WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:   || 2 | 3 |

«Когнитивные и личностные особенности у юношей с шизотипическим расстройством, заболевших в подростковом возрасте. (Медицинская психология – ...»

-- [ Страница 1 ] --

УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ МЕДИЦИНСКИХ НАУК

НАУЧНЫЙ ЦЕНТР ПСИХИЧЕСКОГО ЗДОРОВЬЯ РАМН

На правах рукописи

Кобзова Мария Петровна

Когнитивные и личностные особенности у юношей

с шизотипическим расстройством, заболевших

в подростковом возрасте.

(Медицинская психология – 19.00.04)

Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Научный руководитель – кандидат психологических наук Н.В. Зверева Санкт-Петербург 2014 Оглавление ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1.КОГНИТИВНЫЕ НАРУШЕНИЯ И ОСОБЕННОСТИ СОЦИАЛЬНОЙ

АДАПТАЦИИ ПРИ РАССТРОЙСТВАХ ШИЗОФРЕНИЧЕСКОГО

СПЕКТРА(ЛИТЕРУРНЫЙ ОБЗОР)

1.1. Исследования познавательной деятельности при расстройствах шизофренического спектра.... 1.1.1. Исследование памяти

1.1.2. Изучение нарушений мышления

1.1.3. Нарушения внимания у пациентов с расстройствами шизофренического спектра

1.2. Личностные особенности и социальная адаптация при заболеваниях шизофренического спектра

1.3. Нейробиологические особенности у пациентов с расстройствами шизофренического спектра. ГЛАВА 2. МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

2.1. Испытуемые и организация исследования

2.2. Методы исследования

2.2.1. Методики исследования когнитивных функций

2.2.2. Методики исследования личностных особенностей

2.2.3. Оценка социального функционирования

2.2.4. Дополнительные патопсихологические методики

2.3. Анализ медицинской документации

2.4. Математическая обработка данных

ГЛАВА 3. РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ КОГНИТИВНЫХ, ЛИЧНОСТНЫХ

СОБЕННОСТЕЙ И ПОКАЗАТЕЛЕЙ ЭЭГ У ЮНОШЕЙ С ШИЗОТИПИЧЕСКИМ

АССТРОЙСТВОМ, ЗАБОЛЕШИХ В ПОДРОСТКОВОМ ВОЗРАСТЕ................ РАЗДЕЛ I. Когнитивные и личностные особенности юношей с ШТР

3.1.1. Сравнительный анализ социально-экономического статуса пациентов с ШТР и контрольной группы





3.1.2. Оценка когнитивного функционирования у пациентов с ШТР

3.1.2.1. Исследование показателей памяти в группах ШТР и контроля

3.1.2.2. Исследование показателей внимания в группах ШТР и контроля

3.1.2.3. Исследование показателей мышления

3.1.2.4. Эмоционально-личностные характеристики группы ШТР

3.2.5. Корреляционный анализ показателей памяти, внимания, мышления и личностных особенностей в группе пациентов с ШТР

РАЗДЕЛ 2. Катамнестическая динамика когнитивных и личностных особенностей у пациентов с ШТР

3.2.1. Социально-экономический статус пациентов с ШТР с разным катамнестическим выходом... 3.2.2. Исследование когнитивного и личностного функционирования в катамнестических подгруппах.

3.3. Нейрофизиологическое исследование пациентов с ШТР

3.4. Исследование выборки практической нормы с помощью опросника SPQ-74

ГЛАВА 4. ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ

4.1. Исследование когнитивного функционирования

4.2. Исследование личностных особенностей в группе юношей с ШТР и контрольной группе...... 4.3. Корреляция показателей ЭЭГ с данными психологического исследования

4.4. Особенности социальной адаптации у пациентов с ШТР

ВЫВОДЫ……………………………………………………………………………. ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………………………… СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ПРИЛОЖЕНИЕ

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ, ИСПОЛЬЗУЕМЫХ В РАБОТЕ

Общие сокращения муж – мужской в.н.с. – ведущий научный сотрудник гг. – годы д.б.н. – доктор биологических наук д.м.н. – доктор медицинских наук др. – другие к.б.н. – кандидат биологических наук к.м.н. – кандидат медицинских наук к.псх.н. – кандидат психологических наук рис. – рисунок с.н.с. – старший научный сотрудник сек. – секунды соавт. – соавторы табл.– таблица Группы испытуемых.

ШТР. F21.х – шизотипическое расстройство ( по МКБ-10) Юноши ШТР – основная экспериментальная группа.

ГР – подгруппа ремиссии пациентов с ШТР, исследованная в динамике ТЗ – подгруппа текущего заболевания пациентов с ШТР, исследованная в динамике Подр.ШТР ГР – пациенты подгруппы ремиссии, исследованные в подростковом возрасте Подр.ШТР ТЗ – пациенты подгруппы текущего заболевания, исследованные в подростковом возрасте.

Юноши ШТР ГР – пациенты подгруппы ремиссии, исследованные в юношеском возрасте Юноши ШТР ТЗ – пациенты подгруппы текущего заболевания, обследованные в юношеском возрасте Шифры испытуемых подгруппы ремиссии: А, B, C, D, E Шифры испытуемых подгруппы текущего заболевания: А1, B1, C1, D1, E1, I1, F Параметры оценки когнитивных функций:

КС – коэффициент стандартности в методике конструирование объектов НМ – общий показатель нарушений мышления при выполнении методики классификация НП – объем непосредственного воспроизведения после однократного предъявления 10 слов ОБ – показатель обобщения (категоризации) выполнения методики классификация ПРОД – продуктивность выполнения методики Конструирование объекта.

НКС-новый коэффициент стандартности в методике «4 –лишний», рассчитывается исходя из новых «стандартных» ответов, как отношение стандартных ответов к количеству всех ответов.





ВВЕДЕНИЕ

Актуальность проблемы. Юношеский возраст является одним из основных возрастных периодов онтогенеза человека (Д.Б.Эльконин, Б.Г.Ананьев, Л.С.Выготский и др.). Для дальнейшего психического развития человека необходимо, чтобы все новообразования предыдущей возрастной стадии были сформированы полностью. Для подросткового возраста в этом контексте важно определить место когнитивных достижений (абстрактное мышление) (Ж. Пиаже) и личностного развития (становление самооценки, самосознания, ценностной сферы и т.п.). (Д.Б. Эльконин, Д.И. Фельдштейн и др.). Болезнь, нередко возникающая в подростковом возрасте, оказывает свое негативное влияние на последующее развитие в соответствии с базовыми законами дизонтогенеза, когда наиболее пораженной является функция (или ее структурные элементы), которые в период воздействия вредности находятся в сензитивной стадии развития (В.В. Лебединский, Д.Н. Исаев). Именно такие (личностного) функционирования встают перед клиническими психологами при обращении к теме изучения юношеской шизофрении и шизотипических расстройств, начало которых в подростковом возрасте (Т.К. Мелешко, В.П. Критская, А.Б. Холмогорова и др.). Вопросы нарушения когнитивного и социального функционирования и преодоления этих нарушений являются (А.С. Тиганов. В.Н. Краснов, И.Я. Гурович и др.). Шизотипические расстройства (ШТР) (шифр F21.х по МКБ-10), которые относятся к разделу «Шизофрения, шизотипические и бредовые расстройства», характеризуются наличием негативной симптоматики, нарушением когнитивной и социальной сферы и социальной дезадаптацией. Известно, что пик дебюта заболеваний шизофренического спектра приходится на юношеский возраст - наиболее стрессоуязвимый период, связанный с решением важных социальных, личностных и профессиональных вопросов. Актуальность исследования шизотипических расстройств обусловлена высокой частотой их распространения в популяции (по данным Американской психиатрической ассоциации наблюдается до 3–6% случаев заболеваемости). За 5 лет с 2004– 2008 гг. среди всех пациентов госпитализированных в стационар детской устанавливался в 30% случаев (Горюнов А.В., 2010).

Считается, что когнитивный дефицит и нарушения социального функционирования у пациентов c ШТР являются ведущими симптомами, часто предвещающими развитие шизофренического процесса (C. Dickeya с совт., 2005). Поэтому крайне важным является исследование динамики когнитивных процессов с помощью катамнестического наблюдения у пациентов с ШТР, заболевших в подростковом возрасте. Несмотря на множество работ, посвященных разнообразным аспектам функционирования лиц с ШТР (Т.К. Мелешко, 2007; С.М. Алейникова, 1984; Н.В. Зверева., 2012; В.Г. Каледа., 2010; О.Е. Сергеева, 2012; А.Н. Алехин, 2005; А.В.Коцюбинский, 2011; А. И.

Хромов, 2012; Goldberg T.E. с соавт., 1995; S. Wilkins, 1992; A.J. Bergman, 1998), до сих пор нет однозначного представления о выраженности когнитивных и личностных нарушений у юношей с ШТР, заболевших в подростковом возрасте. Остается не до конца определенной возрастная динамика их когнитивного и социального функционирования. Современные клинические исследования предполагают обязательный коллегиальный и мультидисциплирнарный подход. Для вида патологии, изучаемой в данной работе, мультидисциплинарный подход с учетом клинических, психологических и нейрофизиологических данных встречается относительно редко, а данные о корреляции когнитивных и личностных нарушений у пациентов с ШТР с результатами нейрофизиологического исследования мало изучены и не систематизированы.

