно судить о преимущественном поражении поджелудочной железы или тонкой кишки. Ферменты же, осуществляющие расщепление промежуточных продуктов гидролиза липидов — карбоксиэстеразы и лизофосфатиды имеют двоякое происхождение: они вырабатываются как клетками поджелудочной железы, так и энтероцитами, поэтому по результатам нагрузки липидами трудно разграничить влияние токсических веществ на отдельные этапы пищеварения. В-третьих, единственный конечный продукт гидролиза углеводов (глюкоза) полностью всасывается непосредственно в кровь в короткий промежуток времени (15—20 минут) после введения. Процесс всасывания конечных продуктов гидролиза жиров неоднозначен. Как указывалось, из слизистой оболочки кишечника непосредственно в кровь поступают лишь растворимые в воде продукты гидролиза; нерастворимые (а частично и растворимые) продукты гидролиза жиров используются для ресинтеза липидов в эпителии кишечника. Поэтому результат нагрузки липидами может зависеть не только от состояния функции пищеварения, но и от скорости обновления кишечного эпителия, которая, в свою очередь, может меняться под действием токсических веществ. Скорость поступления продуктов расщепления липидов в кровь гораздо ниже скорости всасывания в кровь продуктов гидролиза углеводов (2—8 часов), что делает неудобным использование этого вида нагрузки в токсикологическом эксперименте.

Для исследования функции всасывания слизистой оболочки тонкой кишки проводят нагрузку глюкозой.

Как свидетельствуют данные литературы, уровень глюкозы в крови определяется двумя видами процессов, протекающих в организме. Одни из них ведут к повышению концентрации глюкозы.

Это всасывание глюкозы из кишечника, распад гликогена в печени до глюкозы (гликогенолиз), новообразование глюкозы в печени и почках (глюконеогенез). Вторая группа процессов вызывает снижение уровня глюкозы в крови. К ним относятся транспорт глюкозы из крови в ткани и окисление ее до конечных продуктов, синтез из глюкозы гликогена в печени и скелетных мышцах (гликогеногенез), образование из глюкозы триацилглицерина в жировой ткани [105, 186, 212]. С учетом приведенного многообразия механизмов, влияющих на концентрацию глюкозы в крови, сам по себе прирост глюкозы в крови после ее введения в желудочно-кишечный тракт не может служить показателем функции всасывания тонкой кишки.

Поэтому нагрузку глюкозой осуществляют дважды. Первый раз глюкозу вводят парентерально (внутривенно или интраперитонеально). Вторую нагрузку проводят перорально через 2—3 дня после первой.

Для исследования мембранного пищеварения через 2—3 дня после второй нагрузки глюкозой перорально вводят мальтозу.

С целью получения характеристики полостного пищеварения через 2—3 дня после нагрузки мальтозой вводят в желудочнокишечный тракт крахмал.

Все углеводы вводят натощак в виде водных растворов (растворимый крахмал заваривают на водяной бане) из расчета 1— 1,5 г/кг массы тела.

Уровень глюкозы в крови определяют до поступления углеводов (исходный) и затем через определенные промежутки времени после введения. По данным литературы [11, 57, 94] процесс всасывания глюкозы в кишечнике характеризуется приростом сахара в крови в первые 30 минут после введения. Динамика содержания глюкозы в крови в более поздние промежутки времени служит показателем усвоения ее тканями. Такое заключение авторами перечисленных работ было сделано на основании результатов исследований, проведенных у людей. Для того, чтобы судить, насколько эти сроки отражают процессы всасывания в организме белых крыс, мы определяли концентрацию глюкозы в крови интактных крыс до ее поступления, а затем через 7, 15, 30, 45, 60 минут после перорального введения. По результатам этих исследований существенный подъем глюкозы в крови отмечался через 15 минут, а максимального значения концентрация ее достигала через 30 минут. С учетом изложенного, а, также принимая во внимание рекомендации ряда авторов [11, 53, 57, 94, 213] следует считать целесообразным определение концентрации глюкозы в крови после углеводных нагрузок через и 30 минут после ее введения. Определение глюкозы в крови проводят только специфическими методами, к которым относятся энзиматические (гексокиназный или глюкозооксидазный) и ортотолуидиновый. По результатам нагрузки рассчитывают коэффициент Бодуэна по формуле КБ = В/А, где А — исходная концентрация глюкозы, В — концентрация через 15 или 30 минут после ее введения [101].

Для того, чтобы получить характеристику всасывания глюкозы слизистой оболочкой желудочно-кишечного тракта, сравнивают гликемические кривые при ее пероральном и интраперитонеальном поступлении по соотношению коэффициентов Бодуэна при разных путях введения. Это соотношение выражают в виде отношения коэффициента Бодуэна при пероральном поступлении глюкозы (КБГро) к коэффициенту Бодуэна при ее интраперитонеальном введении (КБГip) и обозначают его как коэффициент всасывания (Квсас.= КБГро/КБГip).

О процессе гидролиза мальтозы судят путем сравнения гликемических кривых при пероральном поступлении мальтозы и глюкозы. Соотношение коэффициента Бодуэна при введении мальтозы (КБМ) и глюкозы (КБГро) обозначают как коэффициент гидролиза мальтозы (КГМ=КБМ/ КБГро).

Путем сравнения профиля гликемических кривых при пероральном введении крахмала и глюкозы по соотношению коэффициента Бодуэна при поступлении крахмала (КБК) и глюкозы (КБГро) оценивают процесс переваривания полисахаридов, количественной характеристикой которого считают коэффициент гидролиза крахмала (КГК=КБК /КБГро).

Прямые методы изучения функции пищеварения заключаются в определении активности ферментов поджелудочной железы и энтероцитов в ферментных фракциях тонкой кишки, которые получают посредством отмывания энзимов с поверхности слизистой оболочки тонкой кишки в течение определенного времени.

Для получения ферментных фракций (по методу Ц.Г. Масевича) [94, 130] у декапитированных животных вырезают часть тонкого кишечника длиной 1—1,5 см на расстоянии 20 см от пилорического сфинктера желудка, обнажают поверхность слизистой, разрезая стенку извлеченной части кишки, взвешивают и помещают в 4 мл охлажденного раствора Рингера (без глюкозы). Встряхивают пробирки в шютель-аппарате 30 секунд, после чего переливают полученную фракцию межворсинчатых пространств (полостную фракцию) в чистые пробирки. Кусочек кишки вновь заливают 4 мл раствора Рингера, встряхивают 9 минут; образовавшуюся мембранную фракцию Д сливают в пробирки. Отмытый кусочек кишки гомогенизируют в 4 мл раствора Рингера для получения фракции Г.

В полученных пробах изучают активность ферментов поджелудочной железы и слизистой оболочки тонкой кишки, участвующих в гидролизе основных пищевых веществ. Мы в своих исследованиях активность амилазы, имеющей двоякое происхождение, определяли во всех трех фракциях амилокластическим методом [101]. Трипсин и липазу, вырабатываемые клетками поджелудочной железы, исследовали в полостной и мембранной фракциях: трипсин — по ХэвербекуЭрлангеру [14], липазу — турбидиметрическим методом с использованием диагностических наборов реактивов фирмы «Lachema». Активность ферментов кишечного происхождения — мальтазы и дипептидаз выявляли во всех трех фракциях: мальтазы — по И.С. Лукомской [120], дипептидаз — по А.М. Уголеву [94].

При оценке состояния функции пищеварения по результатам исследования ее прямыми методами учитывают активность панкреатических и кишечных гидролаз, а также соотношение ферментной активности отдельных фракций. Для гидролаз панкреатического происхождения рассчитывают отношение активности энзимов мембранной фракции Д к ферментной активности полостной фракции С (Д/С). Для кишечных энзимов определяют отношение количества этих ферментов в гомогенате к их активности в мембранной фракции Д (Г/Д). Отношение активности ферментов мембранного пищеварения М (Д+Г) к ферментной активности фракции С (Д+Г/С) при трактовке результатов исследования учитывают как для панкреатических, так и для энтероцитарных гидролаз.

Показатели функции пищеварения интактных животных как ориентировочные физиологические нормы Необходимость оценки пищеварительной функции в токсикологических исследованиях, обусловленная возможностью токсического поражения органов пищеварения за счет воздействия на них химических веществ в процессе поступления в организм, резорбции и выделения, свидетельствует о целесообразности разработки физиологических норм показателей функции пищеварения у лабораторных животных. Учитывая данное обстоятельство, мы провели статистическую обработку результатов исследования показателей функции пищеварения у 277 интактных животных.

Средние величины активности гидролаз тонкой кишки показаны в таблицах 1, 2 в системе единиц СИ (г/г/час для амилазы и ммоль/г/час для остальных ферментов), а также в производных единицах, достаточно часто используемых в отечественной литературе (мг/г/мин для амилазы и мкмоль/г/мин для остальных ферментов).