Вышесказанное определило постановку проблемы исследования в рамках медицинской психологии (психологии дизонтогенеза). Исследование психологических особенностей лиц с шизотипическим расстройством, заболевших подростковом возрасте, является важной актуальной задачей медицинской психологии и открывает возможности для дальнейшего прогнозирования течения заболевания, уточнения предикторов благоприятного прогноза, возможности социальной адаптации и уточнения направлений реабилитации пациентов с шизотипическим расстройством.

Цель исследования состоит в изучении когнитивных и личностных особенностей юношей с ШТР, заболевших в подростковом возрасте и оценке динамики состояния на примере пациентов катамнестических групп. Это определило постановку следующих задач.

Задачи исследования:

функционирования у подростков и юношей с ШТР по данным современной клинико-психологической литературы.

Исследовать параметры когнитивного функционирования в группе юношей с ШТР, заболевших в подростковом возрасте в сравнении со здоровыми испытуемыми, отобранными с помощью опросника SPQ-74.

функционирования в группе юношей с ШТР в сравнении со здоровыми испытуемыми.

характеристик при длительном наблюдении за пациентами с ШТР, начиная с подросткового возраста.

С помощью опросника SPQ-74 оценить частоту встречаемости шизотипических личностных черт среди практически здоровых испытуемых.

Изучить распределение значений некоторых показателей мышления в современной выборке здоровых испытуемых.

Сопоставить параметры психологических характеристик и показатели ЭЭГ в подростково-юношеской группе пациентов с ШТР.

Объект исследования: когнитивные и личностные особенности здоровых юношей и юношей с ШТР, заболевших в подростковом возрасте.

Предмет исследования:

функционирования у юношей с ШТР.

Гипотезы исследования:

шизотипическими расстройствами является нарушение когнитивного функционирования.

2. Социальная адаптация юношей с шизотипическими расстройствами определяется особенностями их личностной сферы.

3. Тяжесть клинических проявлений у пациентов с ШТР, заболевших в подростковом возрасте, в юношеском возрасте коррелирует с выраженностью когнитивных нарушений и личностных особенностей.

4. Особенности когнитивного и личностного функционирования находят отражение в картине биоэлектрической активности мозга.

Научно-методологическую основу исследования составляют:

Положения о когнитивных особенностях пациентов с заболеваниями шизофренического спектра, разработанные в отечественной клинической психологии (С.Я. Рубинштейн, 1958; Б.В. Зейгарник, 1973; Ю.Ф. Поляковым, 1974, 1982; Б.Г. Ананьевым, 1980; Т.К. Мелешко, 1982, 2007; В.П. Критской, 1982, 2011; Н.В. Зверевой, 1993, 2012).

Положения психиатрии о нарушении психической деятельности, отраженные в исследованиях: Г.Е. Сухаревой,1933; А.В. Снежневского, 1972;

А.С. Тиганова, 1999; в исследованиях зарубежных авторов: A. Rainе, 1991, 1994; K.S. Kendler, 1985; M. Green, 2008; N.C Аndersen, 1982, 2001.

Принципы исследования личностных особенностей у пациентов (Д.Н.Хломов, 1982, 1993; Т.К.Мелешко, 2003; А.Н. Алехин, 2005; В.П.

Критская, 2007; С.Н. Ениколопов 20011; С.О.Кузнецова, 2011; А.В.Семке, Принципы катамнестического изучения динамики у пациентов с расстройствами шизофренического спектра (A. Raine, 1991; Борисова Д.Ю, 2007; В.Г. Каледа, 2010; А.И. Хромов, 2012).

психических заболеваний в современной психиатрической клинике (Т.E.

Goldberg, 1998; А. Raine, 1991; И.С.Лебедева, 2008, 2009; М.В.Алфимова, 2013).

Группы испытуемых. В исследовании участвовали подростки и юноши с шизотипическим расстройством, а также здоровые испытуемые в возрасте от до 70 лет. Критерии включения в клиническую группу: возраст от 17 до 28 лет;

мужской пол, наличие диагноза шизотипическое расстройство (F21.х), начало заболевания в подростковом возрасте (33 человека). Основная группа больных ШТР находилась либо на стационарном лечении, либо на амбулаторном наблюдении в НЦПЗ РАМН. Все больные принимали психотропную терапию и были обследованы в состоянии выхода в ремиссию.

В соответствии с задачами исследования были изучены 3 выборки здоровых испытуемых:

Основная контрольная группа: критерии включения – возраст от 17 до лет, балл ниже 23 по опроснику SPQ-74 (20 человек), мужской пол.

Дополнительная контрольная группа 1 здоровых испытуемых для оценки частоты встречаемости шизотипических нарушений: выборка практически здоровых лиц, не обращавшихся к психиатру в возрасте от 18 до 65 лет ( человек).

Дополнительная контрольная группа 2 для изучения распределения значений некоторых показателей мышления: выборка здоровых испытуемых в возрасте 17–70 лет (120 человек).

Методы исследования:

1. экспериментально-психологический, 2. психодиагностический, 3. анализ медицинской документации, 4. лонгитюдинальный, 5. нейрофизиологический, 6. статистический.

Использовался комплекс методик, включающий оценку когнитивных функций, личностных особенностей и социальной адаптации. Анализ показателей памяти и внимания осуществлялся с помощью методик «Заучивание 10 слов» и «Таблицы Шульте» (С.Я. Рубинштейн, 2007). Для исследования особенностей мышления использовались методики: «Малая предметная классификация», «4-й лишний» и «Конструирование объекта», которые были модифицированы в 70–80е годы сотрудниками лаборатории патопсихологии НИИ клинической психиатрии ВНЦПЗ АМН СССР (рук. Ю.Ф. Поляков). Для исследования личностных особенностей использовался «Тест оценки социальных навыков Гольдштейна»

(вариант Д.Н. Хломова, О.Ю. Казьминой, 1993) и «Шкальная самооценка»

(Дембо-Рубинштейн) (C.Я.Рубинштейн, 2007).

агрессивности использовался опросник Басса и Дарки. Оценка социального статуса пациентов на время обследования проводилась с опорой на материалы клинической беседы и данные истории болезни, социальный статус контрольной группы оценивался на основании беседы с пациентами. Для исключения из контрольных групп лиц с возможным шизотипическим расстройством применялась методика SPQ-74. Проводился анализ медицинской документации.

Математическая обработка данных проводилась с помощью программ Exel 2007, Statistica7.0.

Обоснованность результатов обеспечивается большим объемом выборок испытуемых, верифицированным клиническим диагнозом, использованием компьютерных средств математической обработки данных (приложение Microsoft Office Excel 2007, Statistica 7).

1. Когнитивное функционирование пациентов с ШТР юношеского возраста, произвольного внимания и памяти: показатели внимания и отдельные показатели памяти у них достоверно хуже по сравнению со здоровыми испытуемыми, что свидетельствует о снижении устойчивости внимания, более низкой эффективности работы и трудностях врабатываемости у пациентов с ШТР по сравнению с контрольной группой.

2. Познавательные способности пациентов с ШТР юношеского возраста, заболевших в подростковом возрасте практически не нарушены в сфере мышления: показатели мышления в группе лиц с ШТР не отличаются от таковых в группе практической нормы. Возможно, это связано с негрубым уровнем нарушений у пациентов, относительно поздним началом заболевания.

3. Личностные особенности (уровень социальных навыков, адекватность самооценки, уровень агрессивности) и качество социального функционирования, определяют благоприятность прогноза у пациентов с ШТР.

4. Изменения культурно-исторической среды приводят к изменению частоты использования тех или иных актуализированных признаков определения предмета.

5. Когнитивные нарушения и личностные особенности у пациентов с ШТР коррелируют с повышенным уровнем бета-активности, что отражает дисбаланс тормозных и активирующих процессов в ЦНС с преобладанием последних.

Научная новизна Выводы исследования вносят вклад в развитие теории психического дизонтогенеза, поскольку показано, что начало заболевания в подростковом возрасте приводит к выходу на первый план на этапе болезни в юношеском возрасте именно личностных особенностей (сниженная самооценка, критическое отношение к своим социальным навыкам, повышенное чувство обиды), которые играют существенную роль в нарушениях адаптации, несмотря на определенные когнитивные нарушения (дефицит запоминания на инициальных этапах, сниженный объем внимания), отличающие пациентов с ШТР от здоровых испытуемых того же возраста, и относительное сходство показателей мышления в норме и при ШТР.

Впервые длительно (от 2 до 12 лет) прослежена и оценена клиникопатопсихологически динамика группы юношей с ШТР, заболевших в подростковом возрасте. Полученные данные позволили сделать заключение о том, что личностные особенности имеют большую значимость для социальной адаптации и прогноза заболевания, чем когнитивные нарушения.

Впервые для отбора испытуемых контрольной группы был применен шизотипические нарушения. Также впервые была исследована корреляция шкал опросника SPQ с психологическими и ЭЭГ- данными в группе здоровых испытуемых. Сопоставление таких данных дает возможность составить представление о возможных причинах личностных нарушений, в основе которых могут лежать биологические особенности мозговой организации.

Получены новые экспериментальные данные об изменении актуализации определенных признаков предметов на современном культурно-историческом этапе в выборке здоровых испытуемых, что следует учитывать при проведении диагностики патопсихологическими методиками пациентов в клинике.

Теоретическая значимость - Выявленные нарушения когнитивной и личностной сферы расширяют и углубляют представление о клинической картине болезни пациентов с шизотипическим расстройством, начавшемся в подростковом возрасте.

Теоретические выводы работы дополняют сведения об искаженном типе дизонтогенетического развития в подростково-юношеский период. Показано, что на этом возрастном этапе при шизотипическом расстройстве преобладают дефициты личностно-мотивационной сферы, которая, как указывала еще Б.В. Зейгарник вносит вклад в нарушения других психических процессов (памяти, шизофренического спектра.

- Результаты исследования уточняют роль и связь познавательных и эмоционально-личностных нарушений у молодых пациентов с шизотипическим расстройством, а также определяют маркеры успешности их социальной адаптации.

- Длительное катамнестическое наблюдение за пациентами дает возможность судить о прогнозе шизотипического расстройства в подростковоюношеский период.

- Выявленное изменение актуализируемых признаков при классификации предметов в современной выборке здоровых испытуемых по сравнению с данными 70-х годов требует эпизодического пересмотра и стандартизации ряда патопсихологических методик.

- Данные мультидисциплинарного исследования вносят вклад в понимание патогенеза когнитивных нарушений.

Практическая значимость.

- Результаты проведенного исследования могут быть использованы для дифференциальной диагностики в клинико-психологической практике, при обследовании групп риска развития психических заболеваний, прогнозировать успешность выхода у пациентов с ШТР.

- Выявленные «новые стандарты» в методике «4-й лишний» актуальны в разработке современной методологии патопсихологической диагностики познавательных способностей.

- Обнаруженный значительный процент лиц с риском развития шизотипических расстройств в общей популяции здоровых испытуемых ставит вопрос о необходимости учитывать этот факт при выборе контрольных групп.

- Результаты диссертационного исследования используются в учебном процессе на факультете Клинической и специальной психологии МГППУ при подготовке специалистов – клинических психологов, при чтении курсов «Патопсихология», «Дифференциальная психологии». Кроме того, практические наработки были внедрены в работу НОЦ МГППУ «Нейробиологическая диагностика наследственных психических заболеваний детей и подростков».

Апробация работы. Материалы исследования были представлены на следующих научных конференциях: 4-ая Международная научно-практическая конференция студентов и молодых ученых «И.П. Павлов: диалог с ХХI веком», Рязань, 10–12 апреля 2009 г. (тезисы); XXI съезд физиологического общества им. Павлова, Калуга 2010 (постер); Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Клиническая психология: Итоги.

Проблемы. Перспективы» г. Пушкин, 27–28 апреля 2010 г. (доклад); 6-ой международный междисциплинарный конгресс «Нейронаука для медицины и психологии» Судак, Украина, июнь 2010 г. (доклад); ХI межвузовская научнопрактическая конференция с международным участием: «Молодые ученые – нашей новой школе», Москва, апрель 2012 (постер); 15 съезд общества по изучению поведенческих фенотипов (SSBP), Бельгия, Левен, октябрь 2012 г.

(постер); Ежегодная межкафедральная конференция «Ковалевские чтения» на базе кафедры детской и подростковой психиатрии, психотерапии и медицинской психологии РМАПО, Москва, 15 ноября 2012 года (доклад);

Московский международный конгресс, посвященный 110-летию со дня рождения А.Р. Лурия, Москва, декабрь, 2012 (доклад, тезисы); Всероссийская научно-практическая конференция к 85-летию Ю.Ф. Полякова «Теоретические и прикладные проблемы медицинской (клинической) психологии» 14– февраля 2013 года (доклад).

Структура и объем. Диссертация состоит из введения, 4-х глав, выводов, заключения и приложения. Изложена на 156 страницах. Содержит 9 таблиц, рисунков. Библиография включает 171 наименование, из них 63 на иностранных языках.

КОГНИТИВНЫЕ НАРУШЕНИЯ И ОСОБЕННОСТИ СОЦИАЛЬНОЙ

АДАПТАЦИИ ПРИ РАССТРОЙСТВАХ ШИЗОФРЕНИЧЕСКОГО

Клиника шизотипического расстройства. Шизотипические расстройства шизофренического спектра, они характеризуются наличием негативной симптоматики и нарушением когнитивной и социальной сферы. Шизотипические расстройства связаны с аномалиями мышления и эмоций, личностными изменениями, аффективными и психопатоподобными расстройствами, деперсонализацией и дереализацией (А.С. Тиганов, А.А. Смулевич, 1999;

А.Б. Сумароков, А.В. Уманский, 2005), которые напоминают, согласно МКБ-10, наблюдаемые при шизофрении, хотя ни на одной стадии развития характерные для шизофрении нарушения не выявляются. У лиц с ШТР часто встречается аморфное, обстоятельное, метафорическое, гипердетализированное или стереотипное мышление, проявляющееся странной, вычурной речью или другим образом, однако, без выраженной разорванности (МКБ-10). Впервые термин «шизотипический» использовал S. Rado в 1953 году для определения «шизофренического генотипа» (S. Rado, 1953). Он предположил, что у этих пациентов есть две особенности: низкая способность испытывать удовольствие и искаженное восприятие своего собственного тела. В 1962 году Американская психологическая ассоциация под руководством П. Мила рассматривала уже когнитивных функций и беспорядочное мышление, избегание межличностных контактов, ангедонию и амбивалентность. В 1979 году Spitzer с коллегами (R.L.

Spitzer c соавт., 1979) предложили новые критерии для диагностики ШТР, которые включали 8 признаков: «магическое» мышление, идеи отношения, социальная изоляция, повторяющиеся иллюзии, спутанность речи, замкнутость и холодность, мнительность и социальные фобии. Позднее K.Kendler и соавт. (1985) разделили все симптомы ШТР на «позитивные» и «негативные». «Негативными»

симптомами они считали те, которые редко наблюдаются при классической шизофрении: социальная изоляция, спутанность речи, неадекватная контактность, мнительность, тревожность. «Позитивными» симптомами, по их мнению, являются симптомы, характерные для шизофрении, но в более мягкой форме:

примитивность мышления, идеи отношения, рекуррентные иллюзии. Эти критерии легли в основу диагностики ШТР и были опубликованы в третьем «Диагностического расстройств» (DSM-III) Американского психиатрического общества (Kendler, 1983). Согласно МКБ-10 и DSM-4 шизотипическое расстройство включает признаков:

1) Идеи отношений 2) Магическое мышление 3) Необычное восприятие 4) Подозрительность 5) Повышенная социальная тревожность 6) Отсутствие близких друзей 7) Уплощенный аффект 8) Странное эксцентричное поведение 9) Необычная речь В 70-80-е годы были созданы шкалы, по которым оценивали отдельные показатели «шизотипичности», а в 1991 году была опубликована диагностическая методика SPQ (Schizotypal Personality Questionnaire) (А.Raine с соавт., 1991), с помощью которой оценивались все 9 « шизотипических» шкал, наиболее полно характеризующих это расстройство. Первая апробация данного опросника в нашей стране была проведена А.Г. Ефремовым и С.Н. Ениколоповым в 2001– 2002 г.г. (С.Н. Ениколопов, А.Г. Ефремов, 2001, 2002) на клинической группе из 89 пациентов и группе из 55 здоровых испытуемых в возрасте 21–22 лет.

Несмотря на длительную историю изучения шизотипического расстройства в западной и отечественной психопатологии, остается проблема отнесения данного психического нарушения к процессуальной или личностной патологии. Так, Блейлер считал, что при изучении прошлого больных, у которых есть явные признаки шизофрении, в определенный момент можно найти признаки латентной формы расстройства. Он полагал, что эти признаки можно выделить как самостоятельное расстройство – латентная шизофрения, которая чаще всего протекает в скрытых формах со слабым проявлением признаков. И, наконец, в 1969 году, отечественный психиатр А.В. Снежневский предложил концепцию вялотекущей шизофрении. Его концепция отталкивалась от идеи Блейлера;

Снежневский рассматривал это расстройство как форму дебюта, являющуюся аналогичной латентной форме шизофрении, но с одним принципиальным отличием – вялотекущая шизофрения не развивается, постоянно ограничиваясь лишь продромальными проявлениями. В отечественной психиатрии диагноз ШТР устанавливается по совокупности общих клинических признаков, необходимых для диагностики вялотекущего шизофренического процесса (А.Б. Смулевич, 1999), с учетом закономерностей, специфичных для детского и подросткового возраста (Козлова И.А., 2008). В DSM–IV это расстройство рассматривается в разделе «Расстройства личности». Вынесение шизотипических расстройств за скобки шизофрении в американской психиатрии связано, в первую очередь, с отсутствием облигатных признаков шизофрении и отчетливой прогредиентности, а во вторую, – со стремлением отказаться от «навешивания ярлыка» психической болезни. Тем не менее, многие психиатры рассматривают шизотипические расстройства (F21.х) как вариант шизофрении (А.В. Горюнов 2010; И.А. Козлова, 2008; А.Б. Смулевич, 1999, 2009; K. Kendler, 1983–1995), а другие предполагают, что они характерны для людей с высоким риском возникновения шизофрении (M.