Активность панкреатических гидролаз ферментных фракций тонкой кишки интактных животных Ферментные и их соотношения полостная (С) ммоль (г)/г/час 0,821 ± 0,021 23,03 ± 1,01 0,913 ± 0, мембранная (Д) ммоль (г)/г/час 0,438 ± 0,014 14,94 ± 1,06 0,583 ± 0, гомогенат (Г) ммоль (г)/г/час 0,408 ± 0, Активность энтероцитарных гидролаз ферментных фракций тонкой кишки интактных животных Представленные результаты исследования активности гидролаз тонкой кишки свидетельствуют, что наиболее высокая активность панкреатических гидролаз наблюдается в полостной фракции ферментов. В мембранной фракции количество адсорбированных на поверхности энтероцитов ферментов в 1,5—2 раза ниже по сравнению с полостной фракцией. По данным литературы аналогичные соотношения активности панкреатических энзимов в ферментных фракциях слизистой оболочки тонкой кишки отмечались и при обследовании здоровых людей [53, 13]. Активность энтероцитарного фермента мальтазы, наоборот, наиболее высока в гомогенате, а в мембранной и полостной фракциях составляет лишь около 30 процентови чества в энтероцитах. Активность дипептидаз также максимальна в гомогенате. Содержание данного фермента в мембранной и полостной фракциях имеет меньшие значения, но, в отличие от мальтазы, степень падения его активности по сравнению с количеством в гомогенате кишки менее значительна: содержание дипептидаз в мембранной фракции составляет 85 процентов активности в гомогенате, в полостной —78 процентов. Такая разница в соотношении активности энтероцитарных гидролаз в ферментных фракциях тонкой кишки, очевидно, связана с их разной локализацией.

Как было указано ранее, дисахаридазы содержатся преимущественно в структурах слизистой оболочки тонкой кишки [210, 231], поэтому в наибольшем количестве обнаруживаются в гомогенате ткани кишки, а дипептидазы связаны со слоем слизистых наложений [25, 200, 231], поэтому в достаточно высоких концентрациях присутствуют и в полостной фракции.

Отношение активности ферментов панкреатического происхождения мембранной фракции к их количеству в полостной фракции колебалось от 0,50 у амилазы до 0,64—0,65 у липазы и трипсина. Соотношение активности энтероцитарных ферментов в гомогенате и мембранной фракции составило 3,26 для мальтазы и 1,17 для дипептидаз. Отношение суммарной активности ферментов мембранного пищеварения (Г+Д) к количеству ферментов полостного пищеварения (С) оказалось равным для амилазы — 1,03, мальтазы — 4,30, дипептидаз — 2,38.

Косвенные показатели функции переваривания углеводов были подвергнуты статистической обработке по результатам их исследования у 229 животных. Средние величины указанных показателей представлены в таблице 3.

Показатели функции переваривания углеводов его введения Результаты исследования косвенных показателей переваривания углеводов выявили наиболее высокие значения коэффициента Бодуэна после интраперитонеального введения глюкозы. Значения данного показателя после нагрузки мальтозой были несколько выше по сравнению с результатами пероральной нагрузки глюкозой.

Такое парадоксальное, на первый взгляд, явление объясняется тем, что, как указывалось выше, мембранный гидролиз и всасывание представляют собой единый процесс, в ходе которого ферменты и транспортные системы могут образовывать энзимотранспортные комплексы, в результате чего расщепляемые продукты получают преимущества при всасывании [200]. При нагрузке крахмалом коэффициент Бодуэна имеет наименьшие значения из всех величин данного показателя после нагрузки углеводами. Если после нагрузки глюкозой, как при пероральном, так и интраперитонеальном введении, и мальтозой максимальные значения коэффициента Бодуэна отмечались через 15 минут, то после нагрузки крахмалом коэффициент Бодуэна достигал максимума лишь через 30 минут. Данная особенность гликемической кривой при нагрузке крахмалом очевидно обусловлена некоторым растягиванием во времени двухэтапного (полостного и мембранного) процесса его переваривания.

ОБЩАЯ ТОКСИКОЛОГО-ГИГИЕНИЧЕСКАЯ

ХАРАКТЕРИСТИКА ИССЛЕДОВАННЫХ МЕТАЛЛОВ

Токсиколого-гигиеническая характеристика цинка Цинк (Zn) — типичный металл (М = 65,4 г/моль). Электронная конфигурация валентных оболочек 3d10 4s2. Типичные превращения цинка обусловлены СО = + 2. В биологической среде он легко образует комплексы с аминокислотами, пептидами и белками.

Цинк широко используется в хозяйственной деятельности человека. Он применяется для защиты изделий от коррозии, при изготовлении сплавов со многими цветными металлами. Цинковой пылью осаждают из растворов медь, кадмий, золото. Изделия из цинка применяют в авиационной и автомобильной промышленности.

Цинк и его соединения используются в производстве белил, стекла, целлюлозы, типографских красок, органических и минеральных красителей, вискозных волокон, резины, косметических средств, в ситцепечатании. Хлорид цинка используют в качестве флюса при горячем цинковании, лужении и пайке. Соединения цинка применяются в сельском хозяйстве, рыболовстве, медицине [172, 217].

Производство и использование цинка приводят к загрязнению им воздуха рабочей зоны. По результатам исследований Р.А. Нищего [146] при гидрометаллургическом производстве цинка в выщелачивательных цехах концентрации сернокислого цинка составили 20,92±5,15 мг/м3, хлористого цинка — 3,71±0,26 мг/м3; в электролизных цехах концентрации сернокислого цинка были на уровне 23,00±2,73 мг/м3, хлористого цинка — 6,65 ± 0,49 мг/м3. В цинколитейном производстве у плавильных печей концентрации аэрозоля цинка и оксида цинка достигают 43—966 мг/м3 [170]. По данным О.Я. Могилевской [136] на производствах, получающих пыль металлического цинка, рабочие контактируют с аэрозолем цинка и его оксида в концентрациях 23—90 мг/м3. При цинковании концентрации оксида цинка составляют 40—43 мг/м3 [170]. В электролизных цехах отдельных металлургических предприятий концентрации сульфата цинка достигают 37,5—255,4 мг/м3 [170]. При сварке изделий с равномерным цинковым покрытием концентрации оксида цинка в зоне дыхания сварщика составляют 1,2—2,1 мг/м3, а при сварке изделий с неравномерным цинковым покрытием повышаются до 9,4—27,2 мг/м3 [170]. При производстве свинца концентрации цинка в воздухе рабочей зоны могут достигать 2,9 мг/м3 [114, 190].

Основными источниками поступления цинка и его соединений в окружающую среду являются энергетические установки, предприятия цветной и черной металлургии, машиностроения, сжигание мусора и отходов, использование препаратов цинка в сельском хозяйстве. Концентрации цинка в атмосферном воздухе по данным различных источников колеблются от 0,14 до 3,79 мг/м3 [4, 13, 156, 236]. В почве в зоне влияния металлургического завода концентрации цинка на расстоянии 6 км от предприятия составляли 100 мг/кг, а в полукилометровой зоне — 1000 мг/кг [217]. Содержание цинка в сточных водах металлургических свинцово-цинковых заводов составляет до 1 мг/л [217]. Сточные воды комбината искусственного волокна по данным Я.М. Грушко [48] содержат 2,2 мг/л цинка, концентрации цинка в стоках от цехов электролитического покрытия машиностроительных заводов доходили до 39 мг/л [217].

По результатам исследований Н.М. Паранько, Н.И. Рублевской [156] содержание цинка в пищевых продуктах колебалось от 1,0±0,9 мг/кг в молоке и молочных продуктах до 6,7±5,1 мг/кг в мясе и мясопродуктах. По данным Г.В. Чукиной [222] концентрации цинка в овощах, выращенных в зоне влияния его промышленных источников, составляли 2,8 (в капусте) — 21,8 (в свекле) мг/кг. В среднем суточном наборе продуктов взрослого населения различных стран содержится 13—25 мг цинка [26].

Цинк относится к эссенциальным элементам. Он является кофактором инсулина и многочисленных ферментов, в том числе карбоксипептидазы поджелудочной железы, щелочной фосфатазы, алкоголь-, лактат-, глютамин-дегидрогеназ [148, 167, 208, 253, 301], повышает активность пролана, тестотерона и фолликулина, активирует гемопоэз [102].

Желудочно-кишечная абсорбция растворимых солей цинка у млекопитающих в среднем составляет 50 процентов от потребляемого количества и зависит от содержания цинка в пище, вида соединения и концентрации цинка в тканях организма [59, 238]. Белковая диета способствует всасыванию цинка. Наличие в пищеварительном тракте растительных кислот, пищевых волокон снижает всасывание цинка [234, 238, 247, 256, 278, 290, 300]. Замедляют всасывание цинка кальций, фосфор, медь, кадмий [141] и алкоголь [235, 288]. Наибольшая абсорбция цинка наблюдается в двенадцатиперстной кишке, а затем в тонком кишечнике [59, 234, 247, 253, 278, 290, 300].

При парентеральных инъекциях абсорбция цинка постепенная, но полная. Ее скорость зависит от дозы и растворимости солей цинка. Нерастворимые соли остаются в месте инъекций до полной, но медленной абсорбции [59]. Вдыхание порошков солей цинка вызывает промежуточное аккумулирование их в легких перед абсорбцией в кровь. Незначительная абсорбция цинка и его солей происходит через кожу [59, 182, 198].