Baron с соавт., 1985).

В настоящее время продолжается дискуссия о связи ШТР и шизофрении.

Практически все исследователи говорят о генетической связи этих заболеваний, в частности, в связи с тем, что 50% лиц с диагностированной ШТР являются родственниками первой степени родства больных шизофренией (Kendler, 1985).

Так L.J. Siever (2002), предполагая, что ШТР генетически связаны с шизофренией, рассматривает три модели. Первая модель определяет ШТР и шизофрению как разные заболевания. Вторая модель предполагает, что это могут быть практически идентичные заболевания, но разной степени тяжести. Третья модель определяет их как заболевания с частично перекрывающейся этиологией, которые содержат много сходных черт, но главным различием является то, что у ШТР отсутствует психоз и выраженные дефициты. В связи с такой тесной связью этих заболеваний мы при анализе литературных данных будем приводить результаты разных аспектов клинико-психологических исследований у пациентов с расстройствами шизофренического спектра и по мере возможности сопоставлять данные, полученные разными авторами при изучении шизофрении и ШТР. Мы рассмотрим проблемы восприятия, памяти, внимания и связанные с ними особенности социальной адаптации, а также данные нейробиологических исследований.

1.1. Исследования познавательной деятельности при расстройствах Исследование познавательной деятельности является важным направлением психологической науки и связано с такими авторами как С.С. Корсаков, Р.Я. Голант, А.Р. Лурия, Б.В. Зейгарник, С.Я. Рубинштейн, Ю.Ф. Поляков, Т.К. Мелешко, В.П. Критская, Н.В. Зверева. Память – это высшая психическая функция, специфическая форма психического отражения действительности, обеспечивающая накопление, сохранение и воспроизведение информации.

Выделяют основные мнестические процессы: запоминание, сохранение, забывание, восстановление. Такая сложная форма памяти, как воспроизведение, связана с переработкой воспринятого, которое определяется конкретными условиями и задачами деятельности, индивидуальными особенностями субъекта, поэтому память нужно рассматривать, учитывая личностные особенности, свойства личности, ее мотивации, состояние, активность. По мнению Л.С. Выготского важнейшую роль в развитии памяти играет мышление, особенно формирование понятий (Л.С. Выготский, 1932, 1986, 1999). С этим положением согласен А.Н. Леонтьев (А.Н. Леонтьев 1972, 1977), который считал, что развитие памяти ребенка идет от ассоциативно-механической к логической. В клинической психологии существуют два основных направления, занимающихся изучением памяти: нейропсихологическое и патопсихологическое. Они представлены такими выдающимися учеными как А.Р. Лурия, Е.Д. Хомская, Б.В. Зейгарник, С.Я. Рубинштейн. Нейропсихология важнейшим аспектом в изучении памяти считает выявление пораженных структур мозга, связанных с нарушениями памяти. В патопсихологии же при изучении памяти основную роль отводится организации мнестической деятельности – опосредованного и непосредственного запоминания, произвольного и непроизвольного запоминания; мотивационному аспекту мнестической деятельности, ее целенаправленности (Б.В. Зейгарник, 1973).

В клинической психиатрии основной период разработки и внедрения патопсихологического метода исследования в нашей стране приходится на 1950годы. Рассмотрим более подробно нарушения памяти при заболеваниях шизофренического спектра. В настоящее время большинство исследований указывает на то, что шизофренический процесс сопровождается нарушениями памяти. Так, нарушения памяти у больных шизофренией по сравнению с нормой описаны в работах В.П Критской и Т.Д Савиной (1982), A.J. Begrman c соавт., (1998), А.Calev (1983), Н.В. Зверевой (1986–2013), А.И. Хромова (2009–2012). В этом аспекте интересна работа В.П. Критской и Т.Д Савиной (1982), в которой изучались нарушения памяти связанные с изменением двух форм проявления психической активности: произвольной регуляции и «спонтанности».

среднепрогредиентным темпом течения заболевания, характеризующиеся разной степенью выраженности дефекта и здоровые испытуемые контрольной группы.

Были выявлены изменения структуры мнестической деятельности, нарастающие по мере углубления дефекта, при относительной сохранности процессов запоминания. В то же время была показана возможность повышения продуктивности запоминания при внешней активизации мнестической деятельности больных, т. е. были обнаружены скрытые резервы процесса запоминания. Нарушения памяти у больных шизофренией могут быть связаны с применяемой нейролептической терапией (А.И. Хромов, 2012), длительностью госпитализации и выраженностью психотической симптоматики (A.Calev с соавт., 1983). Рассмотрим более подробно нарушения памяти при шизотипическом расстройстве. Ухудшение слухоречевой памяти были отмечены у пациентов с ШТР в работах A.Thaker с соавт., (1991), G.Bergman с соавт., (1998). Пациенты с ШТР хуже справлялись с заданиями Калифорнийских вербальных обучающих тестов (CVLT) по сравнению со здоровым контролем (M.Voglmaier и соавт., 1994). В исследовании G.Bergman с соавт., (1998), также рассматривались процессы памяти и обучения у пациентов с ШТР. Результаты показали, что пациенты с ШТР запоминали меньше слов, чем пациенты с другими личностными расстройствами. Однако показатели по удержанию информации не отличались от контрольной группы. При этом оказалось, что скорость обучения и доля успешного узнавания информации так же были сходны с контрольной группой.

Как отмечают авторы, дефицит памяти у пациентов с ШТР обусловлен консолидации памяти), а не в быстром забывании. Эти предварительные исследования выявляют дефицит в начальной стадии выполнения задания. С другой стороны, недавнее исследование Bo-Yeon Song, с соавт., (2011) имплицитной памяти у пациентов с ШТР показало, что у них не встречаются трудности на ранних этапах обработки информации (например, кодирования) и нет существенных нарушений этого вида памяти.. Исследование проспективной противопоставляется ретроспективной памяти, основанной на прошлом опыте), напротив, выявило ее дефицит у субъектов с заболеваниями шизофренического спектра. Так, в работе Ya Wang с соавт. (2008), проводилось сравнительное исследование профиля памяти у пациентов с шизофренией, ШТР и нормы. У всех испытуемых исследовали слуховую, зрительную и проспективную память. У больных шизофренией были нарушены все аспекты памяти, а у ШТР только проспективная память. Авторы пришли к заключению, что нарушения проспективной памяти являются эндофенотипом шизотипии.

Таким образом, можно сделать заключение, что у пациентов с ШТР нарушены лишь некоторые виды памяти, причем они выражены существенно меньше, чем у пациентов с шизофренией. Остается неясным вопрос о том, на каком этапе обработки информации нарушается память у пациентов с ШТР и чем это может быть обусловлено.

Динамика показателей памяти. Исследование динамики показателей памяти в структуре шизофренического процесса было проведено В.П. Критской и Т.Д. Савиной (1982). По данным авторов с возрастом наблюдалось углубление дефекта, что сопровождалось снижением психической активности, и, что особенно для нас важно, ухудшением произвольной регуляции и спонтанной деятельности. По – видимому, этот процесс характерен для пациентов среднего шизотипическое расстройство, возможно возрастное улучшение показателей памяти. Так, в работе Хромова А.И., (2012), где изучалась динамика непосредственной слухоречевой памяти у детей (7–8 лет) и подростков (14– лет) в группах шизофрении, шизотипического расстройства и группы здоровых, было показано, что отставание от нормы по объему непосредственного воспроизведения нивелируется 15–16 годам в группе пациентов с ШТР. У них было отмечено увеличение объема памяти до возрастной нормы. Однако остается неясным вопрос, сохранится ли это возрастное улучшение на этапе от подросткового до юношеского возраста?

Использование методов нейровизуализации для исследования памяти. В шизофренического спектра способствуют появившиеся в последнее время новые методы нейровизуализации, позволяющие оценивать активность структур, принимающих участие в процессах запоминания и хранения информации.

Лонгитюдинальные исследования лиц с шизофренией и шизотипическим расстройством с помощью магнитно-резонансной томографии (МРТ) показали прогрессивное снижение объема серого вещества верхней височной извилины (STG) с течением времени как в той, так и другой группе больных. Однако, пациентов с шизофренией уменьшение размеров STG было значительно более выраженным(–2,8% / год слева и –1,5% / год справа), чем у пациентов с шизотипическим расстройством (0,6% / год слева и –0,3% / год справа). Это указывает на то, что когнитивные нарушения могут быть связаны с нейродегенеративными изменениями, происходящими в определенных структурах мозга (Song с соавт., 2011).