Цинк, поступивший в кровь, распределяется по всем органам и тканям. Наибольшая его концентрация отмечается в печени, щитовидной и поджелудочной железах, надпочечниках, глазах.

Экскреция цинка происходит в основном (до 90 %) с фекалиями после выделения его в просвет кишки с желчью и, в большей степени, экскретами поджелудочной железы [102, 108, 261, 268].

Значительное количество цинка выводится через стенку кишечника [102]. При парентеральном введении цинка его экскреция с фекалиями составляет около 80 процентов; остальная часть выделяется с мочой и потом [217]. Алкоголизм, недостаточное питание вызывают значительную задержку цинка в организме [59].

Среднесмертельная доза оксида цинка для мышей составляет 7950 мг/кг [28]. ЛД50 хлорида цинка при пероральном поступлении для крыс — 347 [60] — 480 [28] мг/кг, для мышей — 250 мг/кг [28].

При внутривенном введении ЛД100 хлорида цинка равна 74 мг/кг [59]. ЛД100 сульфата цинка при пероральном поступлении — мг/кг [59], при внутривенном введении — 31 мг/кг [59]. ЛД50 фосфата цинка при внутрибрюшинном введении — 552 мг/кг [182].

Порог острого действия (Limac.) при однократном введении в желудок по результатам исследований Н.И. Шумской с соавторами [28] составил для хлорида цинка 100 мг/кг, для оксида — 1000 мг/кг по изменению содержания гемоглобина в крови, двигательной активности животных, а также изменению содержания церуллоплазмина в сыворотке крови при действии оксида цинка и частоты дыхания при введении хлорида.

В опытах на кроликах и собаках, которым однократно подкожно вводили сернокислый и уксуснокислый цинк, отмечали гипергликемический эффект при действии цинка в дозах 0,5 — мг/кг (кролики) и 1,0 — 5,0 мг/кг (собаки) [217].

При однократном внутривенном введении собакам сернокислого цинка в дозе 5 мг/кг наблюдались рвота, кровавый понос, адинамия [217].

Длительное (в течение 3 месяцев) пероральное поступление оксида цинка в дозе 50 мг/кг приводило к снижению сывороточного белка, изменению белкового спектра сыворотки крови, повышению синтеза печеночной аргиназы, снижению уровня сульфгидрильных групп. При введении оксида цинка в дозе 7 мг/кг отмечались минимальные изменения отдельных из перечисленных показателей. Доза 3,5 мг/кг оказалась недействующей [217]. По результатам исследований Н.И. Шумской с соавторами [28] при пероральном поступлении оксида цинка в течение 6 месяцев доза 5 мг/кг оказалась близкой к пороговой по гистоморфологическим изменениям в почках и селезенке.

Хлорид цинка при пероральном введении в дозе 25 мг/кг в течение 9 месяцев вызывал отставание прироста массы, стойкое снижение суммационно-порогового показателя и двигательной активности, увеличение числа эритроцитов в крови, повышение артериального давления, изменения ЭКГ. Доза 5 мг/кг оказалась пороговой, 1 мг/кг — недействующей [28].

Ингаляция аэрозоля конденсации цинка и оксида цинка в течение 4 месяцев по 5 часов в концентрации 5 мг/м3 вызывала отставание привеса тела, анемию, нарушение сердечной деятельности, углеводного обмена, изменение активности альдолазы, холинэстеразы, церуллоплазмина в крови. При ингаляции оксида цинка в концентрации 1 мг/м3 выявлено предпатологическое состояние в виде нарушения нейрогуморальной регуляции сердечной деятельности. При вдыхании оксида цинка в концентрации 0,5 мг/м3 достоверных изменений не обнаружено [195].

При ежедневном подкожном введении крысам хлористого цинка в дозе 10 мг/кг в течение 2,5 месяцев выявлена выраженная гипергликемия, понижение содержания гликогена и пировиноградной кислоты в крови, печени и мышцах [217].

Токсиколого-гигиеническая характеристика олова Олово (Sn) — амфотерный элемент (М = 188,7 г/моль). Электронная конфигурация валентной оболочки 5 s25p2 в основном и 5s15p3 в возбужденном состоянии. В соединениях олово проявляет СО = + 2 и + 4. В биологической среде катионы олова Sn(II) и Sn(IV) могут сосуществовать, взаимодействуя с донорными группами белков. Ион Sn2+ способен прочно связываться с SH — группами.

Олово применяют, главным образом, при изготовлении жестяной тары с коррозионно-устойчивыми покрытиями путем их лужения или гальванизации; оно используется в припоях и в таких сплавах, как бронза, латунь, баббит, сплав олова со свинцом (пьютер), типографский сплав (гарт), а также в производстве сплавов специального назначения, например амальгамы для пломбирования зубов, сплавов титана, применяющихся в авиационной технике. Неорганические соединения олова применяются при синтезе органических красителей, в текстительной промышленности, в производстве отдельных видов стекла, керамических изделий [23, 26, 32, 97].

При некоторых технологических операциях, связанных с выплавкой и переработкой олова, происходит поступление олова и оксида олова в воздух рабочей зоны. Так, в производстве олова из концентрантов содержание его в воздухе составляло 8,6—14,9 мг/м [22].

Основные источники поступления олова в окружающую среду — предприятия горнорудной промышленности, цветной металлургии, машино- и станкостроения, типографии. Уровни загрязнения объектов окружающей среды оловом в результате выбросов газов и дыма, сброса шлака и жидких отходов при его получении и переработке в целом незначительны в связи с высокой степенью извлечения и переработки оловянных отходов в этих видах производств. Концентрации олова составляют менее 0,2—0,3 мкг/м3, за исключением районов, находящихся вблизи промышленных источников выбросов, где уровни олова могут достигать 5 мкг/м3. Олово редко обнаруживается в воде рек и городских сточных водах. Обнаруживаемые количества лишь в исключительных случаях превышают 1 мкг/л [32].

Основным источником поступления олова в организм человека являются пищевые продукты. Концентрации олова, которые могут представлять опасность неблагоприятного воздействия на организм (20—160, иногда до 600—800 мг/кг) характерны для консервированных продуктов питания, хранящихся в банках из нелакированной жести [26, 32]. Интенсивность коррозии жести, сопровождающейся миграцией олова в пищевой продукт, определяется кислотностью продукта, наличием окисляющих агентов (нитратов, солей железа, меди), продолжительностью и температурой хранения [32]. Другими источниками олова в продуктах могут быть оловосодержащие фунгициды и стабилизаторы поливинилхлоридной пленки, применяемой для хранения продуктов [108].

Олово в отличие от цинка к эссенциальным элементам не относится. При пероральном поступлении поглощение олова составляет от нескольких процентов (менее 5 %) до 20 процентов. При вдыхании неорганических соединений олова в виде мелкодисперсных аэрозолей оно надолго задерживается в легких. Поступление в кровь происходит очень медленно. Парентерально введенные соли олова вызывают сильное местное раздражение и повреждение тканей, очень медленно всасываются [32, 59].

Поступившее в кровь олово быстро распределяется по органам. Наибольшая концентрация отмечается в костях, печени, легких [32, 59].

Выводится из организма олово с мочой и фекалиями. По данным Ю.А. Ершова, Т.В. Плетеневой [59], R.A. Hiles [267], N.

Ishihara [268] примерно 15 процентов абсорбированного количества олова выводится с фекалиями за счет желчно-кишечного пути. Z.

Gregus, C.D. Klaassen пишут, что олово выделяется через почки и кишечник примерно поровну [261].

Среднесмертельная доза хлорида олова при пероральном введении по результатам исследования D.L. Conine и соавторами, составила 2274,6 мг/кг [294]. А.А. Бессмертный, Н.В. Гринь [9] определили следующие величины ЛД50 соединений олова при пероральном введении: сернокислого олова — для крыс 2205±295,0 мг/кг, для мышей 2145±252,6 мг/кг; оловяннокислого натрия — для крыс 4350±277,0 мг/кг, для мышей 2685±288,6 мг/кг; при пероральном поступлении оксида олова гибели животных (крыс и мышей) не наступало. При внутривенном введении хлорида олова ЛД50 — 29, мг/кг, при внутрибрюшинном — 258, 4 мг/кг [32].

После однократной подкожной инъекции хлорида олова (II) в дозах от 5,6 до 56,4 мг/кг в печени и почках крыс наблюдалось увеличение активности гем-оксигеназы, снижение содержания цитохрома Р-450. При внутрибрюшинном введении указанного соединения в этих же дозах эффект был выражен на 15—20 процентов сильнее [269]. В опытах N.M. Yum и соавторов [286] однократное внутривенное введение хлорида олова (II) в дозе 44,4 мг/кг вызывало обширный некроз почечного эпителия.

Ежедневное (в течение 15 дней) пероральное введение пентафторстаннита натрия в дозе 175 мг/кг вызывало дегенеративные изменения эпителия проксимальных канальцев почек и снижение гемоглобина. При введении указанного соединения олова в дозе 100 мг/кг наблюдалось снижение гемоглобина. Доза 20 мг/кг была недействующей [294].

Добавление к рациону хлорида, сульфата, оксалата олова в концентрациях 10 г/кг на протяжении 4 недель приводило к дегенерации белого вещества мозга и гомогенезации цитоплазмы печеночных клеток, гиперплазии желчного протока, легкой анемии у крыс. При поступлении этих же соединений с рационом в концентрации 3 г/кг наблюдались аналогичные, но менее выраженные изменения [262].

При поступлении хлорида олова (II) с питьевой водой в концентрации 5 мг/л после прекращения грудного вскармливания крысят до наступления естественной смерти H.A. Schroeder и соавторы [257] отмечали повышение частоты случаев жировой дегенерации печени, вакуолярные изменения в почечных канальцах.

При ежедневном введении хлорида олова в желудок белых крыс в течение 90 дней в дозе 3 мг/кг снижалась активность лактатдегидрогеназы и щелочной фосфатазы в сыворотке крови и активность сукцинатдегидрогеназы в печени [297].

По данным А.Х. Камильджанова [97] при круглосуточном четырехмесячном воздействии хлорида олова пороговая концентрация по изменению СПП составила 0,27 мг/м3. Недействующая концентрация — 0,05 мг/м3.

При круглосуточной четырехмесячной ингаляции сульфата олова по результатам исследований А.Н. Бессмертного, Н.В. Гринь [10] концентрация 0,35 мг/м3 оказалась действующей; 0,09 мг/м3 — пороговой по снижению эритроцитов и гемоглобина, изменениям каталазной активности сыворотки крови, повышению активности АЛТ, АСТ, ЛДГ, снижению общего белка сыворотки крови, повышению концентрации хлоридов и общих липидов в крови; 0, мг/м3 — недействующей.

Токсиколого-гигиеническая характеристика свинца Свинец (Pb) — амфотерный элемент (М = 207,2 г/моль). Электронная конфигурация валентной оболочки 6s26p2 в основном и 6s16p3 в возбужденном состоянии. В соединениях может проявлять СО = + 2 и + 4. В биологической среде ионы Pb2+ образуют прочные связи с сульфгидрильными, карбоксильными и фосфатными группами органических веществ.

Свинец применяется в производстве электрических аккумуляторов, кабельных оболочек, боеприпасов, сплавов цветных металлов, тетраэтилсвинца; он входит в состав припоев при проведении радио- и электромонтажных работ, типографского сплава, корпусов и вкладышей подшипников, используется в химическом машиностроении, фарфорово-фаянсовой промышленности, для защиты от -излучения. Неорганические соединения свинца применяются в производстве стекла, хрусталя, глазури, эмали, белил, красок, олифы, резины, спичек [23, 32, 124, 164].

Концентрации свинца в воздухе производственных помещений на свинцовоплавильных заводах часто превышают 1 мг/м3 [33].

По результатам исследований Е.Г. Легостаевой [114] концентрации свинца при его производстве достигали 2,7 мг/м3. При получении свинца из вторичного сырья по данным В.Э. Зингера [84] его средние концентрации на рабочем месте оператора пылеулавливания составляют 0,09 мг/м3, шихтовальщика склада несортного сырья — 0,83 мг/м3. На основных этапах технологического процесса получения художественного стекла концентрации свинца составляли 0,06—0,44 мг/м3 [196], в производстве керамики — до 0,38 мг/м [274]. На заводе керамических красок загрузка флюсов в печи вращения и растаривание бочек со свинцовым суриком сопровождались выделением свинца в воздух рабочей зоны в концентрациях 0,89—1,52 мг/м3 [196]. При производстве аккумуляторов на различных рабочих местах концентрации свинца колебались от 0,03 до 0,55 мг/м3 [126]. При производстве меди концентрации свинца в воздухе составляли от 0,03 до 0,45 мг/кг3 [12]. Процесс прокатки стали, легированной свинцовой дробью, сопровождается выделением свинца в рабочую зону в концентрациях 1,2—6,2 мг/кг3 [92].

Исследование смывов с рук рабочих, занятых в производстве рентгеновских растров на ПО «Киевмедаппаратура» выявило наличие в них свинца, уровни загрязнения которым составляли 0,089— 0,57 мкг/см2. Количество свинца на коже рук рабочих, выполняющих ручные операции со свинцом, достигало 0,84—1,16 мкг/см2. На коже рук инженерно-технических работников цеха, не имеющих непосредственного контакта со свинцом, также обнаружен свинец (0,22—0,39 мкг/см2), очевидно, за счет вторичного загрязнения поверхностей смежных помещений [196].

Основными источниками поступления свинца в окружающую среду являются сжигание этилированного бензина, каменного угля, нефти, газа; добыча руды и выплавка металла. Существенный вклад в загрязнение окружающей среды вносят также предприятия металлообрабатывающей, машиностроительной, стекольной, лакокрасочной и оборонной отраслей промышленности [58, 179].

Среднегодовые концентрации свинца в атмосферном воздухе фоновых районов России составляют 2,5—16 нг/м3. В крупных городах содержание свинца в атмосфере значительно выше: в 1993 году его средняя концентрация в городах России составила 0,076 мкг/м3, в городах США — 0,050 мкг/м3. Концентрации свинца в атмосферном воздухе городов с интенсивным движением автотранспорта варьируют от 1 до 4 мкг/м3 [33, 54,192, 221, 228, 241, 295]. В часы «пик» концентрации свинца в атмосферном воздухе могут достигать 14—38 мкг/м3 [228].

В подземных водах содержание свинца колеблется в пределах 1—60 мкг/л [58], в поверхностных пресных водах — от 1 до мкг/л [31, 295], в зоне влияния промышленных источников повышается до 20—70 мкг/л [31]. Повышенное содержание свинца в воде регистрируется в бассейнах рек Амур (10—90 мкг/л), Тобол, Ишим (30—40 мкг/л) [179]. Содержание свинца в питьевой воде обычно меньше 10 мкг/л [33, 34, 156]. В течение суток с водой в организм по данным ФАО поступает 0,02 мг свинца [26].

Среднее содержание свинца в почве составляет 2 мг/кг [31].

В зоне влияния металлургических предприятий в зависимости от характера почвы его концентрации колеблются от 4—10 до 13— 28 мг/кг; в отдельных случаях (в зонах воздействия предприятий, перерабатывающих лом цветных металлов) могут достигать 2470 мг/кг [13, 15, 58, 64, 129, 184, 185, 192, 216].

Содержание свинца в продуктах питания наземного происхождения в среднем составляет 0,2 мг/кг. В растениях, выросших на почвах, загрязненных свинцом, концентрации его колеблются от 0, (яблоки) до 6,2 (свекла) мг/кг [222]. Количество свинца в водных организмах в значительной степени зависит от содержания его в воде и в отдельных случаях составляет от 0,5 до 5,5 мг/кг [26]. Одной из причин поступления свинца в пищевые продукты является его миграция из свинцового припоя жестяных банок при хранении в них консервов. Например, как пишут А.И. Штенберг, Г.Н. Заева [228], концентрация свинца в сгущенном молоке может достигать 0,87 мг/л при обычном содержании его в коровьем молоке 0,009— 0,04 мг/л. Определенное значение в контаминации пищевых продуктов растительного происхождения свинцом имеет загрязнение почвы данным металлом за счет работы двигателей внутреннего сгорания [258]. Суточное поступление свинца в организм с пищей по данным ФАО составляет 0,2—0,3 мг [26].

Свинец также, как и олово, не проявляет свойств эссенциальных элементов. При пероральном поступлении абсорбция свинца у человека осуществляется главным образом в тонкой кишке [33, 122]. Степень поглощения его зависит от вида химического соединения, состояния желудочно-кишечного тракта, состава пищи [256], времени года [237]. В обычных условиях из желудочно-кишечного тракта всасывается около 10 процентов поступившего свинца [59, 284]. Всасывание свинца повышается при приеме молока [270], голодании [255], низком содержании в пище кальция, железа, витамина Д [289]. При ингаляции паров свинца признаков накопления его в легких не обнаружено. Скорость всасывания его из легочной ткани в кровь зависит от различных факторов, в том числе, химической формы соединения и размера частиц [59]. При парентеральных инъекциях растворимых солей абсорбция свинца происходит не полностью, часть его задерживается в месте введения [59].

Поступивший в кровь свинец быстро распределяется по организму, а затем происходит перераспределение. Образуются два обменных пула свинца: быстрый — кровь, мягкие ткани, и медленный — скелет [59].

Сведения литературы о преимущественном пути выведения свинца из организма противоречивы. По данным Z. Gregus с соавторами [261] и N. Ishihara с соавторами [268] для свинца характерно выведение преимущественно с фекалиями. Р.Д. Габович, Л.С. Припутина [246]; Л.И. Кузубова с соавторами [108] указывают, что с фекалиями из организма выводится до 90 процентов свинца.

Ю.А. Ершов, Т.В. Плетенева [59] пишут, что основным органом выведения свинца являются почки. В обзорном издании ВОЗ даются сведения о выделении свинца с мочой (около 74 %) и через желудочно-кишечный тракт (около 16 %) [33]. У крыс экскреция свинца с желчью и через слизистую оболочку кишки выше, чем с мочой [243].