Мышление – психический процесс отражения действительности, высшая психическая функция, высшая форма познавательной деятельности. Психология мышления начала развиваться в 20-х годах 20 века в Вюрцбургской школе. До этого времени в психологии мышление представлялось как сцепление ассоциаций, что отразилось на изучении психопатологии мышления того времени.

В Вюрцбургской школе обозначились иные представления о мышлении, так основными постулатами учения этой школы было, что мышление не сводится к процессу ассоциаций, наглядно-образным ощущениям, мышление понималось как акт свободной мысли, не связанной с прошлым опытом и сознанием, оторванным от чувственного познания. Оприраясь на подобные представления психиатры того времени (Berce, Gruhle, 1929) считали, что в основе нарушений мышления лежит снижение тонуса - гипотония сознания, которая наблюдается при шизофрении. Немецкий психиатр Е. Блейлер полагал, что основной признак нарушения мышления это его аутичность, ответственная за его распад.

Е. Блейлер противопоставлял реальному мышлению аутистическое, зависимое не от логики, а от аффективных потребностей (Б.В. Зейгарник, 1973). Исследования отечественных психологов (Л.С. Выготский, 1999; А.Н. Леонтьев, 1977) показали, что мышление как самостоятельная форма познавательной деятельности формируется постепенно, как одно из более поздних психологических образований. Отечественные экспериментальные исследования мышления отражены в трудах Л.С. Выготского (1936), С.Л. Рубинштейна (1958), П.Я.

Гальперина (1966). При психических расстройствах шизофренического круга по учению Б.В. Зейгарник (1973) выделяются основания для классификации нарушений мышления: нарушения операциональной стороны мышления – снижение уровня обобщения, искажения обобщения, которые проявляются в снижении избирательности, опоре на латентные, конкретные признаки, в актуализации нестандартных свойств и отношений предметов; нарушения динамической стороны мышления, что проявляется в неустойчивости выполнения задания, лабильности, непоследовательности. Также выделяется нарушение мотивационного и критического компонента – разноплановость, резонерство, некритичность. Как отмечал Ю.Ф. Поляков, нарушения мышления – один из основных симптомов шизофрении, который используется в клинической практике в качестве важного критерия дифференциальной диагностики. Нарушения познавательной деятельности являются одной из причин социальной и трудовой дезадаптации больных. Изменения познавательной деятельности связаны с важными патогенетическими факторами болезни, отражающихся в негативных изменениях, негативных симптомах болезни, относящихся к стойким, (Ю.Ф. Поляков, 1982). При разработке методологии для изучения мышления сотрудниками лаборатории медицинской психологии Института психиатрии СССР учитывались данные, основанные на теоретических и экспериментальных концепциях о том, что познавательная деятельность связана со знаниями, приобретенными в прошлом, с социальным опытом индивида. Разные виды познавательной деятельности связаны с различными актуализированными сотрудниками отдела медицинской психологии Института психиатрии СССР были проведены исследования мышления у больных с разными формами модифицировали классические патопсихологические методики («4-ый лишний», «Классификация») и создали свои оригинальные методики, например, «Малая сотрудниками лаборатории Т.К. Мелешко и В.П. Критской, В.А. Литвак, Экспериментаторы исследовали частоты использования различных признаков для исключения объектов в группе здоровых испытуемых. На этом основании все признаки были разделены на «стандартные» и «нестандартные». Стандартными условно было принято считать те признаки, частота использования которых превышала среднюю частоту. Таким образом, в каждой серии заданий были выявлены стандартные ответы. Процентное отношение числа стандартных признаков к общему числу актуализированных признаков выражалось в коэффициенте стандартности. На основе проведенных экспериментов авторы описали особенности познавательной деятельности в виде «стандартности актуализированных свойств и отношений» и пытались установить связи с клиническими аспектами болезни. Хотя на выборке пациентов с непрерывно текущей юношеской шизофренией связи между экспериментальными показателями и тяжестью дефекта не было обнаружено, выявились достоверные связи между своеобразием познавательной деятельности и негативной симптоматикой. (Т.К. Мелешко с соавт. 1982).

Изучение связи когнитивных и личностных нарушений у больных расстройствами шизофренического спектра.

отечественных, так и зарубежных авторов посвящены изучению связи когнитивных и личностных расстройств при этом заболевании, поскольку до конца неясным остается вопрос о вкладе конкретных нарушений в социальную дезадаптацию, характерную для шизотипического расстройства. Так в работе Л.В. Бородкиной (2013) показано, что у депрессивных больных показатели социальной перцепции и когнитивных стилей связаны между собой и зависят от этиологии заболевания. В современных исследованиях Т.К. Мелешко и соавт., (2007) было проведен анализ патопсихологических симптомов у пациентов при поступлении в стационар и в конце курса лечения. Основной целью авторов данного исследования было выявление особенностей личностных характеристик и патологии психической деятельности у больных эндогенными юношескими депрессиями. В выборку входили 103 пациента в возрасте от 16 до 25 лет с эндогенными юношескими депрессиями, манифестировавшими в рамках аффективного заболевания (48 чел.), в рамках вялотекущей шизофрении (30 чел.), при атипичном пубертатном приступе (25 чел.). Самые плохие показатели в конце курса лечения отмечались в группе больных с вялотекущей шизофренией, при этом наблюдалось выраженное изменение характеристик когнитивных процессов:

избирательной актуализации признаков предметов и явлений, мотивации, регуляции, обобщения. Личностные особенности этих больных проявлялись в заниженной самооценке, снижении активности, дефиците инициативного общения. Эти нарушения сочетались с отсутствием реальных планов на будущее, с пассивной жизненной позицией, трудностями социального взаимодействия. При благоприятный. Статистически достоверные различия между этими группами были получены по показателям когнитивной деятельности и выраженности особенностей мышления. В отличие от группы больных шизофренией у представителей другой группы с аффективным заболеванием наблюдались адекватная самооценка, высокий уровень обобщения, адекватное межличностное общение, лучшие показатели избирательности познавательной деятельности.

Другая работа отечественных авторов (В.П.Критская и др., 2007) посвящена изучению связи когнитивных нарушений с уровнем социальной адаптации.

Авторы изучали особенности мышления и социальной адаптации у подростков с шизотипическим расстройством личности в возрасте 15–17 лет и анализировали корреляции между этими двумя показателями. Для этого они провели диагностику шизоидных черт, предварительно изучив стиль познавательной деятельности, а затем выделили две группы испытуемых – адаптированных и дезадаптированных. Вторая группа характеризовалась неспособностью строить реальные планы на будущее, отсутствием друзей, значительными трудностями на работе и в учебной деятельности. Социальную дезадаптацию этой группы авторы связывали с особенностями мышления, которые заключались в снижении избирательности, актуализации необычных свойств и отношений предметов, нестандартности образов. Для пациентов этой группы было характерно неприятие и непонимание социальных ожиданий, что являлось препятствием для установления межличностного взаимодействия с другими людьми. Группы также отличались по когнитивному стилю – более адаптированные испытуемые были «поленезависимыми» и у них не отмечалось снижения уровня обобщения.

Наиболее яркие различия были получены по показателям инициативы, совместной деятельности и эмоционального реагирования. Снижение же социальной перцепции и избирательности было характерно для обеих групп, что позволило авторам прийти к заключению о том, что эти показатели не связаны с уровнем адаптации. Авторы исследования считают, что одним из основных предикторов социальной дезадаптации являются нарушения мышления, поскольку они отражают особый познавательный стиль, который основан на использовании на отличных от общепринятых связей между предметами, образов, категориальных отношений. Это может приводить к трудностям в признании традиционных, устоявшихся представлений, что, в конечном итоге, будет одной из причин социального конфликта. Важными аспектами в изучении расстройств мышления при шизофрении являются направления, которые пытаются связать эти нарушения с расстройствами речи, функционированием в социуме и гендерными различиями.

Нарушения мышления и психопатологическая симптоматика.

современных зарубежных исследованиях для того, чтобы соотнести нарушения мышления с психопатологической симптоматикой и нарушением когнитивных функций нередко опираются на данные структурно-функциональной организации мозга, полученные с помощью различных методов нейровизуализации.

Представленные в обзоре Чередниковой Т.В. (2011) работы авторов (J.Kliger 1999;

T.Goldberga, T.Weinberger, 1995; D.Barch 1997; N.Andreasen, 1982.; P.Williamson, 2007) показывают, что соотнесение нарушений мышления и психопатологической симптоматики неоднозначно, далеко не все расстройства мышления соотносятся с позитивными и негативными симптомами при расстройствах шизофренического спектра. Авторы рассматривают связь расстройств мышления с разными видами памяти: оперативной, декларативной, пространственной, а также речевыми процессами, нарушениями внимания, с дезорганизацией словаря, с нарушением семантических процессов. Использование нейропсихологических тестов позволило выявить корреляции между позитивными нарушениями мышления и патологией височных зон коры левого полушария. Патологические нарушения префронтальной коры головного мозга коррелировали со специфическим нарушением обработки информации. Однако общей проблемой, затрудняющей трактовку результатов являлось разнообразие методов психологического исследования и возможная нелинейность корреляций.