Токсическое действие свинца при поступлении в организм связано с блокированием ферментных систем путем взаимодействия с реакционно-способными группами белковых молекул с последующим нарушением процессов биосинтеза таких жизненно важных соединений, как нуклеиновые кислоты, протеины, гормоны. Это, в свою очередь, отражается на функциях желудочнокишечного тракта, нервной системы, терморегуляции, кровообращения, иммунной системы [33, 59, 108].

Сведения литературы о параметрах острой токсичности соединений свинца немногочисленны. Среднесмертельная доза арсената свинца — 150 мг/кг, ацетата свинца при внутрибрюшинном введении — 220 мг/кг [153]. В исследованиях В.И. Давыдовой с соавторами [51] за порог острого действия свинца принят уровень, равный 0,005—0,02 ЛД50 по увеличению содержания -аминолевулиновой кислоты (АЛК) в моче.

При внутрижелудочном введении свинца в течение 6 месяцев по результатам исследований Г.Н. Красовского, О.Г. Чарыева [107] доза 0,05 мг/кг оказалась действующей по повышению альдолазы сыворотки крови, -аминолевулиновой кислоты и порфобилиногена, снижению SH-групп и коэффициентов массы отдельных органов. Доза 0,005 мг/кг вызывала пороговые изменения. Введение свинца в дозе 0,0015 мг/кг не приводило к достоверным изменениям исследованных показателей.

Вдыхание крысами свинца в концентрации 0,048 мг/м3 по часов в течение 6 месяцев вызывало нарушение условнорефлекторной деятельности; при концентрации 0,013 мг/м3 подобных изменений не было [33].

При токсикологической оценке малых концентраций оксида свинца в атмосферном воздухе по данным Э.Г. Плотко с соавторами [193] хроническое круглосуточное ингаляционное воздействие на организм экспериментальных животных оксида свинца в концентрации 0,01 мг/м3 дает общетоксический эффект, который проявляется в нарушении функционального состояния центральной нервной системы в виде изменения хронаксии мышц-антагонистов, увеличении количества молодых форм клеток эритробластического ростка костного мозга, угнетении активности сукцинатдегидрогеназы и холинэстеразы печени. Концентрация оксида свинца 0, мг/м3 вызывала аналогичные, но менее выраженные изменения, а 0,0001мг/м3 была недействующей.

A.R. Chowdhury с соавторами [191] вводили крысам ацетат свинца внутрибрюшинно в дозах 1, 2, 4 и 6 мг/кг в течение 30 суток. У всех подопытных животных обнаружили достоверное замедление прироста массы тела, а также повышение массы надпочечников при введении 2 мг/кг ацетата свинца и, наоборот, снижение при его введении в дозе 4 и 6 мг/кг.

Токсиколого-гигиеническая характеристика хрома Хром (Cr) — самый легкий металл (М = 52,0 г/моль) в группе VI B. Электронная структура валентных оболочек 4s13d5. Хром имеет пять валентных состояний от + 2 до + 6, но наиболее распространенными из них являются + 3 и + 6. В биологической среде Cr(III) образует комплексы с -аминокислотами вследствие координации с атомами кислорода и азота; Cr(VI) связан с кислородом и является сильным окислителем.

Хром широко применяется в металлургической промышленности для хромирования стали и чугуна. Оксиды хрома используются в производстве огнеупорного кирпича, малярных красок и красок для живописи, керамической глазури и стекла. Соли хрома нашли применение в машиностроительной и металлообрабатывающей промышленности, где они используются для покрытия металлов, в текстильной промышленности для протравливания и окрашивания тканей, в кожевенном производстве для изготовления дубильных растворов, в лакокрасочной и спичечной промышленности, на деревообрабатывающих предприятиях в качестве консервантов древесины, в химической, химико-фармацевтической, пищевой промышленности как катализаторы химических процессов [34, 47].

Хром в естественных месторождениях содержится в элементарном и трехвалентном состоянии. Шестивалентный хром в окружающей среде является результатом хозяйственной деятельности человека. На хромовых рудниках концентрации хрома (III) колеблются от 1,3 до 16,9 мг/м3, на обогатительных фабриках от 6,1 до 148 мг/м3 [34]. При переработке хромовых руд содержание хрома в воздухе рабочей зоны находится в диапазоне от 0,002 до 0,068 мг/м и составляет в среднем 0,032 мг/м3 [168]. На цементном заводе по данным В.М. Ретнева [34] концентрации шестивалентного хрома в воздухе рабочей зоны колебались от 0,0047 до 0,008 мг/м3. В цехах, где осуществляется хромирование, концентрации шестивалентного хрома по данным разных авторов составляют 0,020—0,046 мг/м [275], 0,04—0,4 мг/м3 [34], 0,13—0,80 мг/м3 [139], 0,1—1,4 мг/м [260]. В зоне дыхания сварщика концентрации шестивалентного хрома находятся на уровне 0,0038—0,0066 мг/м3 [34] — 0,010—0,080 мг/м3 [253].

В атмосферном воздухе при отсутствии антропогенных источников хрома его концентрация не превышает 0,1 мкг/м3 [4, 34, 156]. В зоне влияния хромовых предприятий концентрации хрома в атмосферном воздухе могут быть гораздо более значительными. По данным Э.Ф. Купермана [109] на расстоянии 1,5 км от Первоуральского завода хромовых солей концентрации шестивалентного хрома достигали 0,005 мг/м3, а на расстоянии 1 км — 0,0015 мг/м3.

В атмосферном воздухе Актюбинска, где расположен завод по переработке хромовых руд, содержание хромового ангидрида составляло 0,0028 мг/м3 [18].

Сточные воды предприятий, использующих соединения хрома, содержат его в концентрациях, варьирующих от 40 мг/л (кожевенная промышленность) до 50000 мг/л (хромировальное производство) [34].

Концентрации хрома в незагрязненных водах составляют 1— 10 мкг/л [34]. Питьевая вода обычно содержит хром в концентрации менее 5 мкг/л; очень редко в водопроводной воде обнаруживаются его концентрации до 20 мкг/л [31, 224].

В почве содержание хрома составляет от 2 до 60 мг/кг [13, 34, 129].

В различных видах пищевых продуктов хром содержится в количестве 5—250 мкг/кг [34] — 50—590 мкг/кг [31]. Пищевые продукты могут обогащаться хромом при варке в котлах из нержавеющей стали [108]. Хром вымывается из стальных зубных протезов, особенно при пережевывании кислой пищи [37].

Для здоровья человека имеют значение трехвалентный и шестивалентный хром [34].

При пероральном поступлении трехвалентный хром всасывается плохо, как правило, менее 1 процента [34]. Абсорбция шестивалентного хрома в кишечнике в обычных условиях составляет 3— 6 процентов [34, 248]. При потреблении хрома с пищей и водой его поглощение в кишечнике достигает 10 процентов [34]. У больных инсулинозависимым сахарным диабетом всасывание хрома более высокое [34]. Шестивалентный хром, введенный перорально, под действием кислого желудочного сока частично переходит в трехвалентный [248, 254]. Очевидно по этой причине при ахилии, также как и при сахарном диабете, поглощение шестивалентного хрома повышается [34].

Шестивалентный хром, поглощенный из желудочно-кишечного тракта и дыхательных путей, связывается с эритроцитами, которые являются его основной транспортной системой; трехвалентный хром связывается с протеинами кровяной плазмы [34]. Покинувший кровяное русло хром накапливается в легких [34, 223, 273], коже, мышцах, жировой ткани [31], костях, костном мозге, селезенке, яичках и их придатках [34, 170], печени, почках [34, 223].

Хром выделяется из организма почками и желудочнокишечным трактом в течение 4—6 суток. Преимущественный путь выведения определяется видом соединения и способом его поступления. Как свидетельствуют Ю.Л. Ершов, Т.В. Плетенева, через 7 дней после однократного подкожного введения выделение Cr (VI) с мочой составило 36 процентов, с фекалиями — 14 процентов, выведение Cr (III) — 8 процентов с мочой и 24 процента с фекалиями [59]. По данным А.В. Рощина с соавторами количество хрома (VI), выведенного желудочно-кишечным трактом, составило при внутрижелудочном введении 97 процентов, интратрахеальном — 33 процента, внутрибрюшинном — 18 процентов, подкожном — 9 процентов, а почками соответственно 3, 13, 25 и 33 процента [170]. В опытах В.И. Давыдовой с соавторами в процессе четырехмесячной ингаляции хрома (VI) элиминация его в начале эксперимента осуществлялась в равной степени с мочой и калом, о чем свидетельствовала величина коэффициента выведения моча/кал, равная 0,8—1,1; а в последующем с нарастанием хромовой нагрузки коэффициент выведения снизился до 0,1—0,23, что означает усиление роли желудочно-кишечного тракта в выделении хрома из организма в условиях хромовой интоксикации [51].

Трехвалентный хром относится к эссенциальным элементам.

Он играет важную роль в поддержании нормального метаболизма глюкозы за счет усиления периферического действия инсулина, необходим для липидного обмена, утилизации аминокислот [34, 277].

Токсические эффекты трехвалентного хрома описаны только после его парентерального введения, при этом гибель мышей наступала после введения 800 мг/кг массы хлорида и 2290 мг/кг ацетата хрома (III) [34].

Острые и хронические токсические эффекты хрома в основном вызываются его шестивалентными соединениями.

При однократном пероральном поступлении дихромата калия среднесмертельная доза его составляет для крыс самцов 177 мг/кг, самок — 149 мг/кг [266]. ЛД50 хлорида хрома при пероральном введении крысам равна 440 мг/кг, мышам — 40 мг/кг. При ингаляции в течение 2 часов ЛС50 для мышей составляет 31,5 мг/м3 [91]. Однократное внутрибрюшное введение белым крысам бихромата калия в дозе 50 мг/кг является причиной 100 процентов смертности.

Введение собакам дихромата калия в дозах 1—5 мг/кг в течение года приводило к глубоким морфологическим изменениям во внутренних органах [143]. У крыс при пероральном поступлении дихромата калия в дозе 0,05 мг/кг в течение 6 месяцев наблюдалось увеличение активности ЛДГ в семенной жидкости, повышение уровня свободной -галактозидазы в печени. Доза 0,005 мг/кг оказалась недействующей [34].

Вдыхание аэрозоля дихромата натрия в концентрации 1 мг/м 3 раза в неделю по 2 часа в течение 6 месяцев вызывало в легких крыс периваскулярный и перибронхиальный отек, диффузные разрастания бронхиального эпителия [225]. Ингаляция дихромата натрия в концентрации 0,025 мг/м3 через 28 дней привела к активации альвеолярных макрофагов, стимуляции фагоцитарной активности.

При вдыхании указанного соединения в концентрации 0,2 мг/м3 через 90 дней наблюдалось подавление фагоцитарной активности альвеолярных макрофагов, угнетение гуморального иммунитета [34]. Четырехмесячная ингаляция хромового ангидрида по 6 часов в день вызывала у крыс повышение коэффициентов массы сердца, снижение порога гальванической возбудимости, снижение зубца R на ЭКГ, повышение SH-групп в сыворотке крови. Концентрация указанного соединения 0,06 ± 0,008 мг/м3 по перечисленным изменениям оказалась близкой к пороговой [51].

Токсиколого-гигиеническая характеристика молибдена Молибден (Мо) (М = 95,9 г/моль) входит во второй ряд переходных металлов. Электронное строение валентной оболочки 5s14d5. Устойчивыми формами, встречающимися в природе, являются соединения молибдена при СО = + 5 и + 6. В биологических реакциях молибден легко подвергается окислительно-восстановительным превращениям. Существование одного электрона на внешней орбитали Мо (V) обусловливает большую химическую активность молибдена по сравнению с вольфрамом, для которого СО = + 5 не характерна. Мо (VI) имеет большое средство к кислородным лигандам и поэтому легко присоединяется к карбоксильным, гидроксильным, сульфгидрильным группам.

Молибден широко применяется в сплавах железа и марганца, а также в виде добавок к стеклу, керамике, глазури [59]. До 90 процентов всего производимого молибдена используется в сталелитейном производстве в качестве легирующего элемента для получения жаростойких, инструментальных и конструкционных сталей. Сплавы молибдена с медью и серебром используются как контактные.

Металлический молибден в виде проволоки, листа, кованых деталей применяется в электронике, радиотехнике, рентгенотехнике. Из соединений молибдена в промышленности используются молибдат аммония, оксиды молибдена, хлорид молибдена, соединения с металлоидами [93]. Молибдат аммония находит широкое применение в сельском хозяйстве в качестве удобрения [38].

При обогащении молибденсодержащих руд флотационным способом в воздухе отделения сушки концентрата содержание пыли, в состав которой входит 40,4—53,2 % молибдена, достигает 58 мг/м3 [93]. Гидрометаллургический процесс получения молибдена сопровождается его выделением в воздух рабочей зоны на нескольких этапах. В ходе восстановления трехокиси молибдена и размола металлического молибдена в воздух поступает молибденовая пыль в концентрации 1,1—2,6 мг/м3. На стадии просева порошка металлического молибдена на виброситах концентрации молибденовой пыли в воздухе колеблются от 5 до 22 мг/м3. При ковке полученного компактного молибдена в воздух выделяется высокодисперсный аэрозоль конденсации трехокиси молибдена, концентрации которого могут достигать 16,5—20 мг/м3 [93]. По данным С.В. Суворова, при отсутствии местной вытяжки содержание трехокиси молибдена в воздухе при ковке достигает 56 мг/м3 [187].

Плавка молибденсодержащих сталей также приводит к выделению в воздух рабочей зоны трехокиси молибдена в концентрациях до 4,8 мг/м3 [93]. Получение молибденовых микроудобрений сопровождается поступлением в рабочую зону молибденсодержащей пыли, средние концентрации которой составляют 130—150 мг/м3 [117].

В процессе получения молибдена из сульфидного концентрата содержание трехокиси молибдена в воздухе рабочей зоны достигает 24—46 мг/м3 [119].

При исследовании атмосферного воздуха на расстоянии 500 м от гидрометаллургического завода В.Ф. Горбич выявил концентрации молибдена, превышающие ПДК (0,1 мг/м3) в 43,4—57,6 % проб; при увеличении расстояния от источника до 1500 м превышение ПДК молибдена отмечалось в 2,9—3,8 % [38].

В сточных водах молибденовых фабрик и в шахтных водах рудников молибден может находиться как в растворенном, так и во взвешенном состоянии одновременно, достигая концентраций до 25—40 мг/л [7].

В водах подземных источников содержание молибдена колеблется в зависимости от региональных особенностей от 0,001 мг/л до 0,3 мг/л. В воде незагрязненных открытых водоемов концентрации молибдена, как правило, находятся в диапазоне 0,0001—0,1 мг/л [30].

Среднесуточное потребление молибдена с пищей взрослым человеком составляет от 0,09 до 0,6 мг [30].

Молибден относится к биомикроэлементам. Он входит в состав флавинзависимых металлоферментов: ксантин-, альдегид- и сульфитоксидаз ; участвует в синтезе аскорбиновой кислоты [30, 59, 93, 148].

При поступлении в организм растворимые соединения молибдена легко и быстро абсорбируются из легких, пищеварительного тракта и центров парентеральной инъекции [59, 108, 198]. Сульфат-ион снижает желудочно-кишечную абсорбцию молибдена и повышает почечную экскрецию [59]. Молибден способен поступать в организм через кожу [198].

Молибден, поступивший в кровь, распределяется в эндокринных железах, печени, почках, сердце, легких, мозге, мышцах, костях; затем полностью выводится с мочой (до 45 %) и фекалиями (до 34 %). Выделение молибдена с фекалиями обусловлено его экскрецией с желчью и секретом железистого аппарата желудочнокишечного тракта [30, 59, 93, 102].

Сведения о токсикометрических параметрах молибдена в гигиенической литературе скудные. Среднесмертельная доза молибдата аммония при пероральном поступлении составляет 510 мг/кг [38], при внутрибрюшинном введении молибдата натрия его абсолютносмертельная (ЛД100) доза равна 720 мг/кг [59].

При однократном внутрибрюшинном введении молибдата натрия в дозе 300 мг/кг В.С. Спиридонова и С.В. Суворов отмечали угнетение активности холинэстеразы [181]. Т.Д. Лиенко с соавторами аналогичную реакцию наблюдали при поступлении молибдена в концентрации 50 мг/кг [116].

По результатам 3-х месячной пероральной затравки растворимым соединением молибдена белых крыс доза 2,5 мг/кг оказалась действующей по общетоксическому эффекту; доза 0,25 мг/кг расценена как пороговая по токсическому действию на гепатоциты [149].

При 4х месячной ингаляции молибдат аммония в концентрации 4,09 мг/м3 оказывал общетоксическое действие в виде нарушения функционального состояния центральной нервной системы, угнетения SH-групп крови, увеличения содержания мочевой кислоты в крови, изменения содержания белковых фракций сыворотки крови, патоморфологических изменений внутренних органов [96].

Токсиколого-гигиеническая характеристика вольфрама Вольфрам (W) — самый тяжелый (М = 183,9 г/моль) металл VI B группы периодической системы элементов. Электронное строение валентной оболочки 5d46S2. Теоретически вольфрам может образовывать соединения с СО от + 2 до + 6, но в реальности его устойчивой формой является СО = + 6.

Вольфрам применяется для получения инструментальных, магнитных и конструкционных сплавов. Его используют при изготовлении спиралей в лампах накаливания, катодов и антикатодов рентгеновских трубок, деталей электровакуумных приборов, контактов для электроаппаратуры, электродов для вакуумной и водородной сварки. Сплав вольфрама, меди и никеля заменяет свинец при защите от ионизирующей радиации [59, 93].