Шизотипическое расстройство и творческие способности. Известно, что творческие способности и оригинальное мышление часто связывают с психозом.

Авторы ( Folley Bradley S, Sohee Park, 2005) изучали дивергентное мышление и его связь с особенностями мозговой организации у людей с шизотипическим расстройством (средний возраст 22 года) в сравнении с больными шизофренией (средний возраст 39 лет) и нормой (средний возраст 35 лет). Для этого использовался метод Divergent Thinking Task (DTT) (S.Mednick, 1962).

Испытуемым предлагалось придумать способы применения предметов, нейробиологический метод Near-Infrared Optical spectroscopy (NIRS).

Исследование показало, что люди с шизотипическим расстройством используют больше оригинальных, комбинаторных способов применения предметов, чем больные шизофренией и испытуемые контрольной группы. Корреляция с методикой SPQ выявила, что повышенный уровень дивергентного мышления связан с фактором дезорганизации. Также было установлено, что у пациентов с шизотпическим расстройством при выполнении типичного задания больше, чем у пациентов с шизофренией и испытуемых контрольной группы активируются префронтальные зоны коры правого полушария, а при решении задач на дивергентное мышление по сравнению с типичными задачами, активизируются и правая и левая префронтальные области у всех групп испытуемых. В работе А. И.

Никишина (2009) было показано, что креативные, комбинаторные ответы характерны для одаренных детей, причем выделяется группа одаренных детей с низким темпом деятельности, для которых характерны повышенный уровень тревожности, низкая самооценка и чувство одиночества. По данным некоторых авторов (J. Karlsson 1984) в семьях больных шизофренией встречается много креативных людей, да и сами больные шизофренией до появления выраженных дефицитарных нарушения являются людьми креативными. Однако, стандартные тесты Векслера, которые включали задания на арифметические вычисления, показали, что группа подростков с ШТР была ниже возрастной нормы по субтесту «Арифметика», но различия были незначимыми. Худшие показатели теста Векслера коррелировали с большей выраженностью негативных симптомов и симптомов дезорганизации. (H.Trotman с соавт., 2006).

1.1.3. Нарушения внимания у пациентов с расстройствами В конце ХХ в. количество исследований посвященных изучению процессов внимания у больных с ШТР стало возрастать по сравнению с более ранними периодами исследованиях. Как отмечал А.Р. Лурия «Всякая организованная психическая деятельность человека характеризуется известной избирательностью (селективностью). Эту избирательность (селективность) психических процессов в психологии принято называть вниманием, понимая под ним как тот фактор, который обеспечивает выделение существенных для психической деятельности элементов, так и тот процесс, который поддерживает контроль за четким и организованным протеканием психической деятельности» (А.Р. Лурия, 1973).

А.Р. Лурия определяет внимание как процесс, способствующий селективности протекания любых психических процессов, как познавательных, так и аффективно-волевых. Л. С. Выготский впервые указал на социальные корни высших форм произвольного внимания, и таким образом «проложил мост» между элементарными формами непроизвольного и высшими формами произвольного внимания. П.Я. Гальперин писал, что «внимание произвольное есть внимание планомерное. Это – контроль за действием, выполняемый на основе заранее составленного плана, с помощью заранее установленного критерия и способа его применения. Произвольное внимание у взрослого направляется, прежде всего, речевыми стимулами, тесно связано с речевой системой» (Гальперин П.Я., 1976).

Практически при всех заболеваниях шизофренического спектра нарушения внимания (как селективного, так и произвольного) это характерный симптом и предвестник возникновения шизофрении. Как показано в обзоре Т.Д.

Савиной(1982), зарубежные исследователи (A.McGhie.& J. Chapman, 1961;

F.Kopfstein, 1972; L.Chapman,1976) еще в работах 1960-70-х годов отмечали следующие особенности внимания больных шизофренией: ухудшение внимания в условиях выбора, обусловленного замедленностью процессами обработки и приема информации, неспособность больных шизофренией выделять главный стимул. Авторы отмечали нарушение качественных характеристик внимания – активного внимания, связанного с аффективной сферой и мотивацией и пассивного (селективного). Кроме того, у больных шизофренией отмечались трудности фокусировки внимания избирательно на релевантных стимулах и подавления отвлекающих стимулов, проблемы устойчивости внимания, подверженного выраженным колебаниям. Уже тогда некоторые из исследователей указывали на дефицит внимания как на симптом шизофрении. М.П. Кононова (1963) отмечала следующие особенности внимания у больных: активное внимание у пациентов с шизофренией снижено вследствие отсутствия интересов к какойлибо деятельности, во время выполнения заданий у обозначенной выше группы больных наблюдается особая рассеянность, из-за появляющихся у них отвлекающих мыслей. Однако, многие больные шизофренией способны к распределению внимания, например, при обострении внимания переключение больного на автоматическую деятельность (рисование или зачеркивание буквы), помогало вывести больного из состояния аутистического мышления. (М.П.

Кононова., 1963). Т.Д. Савиной (1982) в экспериментальных исследованиях больных с шубообразной шизофренией с помощью методик «сложение чисел с переключением» и «парные цифры» было выявлено ухудшение устойчивости внимания и переключения. Оказалось, что нарастание шизофренического дефекта у больных, проявлялось в неспособности пациентов к длительному сосредоточению на выполняемой деятельности, трудностях удержания «плана и структуры действий». В исследовании F.Mettler (1955) отмечено, что пациенты испытывали больше трудностей при переключении с одной сенсорной модальности в другую. В 1961 году S.Sattonom с коллегами выявили, что время реакции у больных шизофренией было больше чем в группе контроля, а так же увеличено нее время реакции при переходе от визуальной информации к слуховой, чего не наблюдалось при переходе от слуховой информации к визуальной, это происходило, как предположили авторы из-за различий в сенсорной модальности. S.Mannuzza (1980) показал, что у пациентов с шизофренией к общим дефицитам внимания добавляются медлительность, дефицит при переключении внимания между сенсорными модальностями.

Исследователи Wilkins Soraya and Peter H. Venebles (1992), чья работа была посвящена изучению переключению внимания у лиц с шизотипическими чертами, протестировали группу студентов и аспирантов вузов (42 человека, в возрасте от 21 до 30 лет, 19 женщин и 23 мужчины), с помощью опросника, состоявшего из трех шкал определяющих физическую ангедонию, социальную ангедонию и шизофренизм, третья шкала отвечала характеристикам позитивных симптомов, две другие содержали характеристики негативных симптомов.

Достоверные отличия были получены между группами, набравшими высокий балл по физической ангедонии, шизофренизму и группой контроля. Для шизоидных групп был характерен более длительный кросс-модальный перенос от визуального к слуховому раздражителю. Однако, другие авторы отмечают невозможность у больных шизофренией ингибировать незначимые стимулы в задании на дифференцировку значимого стимула от незначимого (K.Randall, 2007). В работах других зарубежных исследователей было показано, что больные шизофренией хуже выполняют такие тесты на внимание, как тест Коннерса, а также тест Струпа (C.Golden, 1978).

При этом различий между взрослыми, страдающими шизофренией и детьми не наблюдалось. В исследовании А.И. Хромова было показано, что возрастные изменения внимания у больных с расстройствами шизофренического спектра, также как и в норме демонстрируют отчетливую положительную динамику, отставание от нормы в группе f 21. выраженное в возрасте 7–14 лет, сближается с возрастной нормой к 15–16 годам.

1.2. Личностные особенности и социальная адаптация при заболеваниях Спектр исследований отечественных и зарубежных авторов, посвященных социальной дезадаптации при заболеваниях шизофренического спектра, очень широк. Важным в исследовании социального функционирования при шизофрении является междисциплинарный подход. В последнее десятилетие большинство исследований было посвящено выяснению связи дезадаптированности с особенностями когнитивной сферы, поиску биологических коррелятов нарушений социального функционирования и путей реабилитации. Такой интерес обусловлен стремлением лучше понять предикторы инициального периода заболевания и разработать модели раннего вмешательства, которые помогут предотвратить дальнейшее развитие болезни.

В норме социальная адаптация рассматривается как способность индивида приспосабливаться к окружающей среде, соответствие требованиям и нормам этой среды, а также овладение профессиональными навыками и получение образования, позволяющие занять определенную позицию в обществе.

Адаптированность означает принятие социальных норм и эффективный ответ на те социальные ожидания, с которыми каждый человек встречается в соответствии со своим возрастом и полом. Адаптивное поведение характеризуется успешным принятием решений, проявлением инициативы и ясным определением собственного будущего (Х.Philips, 1968). При шизофрении многие составляющие успешной социальной адаптации нарушены. Уровень дезадаптации может варьировать в широких пределах: от очень тяжелой степени до легкой. Оценка этого уровня может быть основана на изменениях мотивационной сферы психической деятельности, сферы активности и общения (А.Г.Головина, 1999).

Патология эмоциональной сферы является одним из наиболее характерных компонентов клинической картины шизофрении, а в случае нарушения коммуникативной деятельности при шизофрении в наибольшей степени страдает эмоциональное общение (Н.П. Щербакова, Д.Н. Хломов, 1982). Результаты исследований проведенных Н.П. Щербаковой и Д.Н. Хломовым, пациентов в возрасте 16–30 лет с вялотекущей шизофренией (которые учились в школах, техникумах, институтах, либо работали) показали, что особенности общения у этих больных могут определяться спецификой склада личности, изменением определенных характеристик личностных установок, таких как: ослабление ориентации на эмоциональные состояния других людей и, связанное с этим;

ослабление направленности на анализ взаимодействия между другими людьми.

Исследователи Olin с соавт. (1997), которые ретроспективно изучали 15-летних подростков, получивших диагноз ШТР (SPD), сравнивая их с группой контроля, а также больными шизофренией по анкетам заполняемыми учителями, выявили, что подростки с ШТР (SPD) были более пассивными, чувствительными, неангажированными. Сравнение показателей агрессивности у подростков разного пола показали, что мальчики с ШТР (SPD) были менее агрессивными, чем больные с шизофренией, а девочки имели сходные показатели агрессивности в сопоставлении с больными шизофренией. Авторы предполагают, что эти факторы в 75,5% случаев характеризуют будущих больных с ШТР. Другие авторы (Ch.Dickey с соавт., 2005) исследуя пациентов с ШТР(SPD), 44 мужчины и женщины, средний возраст которых был 34 года, с помощью методик SAPS, SANS и SPQ, обнаружили, что пациенты с ШТР, в отличие от контроля, имели значительно более низкий социально -экономический статус, более бедные социальные отношения и социальные навыки, а также более низкие показатели словарного запаса. Кроме того, в группе ШТР(SPD) преобладали позитивные симптомы и почти у половины респондентов наблюдалась депрессия. Мужчины с ШТР (SPD) по сравнению с женщинами с ШТР(SPD), проявили значительно больше негативных симптомов, имели меньше друзей, имели более странную речь, а также страдали от параноидальных и нарциссических расстройств личности. В отличие от мужчин, женщины с ШТР(SPD) были более дезорганизованными. По данным авторов у трети мужчин и половины женщин с ШТР(SPD) из исследуемой выборки был определенный период времени в их жизни, когда они не могли посещать школу или на работу. Но если пациент в настоящее время работал, то продолжительность занятости не отличалась от группы сравнения, в том случае если они нашли подходящую работу. Несколько пациентов имели детей, по этому показателю они не отличались от контрольной группы. В исследовании А.В. Семке и Т.А. Сторожевой показано, что у значительной части пациентов с заболеваниями шизофренического спектра, среднего возраста год) наблюдаются: снижение социального функционирования, утрата семейных связей, трудовая незанятость, преобладание в клинической картине негативной симптоматики, злоупотребление алкоголем и наркотическими веществами. На основе классификации Г.В. Логвинович (1995) авторами были выделены четыре типа адаптации по соотношению уровней клинической и социальной адаптации: интегративный (21,65%), сочетающий высокие клинические и социальные показатели; деструктивный (38,14%), сочетающий низкие клинические и социальные показатели; экстравертный (9,28%), для которого характерно сохранение высокого уровня социального функционирования, несмотря на низкие клинические показатели; интравертный (30,93%), при котором отмечалось снижение социального функционирования при высоких клинических показателях, больные с декомпенсированным социальным уровнем достоверно преобладали в данной когорте больных (69,07%; p0,001). У 54,64% больных наблюдалась компенсаторно-приспособительная защита по типу « укрытия под опекой», у 26,8% – по типу «социальной оппозиции». (А.В. Семке, Т.А. Сторожева, 2007). В диссертационной работе Борисовой Д.Ю. (2007) пациенты с шизоидным расстройством и шизотпическим расстройством в возрасте 20–25 лет были разделены на адаптированных и неадаптированных.

Пациенты адаптированной группы овладевали специальностью, 40% были студентами Вузов, 27% получили диплом о высшем образовании. Они устанавливали доброжелательные, но формальные контакты с коллективом, для них было характерно снижение неформальных связей при повышенном количестве деловых контактов. У дезадаптированных пациентов была выявлена нестабильная ситуация на работе или учебе, отсутствие занятости, неспособность строить планы на будущее, конфликты на работе, отсутствие друзей, неформального общения, неспособность корректно оценить свое положение в обществе. Из них 47% не имели определенных занятий, только 20% учились в высших учебных учреждениях. Известно, что пациенты с расстройствами шизофренического спектра имеют особенности личностной сферы, которые связаны с эмоциональной неустойчивостью, особой чувствительностью, инфантилизмом, тревожностью. Ряд исследователей Абрамова, С.О. Кузнецова, С.Н. Ениколопов, 2005–2013) изучали формы и виды агрессии при психических заболеваниях шизофренического спектра. Как было отмечено в работе С.О. Кузнецовой и А.А. Абрамовой (2011), для лиц с психической патологией был характерен повышенный уровень враждебности. Авторы указывают, что деструктивное мышление, трудности эмоционального регулирования в стрессовых ситуациях приводят к увеличению стрессовых ситуаций для психических больных, вследствие этого они становятся более чувствительными к негативным оценкам окружающих. Еще несколько характеристик личностной сферы отмечают С.О. Кузнецова и А.А. Абрамова: это амбивалентность, экстрапунитивность, генерализация враждебного отношения в виде ощущения несправедливости, недоброжелательности окружающего мира, негативной оценки субъективного будущего больными, подозрительности.

Авторы, опираясь на биопсихосоциальную модель, рассматривали повышенную враждебность, как психологический маркер их индивидуальной чувствительности к стрессогенным ситуациям, что приводит к трудностям компенсации и адаптации к социальным условиям и затем к манифестации заболевания (соматического или психического) (С.О.Кузнецова, 2007).

Социальная дезадаптация и пути реабилитации у пациентов с ШТР.

медикаментозная терапия, но и социальная реабилитация, особые условия среды, в которых пациент сможет реализовать свои возможности, найдет свою нишу.

Один из методов реабилитации тренинг: «Социальное познание и обучение взаимодействию», описан в исследовании R. Chan с соавт., (2010) Social Cognition and Interaction Training (SCIT). Изначально этот метод был разработан D. Penn и соавторами для улучшения восприятия эмоций, и социального познания у лиц, страдающих шизофренией, а также для лиц с другими заболеваниями шизофренического спектра, например у лиц с ШТР, у которых есть дефицит социального взаимодействия и регулирования эмоций. Эффективность этого метода было доказана на европейских выборках. Авторы показали, что этот метод можно использовать и на других выборках (например, китайской) у лиц с шизотипическим расстройством, которые еще не начали получать терапию и не попали в стационар, но испытывали выраженные проблемы в повседневной жизни в социальных контактах. Предварительно испытуемые со средним возрастом 19 лет были протестированы с помощью SPQ. Методика SCIT предварительно была адаптирована для китайской выборки и была несколько сокращена по времени проведения тренингов. Как результат этого тренинга у испытуемых отмечалось улучшение социального функционирования, особенно если они продолжали использовать приобретенные навыки, полученные в ходе тренинга. В работе Д.Ю. Борисовой., 2007 установлено, что необходимыми условиями для реабилитации пациентов с шизотипическим расстройством являлись оптимальная для функционирования микросреда в учебном и трудовом коллективе, удобный, соответствующий состоянию пациентов и учитывающий их особенности режим труда и учебы, поддержка со стороны семьи. Так, в работе А.С. Розиной и А.М. Семке было показано, что наличие у пациента с ШТР своей семьи – супруга и детей позволяет ему лучше справится с такими проявлениями заболевания как низкий энергетический потенциал, социальная отгороженность, а также лучше выполнять деятельность, связанную с волевыми усилиями. Семья как отмечают авторы, создает вокруг пациента защитную оболочку, смягчает субъективные негативные эмоциональные переживания, что способствует более успешной адаптации в обществе.

Социальная дезадаптация и ее связь с перцептивными нарушениями при расстройствах шизофренического спектра Изучению вопросов социальной дезадаптации, степени ее тяжести при различных психических заболеваниях шизофренического спектра была посвящена работа M.Ledda и соавт., (2009). Авторы данной статьи сравнивали клинические особенности подростков с тремя диагнозами (шизофрения, шизоаффективный психоз и биполярные расстройства) и с помощью лонгитюдного исследования оценивали их состояние, когда они достигали возраста 20–25 лет. Авторы отмечали у подростков с шизофренией и шиозаффективным психозом когнитивные нарушения, возбуждение, враждебность, резкий аффект, трудности установления контакта, дефект абстрактного мышления, отсутствие спонтанности и плавности речи, манерность и вызывающее поведение, активное социальное избегание и снижение настроения. Самые высокие баллы в исследуемой выборке были по показателям: странное поведение, уход от социальных конфликтов, школьная неуспеваемость, конфликты с родителями. Их получали пациенты с шизофренией и шизоаффективным психозом. Такие показатели сохранились у пациентов с шизофренией в течение всего срока наблюдения (5 лет).