Процессы добычи, получения и использования вольфрама в промышленности характеризуются поступлением его в воздух рабочей зоны. По данным литературы при флотации вольфрамовых руд концентрации вольфрама в воздухе рабочей зоны достигают мг/м3. Получение порошкообразного металлического вольфрама сопровождается выделением его в воздух рабочей зоны на нескольких этапах: при загрузке и выгрузке шаровых мельниц концентрации его достигают 33,3 мг/м3; при заполнении и опорожнении графитовых лодочек на стадии восстановления он поступает в воздух в концентрациях 10—46 мг/м3; при просеве металлического вольфрама на виброситах концентрации его в воздухе составляют 8,3— 42,2 мг/м3 [93, 119]. По данным Н.Г. Леонтьевой концентрации вольфрама в воздухе рабочей зоны цеха вольфрамовых изделий завода «Победит» составляли 8,2—43,0 мг/м3 на рабочем месте восстановителя вольфрама, 24,0—62,3 мг/м3 — на рабочем месте размольщика материалов шихты, 17,5—81,2 мг/м3 — на рабочем месте аппаратчика сушки и прокаливания вольфрамовой кислоты, 101,5— 118,7 мг/м3 — на рабочем месте аппаратчика промывки, центрифугирования и упаковки паравольфрамата аммония, 98,7—171,8 мг/м3 — на рабочем месте карбонизатора, 15,8—320,0 мг/м3 — на рабочем месте размольщика на сухом размоле [115].

В атмосферном воздухе в зоне влияния гидрометаллургического завода по производству вольфрама его среднесуточные концентрации на расстоянии 500 м от источника составляли 0,33 — 0,46 мг/м3, на расстоянии 5000 м — 0,019—0,025 мг/м3. Превышение предельно допустимой концентрации отмечалось в 43,4—57,6 процента проб на расстоянии 500 м от предприятия и в 2,9—3,8 процента на расстоянии 5000 м [22, 38].

Вольфрам свойствами эссенциальных элементов не обладает.

Анионная форма вольфрама (WO4-2) легко абсорбируется в желудочно-кишечном тракте. При пероральном введении вольфрама 40 процентов его выделяется с мочой, а 58 процентов — с фекалиями. При парентеральном введении 2 процентов вольфрама экскретируется с фекалиями. Поступивший в организм вольфрам кумулируется в костях, селезенке, печени [59, 93].

По результатам исследования В.Г. Надеенко ЛД50 вольфрамата натрия при пероральном введении белым крысам оказалась равной 1190 мг/кг [цит. по 22]. По данным Н.В. Лазарева и Н.Д. Гадаскиной эта величина составляет 1800 мг/кг [23]. При внутрибрюшинном введении крысам ЛД100 вольфрамата натрия — 180 мг/кг [59]. Для белых мышей ЛД50 вольфрамата натрия при пероральном введении составляет 240 мг/кг, для фосфорновольфрамового натрия — 700 мг/кг; при внутрибрюшинном введении ЛД50 вольфрамового ангидрида для мышей — 2000 мг/кг, трехокиси вольфрама — 3380 мг/кг [23, 93].

При трехмесячном пероральном введении вольфрамата натрия в дозах 100, 50, 25 и 10 мг/кг наблюдалось замедление нарастания массы тела, угнетение активности холинэстеразы, снижение содержания SH-групп в сыворотке крови, нарушение гликогенообразовательной функции печени [93]. При стодневном пероральном введении белым крысам вольфрамата натрия в дозах 59,5 и 23, мг/кг наблюдалось снижение активности амилазы в ферментных фракциях слизистой оболочки тонкой кишки [38].

В условиях стопятидневного круглосуточного ингаляционного эксперимента вольфрамовый ангидрид в концентрации 0, мг/м3 вызывал у животных преимущественно на 3м месяце воздействия функциональные сдвиги со стороны периферической крови, ее ферментов, белкового обмена, нарушение функции печени. Концентрация 0,20 мг/м3 была недействующей [22]. При ингаляции аэрозоля дезинтеграции вольфрамовокислого натрия в концентрации 0,5 мг/м3 в течение 4х месяцев у экспериментальных животных отмечали изменения СПП, снижение SH-групп в крови, изменение соотношения белковых фракций. Концентрация 0,1 мг/м3 была недействующей [89].

СОСТОЯНИЕ ФУНКЦИИ ПИЩЕВАРЕНИЯ

ПРИ ВОЗДЕЙСТВИИ СОЕДИНЕНИЙ МЕТАЛЛОВ

Влияние соединений цинка на показатели пищеварительной функции Соединения цинка в виде хорошо растворимого хлорида и слабо растворимого оксида испытаны при пероральном поступлении в дозах 25 мг/кг — 10- и пятидесятикратно и 5 мг/кг — пятидесятикратно, а также в условиях интраперитонеального введения в дозах и 1 мг/кг — пятидесятикратно. Хлорид цинка, кроме того, вводился интраперитонеально пятидесятикратно в дозе 0,2 мг/кг. Вещества вводились через день.

Результаты исследования показателей функции пищеварения при пероральном десятикратном введении хлорида цинка в дозе мг/кг представлены в таблицах 4,5. Статистически значимые изменения гликемических показателей при нагрузке глюкозой наблюдались как через 15, так и через 30 минут после ее введения и характеризовались снижением коэффициента Бодуэна и коэффициента всасывания глюкозы, что свидетельствует о нарушении процесса всасывания в кишечнике. Значительное (на 71 %; Р0,05) повышение активности мальтазы и некоторое (на 16 %) увеличение количества амилазы в гомогенате кишки может быть расценено как проявление раздражающего действия хлорида цинка, а также как компенсаторная реакция на снижение уровня глюкозы в крови за счет нарушения всасывания. Существенное (на 39 %, Р 0,05) падение активности амилазы в полостной фракции тонкой кишки указывает на подавление экскреторной функции поджелудочной железы, очевидно вследствие нарушения ее структуры.

Снижение активности амилазы в полостной фракции ферментов дает основание предполагать возможное нарушение процесса гидролиза крахмала. Отмечаемое при анализе гликемических показателей отсутствие снижения коэффициента гидролиза крахмала видимо связано с нарушением процесса всасывания в кишечнике.

Нарушение всасывания конечного продукта гидролиза углеводов создает «узкое место» в многоэтапном пищеварительном конвейере, вследствие чего поступление глюкозы в кровь не зависит от самого процесса гидролиза, определяющего количество глюкозы, подлежащей всасыванию, а зависит лишь от скорости всасывания.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 
Похожие работы:

«Министерство природных ресурсов Российской Федерации Федеральное агентство лесного хозяйства ФГУ НИИ горного лесоводства и экологии леса (ФГУ НИИгорлесэкол) Н.А. БИТЮКОВ ЭКОЛОГИЯ ГОРНЫХ ЛЕСОВ ПРИЧЕРНОМОРЬЯ Сочи - 2007 УДК630(07):630*58 ББК-20.1 Экология горных лесов Причерноморья: Монография / Н.А.Битюков. Сочи: СИМБиП, ФГУ НИИгорлесэкол. 2007. -292 с., с ил. Автор: Битюков Николай Александрович, доктор биологических наук, заслуженный деятель науки Кубани, профессор кафедры рекреационных...»

«Министерство образования и науки Украины ГОСУДАРСТВЕННОЕ ВЫСШЕЕ УЧЕБНОЕ ЗАВЕДЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ГОРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Р.Н. ТЕРЕЩУК КРЕПЛЕНИЕ КАПИТАЛЬНЫХ НАКЛОННЫХ ВЫРАБОТОК АНКЕРНОЙ КРЕПЬЮ Монография Днепропетровск НГУ 2013 УДК 622.281.74 ББК 33.141 Т 35 Рекомендовано вченою радою Державного вищого навчального закладу Національний гірничий університет (протокол № 9 від 01 жовтня 2013). Рецензенти: Шашенко О.М. – д-р техн. наук, проф., завідувач кафедри будівництва і геомеханіки Державного вищого...»

«МИНИСТЕРСТВО ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ И ЭКОЛОГИИ ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Сибирское отделение Институт природных ресурсов, экологии и криологии МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Забайкальский государственный гуманитарно-педагогический университет им. Н.Г. Чернышевского О.В. Корсун, И.Е. Михеев, Н.С. Кочнева, О.Д. Чернова Реликтовая дубовая роща в Забайкалье Новосибирск 2012 УДК 502 ББК 28.088 К 69 Рецензенты: В.Ф. Задорожный, кандидат геогр. наук; В.П. Макаров,...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ УЛЬЯНОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ А.Б. Песков, Е.И. Маевский, М.Л. Учитель ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ МАЛЫХ ВОЗДЕЙСТВИЙ В КЛИНИКЕ ВНУТРЕННИХ БОЛЕЗНЕЙ второе издание, с изменениями и дополнениями Ульяновск 2006 УДК 616.1 ББК 54.1 П 28 Печатается по решению Ученого совета Института медицины, экологии и физической культуры Ульяновского государственного университета Рецензенты: д.м.н., профессор Л.М. Киселева, д.м.н., профессор А.М. Шутов. вторая редакция, с...»

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ЭКОНОМИКИ, СТАТИСТИКИ И ИНФОРМАТИКИ Кафедра социально-экономической статистики Кафедра общего и стратегического менеджмента Кафедра экономической теории и инвестирования Под общим руководством проф. Карманова М.В. ДЕМОГРАФИЧЕСКАЯ КОНЪЮНКТУРА ОБЩЕСТВА КАК ВАЖНЕЙШИЙ ЭЛЕМЕНТ ПРИКЛАДНЫХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ И МАРКЕТИНГОВЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ Межкафедральная монография Москва, 2010 УДК 314.1, 314.06 Демографическая конъюнктура общества как важнейший элемент прикладных...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ТОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ ОБЩЕСТВЕННЫХ НАУК МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ СИНТЕЗ: ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ, ВОЗМОЖНЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ ИЗДАТЕЛЬСТВО ТОМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 2002 УДК 930.2 ББК 63 М 54 Методологический синтез: прошлое, настоящее, возможМ 54 ные перспективы / Под ред. Б.Г. Могильницкого, И.Ю. Николаевой. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2002. – 204 с. ISBN 5-7511-1556-2 Предлагаемая монография является опытом обобщения материалов...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования ЮжНыЙ ФЕДЕРАЛЬНыЙ уНИВЕРСИТЕТ Факультет психологии И. П. Шкуратова СамоПредъявленИе лИчноСтИ в общенИИ Ростов-на-Дону Издательство Южного федерального университета 2009 уДК 316.6 ББК 88.53 Ш 66 Печатается по решению редакционно-издательского совета Южного федерального университета рецензент: доктор психологических наук, профессор Джанерьян С.Т...»

«Иссле дова нИя русской цИвИлИза цИИ ИсследованИя русской цИвИлИзацИИ Серия научных изданий и справочников, посвященных малоизученным проблемам истории и идеологии русской цивилизации: Русская цивилизация: история и идеология Слово и дело национальной России Экономика русской цивилизации Экономическое учение славянофилов Денежная держава антихриста Энциклопедия черной сотни История русского народа в XX веке Стратегия восточных территорий Мировоззрение славянофилов Биосфера и кризис цивилизации...»

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина Н.Г. Агапова Парадигмальные ориентации и модели современного образования (системный анализ в контексте философии культуры) Монография Рязань 2008 ББК 71.0 А23 Печатается по решению редакционно-издательского совета государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Рязанский государственный...»

«1 А.В.Федоров, И.В.Челышева МЕДИАОБРАЗОВАНИЕ В РОССИИ: КРАТКАЯ ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ 2 А.В.Федоров, И.В.Челышева МЕДИАОБРАЗОВАНИЕ В РОССИИ: КРАТКАЯ ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ МОНОГРАФИЯ Таганрог 2002 УДК 378.148. ББК 434(0+2)6 3 Ф 33 ISBN 5-94673-005-3 Федоров А.В., Челышева И.В. Медиаобразование в России: краткая история развития – Таганрог: Познание, 2002. - 266 c. Монография написана при поддержке гранта Российского гуманитарного научного фонда (РГНФ), грант № 01-06-00027а В монографии рассматриваются...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ВОРОНЕЖСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Кафедра романской филологии Факультет романо-германской филологии СИСТЕМНЫЕ И ДИСКУРСИВНЫЕ СВОЙСТВА ИСПАНСКИХ АНТРОПОНИМОВ Издательско-полиграфический центр Воронежского государственного университета Воронеж 2010 УДК 811.134.2’373.232.1 ББК 82.2Исп. С40 Рецензенты: доктор филологических наук, профессор Г.Ф. Ковалев (Воронежский...»

«Негосударственное образовательное учреждение высшего профессионального образования ИНСТИТУТ НЕПРЕРЫВНОГО ОБРАЗОВАНИЯ Кафедра естественнонаучных и общегуманитарных дисциплин В. К. Криворученко ИСТОРИЯ — ФУНДАМЕНТ ПАТРИОТИЗМА Москва — 2012 УДК 93.23 ББК 63.3 К82 Рецензенты: Королёв Анатолий Акимович, доктор исторических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ (АНО ВПО Московский гуманитарный университет); Козьменко Владимир Матвеевич, доктор исторических наук, профессор, заслуженный деятель...»

«3 ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ПРАВОСУДИЯ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ФИЛИАЛ Клепиков Сергей Николаевич АДМИНИСТРАТИВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ В СУБЪЕКТАХ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Воронеж 2006 4 Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ПРАВОСУДИЯ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ФИЛИАЛ КАФЕДРА ОБЩЕТЕОРЕТИЧЕСКИХ ПРАВОВЫХ ДИСЦИПЛИН Клепиков Сергей Николаевич АДМИНИСТРАТИВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ В СУБЪЕКТАХ...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Московский государственный университет экономики, статистики и информатики (МЭСИ) Кафедра Лингвистики и межкультурной коммуникации Е.А. Будник, И.М. Логинова Аспекты исследования звуковой интерференции (на материале русско-португальского двуязычия) Монография Москва, 2012 1 УДК 811.134.3 ББК 81.2 Порт-1 Рецензенты: доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой русского языка № 2 факультета русского языка и общеобразовательных...»

«Ю.Н. КАРОГОДИН седиментационная цикличность УДК 551.3.051 Карогодин Ю. Н. Седиментационная цикличность. M., Недра, 1980. 242 с. В книге рассмотрены вопросы, связанные с созданием науиой теории седиментационной цикличности. В ней обосновано место породио-слоевых тел - слоевых ассоциаций, циклитов среди тел геологического уровня организации материи. Рассматриваются качественные и колячеявенные методы и аряишшы выделения слоевых ассоциаций разного ранга в реа разрезах; обосновывается структурная...»

«Российский государственный педагогический университет им. А.И.Герцена Н.А. ВЕРШИНИНА СТРУКТУРА ПЕДАГОГИКИ: МЕТОДОЛОГИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ Монография Санкт-Петербург 2008 УДК 37.013 Печатается по решению ББК 74.2 кафедры педагогики В 37 РГПУ им. А.И. Герцена Научный редактор: чл.-корр. РАО, д-р пед. наук, проф. А.П. Тряпицына Рецензенты: д-р пед.наук, проф. Н.Ф. Радионова д-р пед.наук, проф. С.А. Писарева Вершинина Н.А. Структура педагогики: Методология исследования. Монография. – СПб.: ООО Изд-во...»

«МИНИСТЕРСТВ ОБРАЗОВАН М ВО НИЯ И НАУКИ У УКРАИНЫ ДОНЕЦКИЙ НАЦИОНАЛЬ Й ЬНЫЙ УНИВЕРС СИТЕТ ЯНКОВСКИЙ Н.А., МАКОГОН Ю.В., РЯБЧ Й ЧИН А.М. ИНН НОВАЦИОНННЫЕ И КЛА АССИЧЕСКИ ТЕОРИИ ИЕ И КА АТАСТРОФ И ЭКОНОМИ ИЧЕСКИХ К КРИЗИСОВ Научное и издание Донецк – УДК 515.164.15+517. Янковский Н.А., Макогон Ю.В., Рябчин А.М. Инновационные и классические теории катастроф и экономических кризисов: Монография / под ред. Макогона Ю.В. – Донецк: ДонНУ, 2009. – 331 с. Авторы: Янковский Н.А., (введение, п.1.3, 1.4,...»

«ШЕКСПИРОВСКИЕ ШТУДИИ XIII Н. В. Захаров У ИСТОКОВ РУССКОГО ШЕКСПИРИЗМА: А. П. СУМАРОКОВ, М. Н. МУРАВЬЕВ, Н. М. КАРАМЗИН (К 445-летию со дня рождения У. Шекспира) МОСКОВСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Институт фундаментальных и прикладных исследований Центр теории и истории культуры МЕЖДУНАРОДНАЯ АКАДЕМИЯ НАУК (IAS) Отделение гуманитарных наук ШЕКСПИРОВСКИЕ ШТУДИИ XIII Н. В. Захаров У ИСТОКОВ РУССКОГО ШЕКСПИРИЗМА: А. П. СУМАРОКОВ, М. Н. МУРАВЬЕВ, Н. М. КАРАМЗИН (К 445-летию со дня рождения У....»

«камско-вятского региона региона н.и. шутова, в.и. капитонов, л.е. кириллова, т.и. останина историко-культурны ландшафткамско-вятского йландшафт историко-культурны историко-культурный й ландшафт ландшафт камско-вятского камско-вятского региона региона РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК УРАЛЬСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ УДМУРТСКИЙ ИНСТИТУТ ИСТОРИИ, ЯЗЫКА И ЛИТЕРАТУРЫ Н.И. Шутова, В.И. Капитонов, Л.Е. Кириллова, Т.И. Останина ИсторИко-культурн ый ландшафт камско-Вятского регИона Ижевск УДК 94(470.51)+39(470.51) ББК...»

«ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИЙ ПО ВЫСШЕМУ ОБРАЗОВАНИЮ НИЖЕГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н. И. ЛОБАЧЕВСКОГО Е. А. МОЛЕВ БОСПОР В ПЕРИОД ЭЛЛИНИЗМА Монография Издательство Нижегородского университета Нижний Новгород 1994 ББК T3(0) 324.46. М 75. Рецензенты: доктор исторических наук, профессор Строгецкий В. М., доктор исторических наук Фролова Н. А. М 75. Молев Е. А. Боспор в период эллинизма: Монография.—Нижний Новгород: изд-ва ННГУ, 19Н 140 с. В книге исследуется...»






 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.