Исследование с трех- и пятилетним катамнезом показало значительно лучшую динамику в возрасте 20–25 лет в группе с аффективным заболеванием и существенное ухудшение социальных и когнитивных параметров в группе больных с шиозаффективным психозом и шизофренией.

1.3. Нейробиологические особенности у пациентов с расстройствами Ряд работ посвящен поиску нарушений функционирования мозговых структур и нейрональных сетей, отвечающих за обработку социально значимой информации. Так, V. Larach-Walters в своей работе (Larach-Walters, 2009) выдвигает тезис о том, что именно качество социальной и эмоциональной перцепции определяет дефицит социального функционирования – одну из основных особенностей шизофрении. Особенности социальной и эмоциональной перцепции наблюдаются начиная с первого эпизода и даже в преморбиде (то есть до начала заболевания), причем распознавание лицевой экспрессии считается критическим для социального взаимодействия и адаптивного поведения. Автор показала, что тренировка распознавания базовых эмоций с помощью определенных программ, например TAR (Training of Affect Recognition), и специальные мимические упражнения могут приводить к улучшениям социального поведения в реальной действительности. Следует также отметить исследование нейрональных коррелятов восприятия социально-эмоциональных стимулов, представленное в обзоре M. Green и D. Leitman (2008). Авторы выдвигают гипотезу, согласно которой отклонения в восприятии и интеграции визуальной информации могут лежать в основе изменения социального функционирования. Для оценки страха – одной из базовых эмоций при шизофрении, J. Wynn и соавторы (2008) изучали вызванные потенциалы, связанные с лицевой экспрессией, у пациентов с шизофренией и у испытуемых контрольной группы. Используя эмоционально окрашенные и эмоционально нейтральные стимулы (изображения лиц с разным эмоциональным выражением), они исследовали 3 компонента вызванных потенциалов (P100, N170, N250), которые соответствуют различным стадиям обработки эмоциональной информации. В этом исследовании пациенты показали уменьшенную амплитуду волны N250, которая связана с обработкой лицевой экспрессии (даже при том, что группы не отличались по времени выполнения задачи). Уменьшенная амплитуда у больных отмечалась при решении задач, связанных как с эмоциональными, так и нейтральными стимулами. Авторы делают заключение, что у больных шизофренией наблюдается общая неэффективность поздних стадий обработки эмоциональной информации. В другой работе A. Pinkham и соавторы (2008) использовали метод функционального резонанса (FMRI) для исследования региональной мозговой активации, связанной с оценкой лицевой экспрессии в трех группах испытуемых: у пациентов с паранойей, пациентов без паранойи и в контрольной группе. В контрольной группе и у пациентов без паранойи оказалась увеличенной активация в зонах, отвечающих за распознавание приятных лиц (миндалина, латеральная затылочно-височная извилина, верхняя височная борозда). У пациентов с паранойей не обнаружилось такого увеличения. Кроме этой связи между характером активации и важным клиническим симптомом шизофрении это исследование показало, что оптимум активации был связан с лучшим социальным функционированием. Оказалось, что у пациентов с шизофренией страдает не только распознавание эмоций, но и подражание.

Исследование S. Park и соавторов (2008) показало, что пациенты имеют существенные недостатки в способности подражать движениям рук и рта, так же как и лицевой экспрессии. Особенно важно отметить, что эти недостатки коррелировали с выраженностью негативной симптоматики и ухудшением социального функционирования. Предполагают, что трудности выполнения этих искусственных задач отражают неспособность строить или управлять внутренними представлениями о социальном взаимодействии. В работе А.А. Коваль-Зайцева и соавторов (А.А.Коваль-Зайцев и др., 2010) также было показано, что у больных с расстройствами шизофренического спектра нарушены процессы подражания, что коррелировало с изменением баланса тормозных и возбудительных процессов, находящих свое отражение в количественных показателях ЭЭГ. Таким образом, нарушение зрительного восприятия при шизофрении может являться одним из составляющих компонентов социальной дезадаптации, так как неправильная интерпретация больными выражения лица, жестов искажает социально значимые стимулы, необходимые для адекватного взаимодействия. Считается, что эти нарушения могут быть обусловлены особенностями функционирования так называемых зеркальных нейронов теменной коры, ответственных за распознавание психического состояния других людей (В. Косоногов, 2009).

Нарушение когнитивных функций у пациентов с ШТР может приводить к ухудшению выполнения когнитивных задач со сложным контекстом. И пациенты с шизофренией и пациенты с ШТР демонстрируют нарушения в височных долях мозга (уменьшение объема), но у лица с ШТР в отличие от больных шизофренией не выявляются уменьшения размеров лобной коры. Нарушения на уровне таламуса сходны при этих заболеваниях, и проекции в височную ассоциативную и сенсорную кору уменьшены при обоих заболеваниях, но медиобазальные ядра, которые интенсивно связаны с лобной корой, уменьшены только у больных шизофренией. Исследования с помощью функциональной МРТ показывают нарушение лобной активации при обоих заболеваниях, но только при ШТР для решения задач, требующих активации лобных отделов коры г. м., могут подключаться другие области и таким образом компенсировать ее дисфункцию (Siever с соавт., 2002). Исследование подкорковых структур с помощью FDG/PET метаболической активности во время решения вербальных задач также как и другие методы, в частности выявляют относительно меньшую дофаминэргическую подкорковую активацию у ШТР по сравнению с больными шизофренией.

Исследования ЭЭГ у больных с психической патологией в отечественной литературе в 1960–70 годы связаны с именами таких исследователей как В.М.

Каменская (1966), Ф.А. Лейбович (1969–1980); Н.А. Гаврилова (1974), которые использовали как методы визуального, так и автоматического частотного анализа.

По их данным для больных с психическими нарушениями было характерно снижение амплитуды колебаний, нерегулярность альфа-ритма, увеличение индекса бета-активности, сглаженность зональных различий, снижение реактивности на действие раздражителей. Ф.А. Лейбович и ее сотрудники широко использовали методы количественного анализа ЭЭГ (показания анилизаторов и интеграторов, позволяющих количественно оценить выраженность тех или иных ритмов ЭЭГ). Эти данные, представленные в ряде журнальных статей (Ф.А. Лейбович и соавт., 1972, 1973, 1975, 1980) касались изучения ЭЭГ у детей и подростков с расстройствами шизофренического спектра. Авторами было показано, что выраженность нарушений корковой ритмики коррелирует с типом течения заболевания, его тяжестью и временем начала. В целом отмечалось снижение амплитуды колебаний, фрагментарность альфа-ритма сглаженность зональных различий ЭЭГ, нарушение пространственной синхронизации альфаактивности, снижение реактивности. Особый интерес для нас представляет исследование ЭЭГ больных с малопрогредиентным течением шизофрении, т.е. в современном представлении шизотипическим расстройством. У больных этой группы в ЭЭГ преобладал довольно устойчивый, слабо модулированный альфаритмом высокого индекса. При этом была снижена реакция на внешние стимулы.

Автор предположила, что эти особенности ЭЭГ могут быть обусловлены усилением процессов торможения. С конца 1980-х годов ХХ в. появляются работы, использующие методы ЭЭГ-картирования, позволяющие быстро обрабатывать большие объемы ЭЭГ-данных. Появление этих методов позволило создавать банки нормативных количественных ЭЭГ-данных и сравнивать с ними показатели ЭЭГ, зарегистрированные у пациентов с психической патологией. В связи с этим приобрел большую актуальность вопрос о том, можно ли использовать ЭЭГ в качестве теста при диагностике шизофрении. В 1991 году Американская психиатрическая ассоциация рекомендовала использовать этот метод в клинической практике. В настоящее время существуют определенные стандарты записи ЭЭГ, включающие условия регистрации и условия обработки данных. Так, например, длительность безартефактной записи не должна быть меньше 60 секунд в состоянии спокойного бодрствования с закрытыми глазами.

Использование количественных методов анализа позволило показать, что основным изменением у больных шизофренией является увеличение медленной активности, уменьшение альфа-активности и увеличение активности бета-полосы частот (Winterer с соавт., 2000; Kemali с соавт., 1992; Gattaz с соавт., 1992). Эти исследователи показали, что у пациентов с шизофренией уровень дельтаактивности повышен преимущественно в лобных зонах коры головного мозга.

Сотрудниками лаборатории нейрофизиологии НЦПЗ РАМН был собран банк нормативных ЭЭГ-данных, с помощью которого можно объективно оценивать особенности ЭЭГ у разных групп пациентов с психической патологией и определять количественно уровень этих отклонений. Это позволило, сравнивая данные ЭЭГ нормативной выборки с параметрами ЭЭГ, зарегистрированными у больных с разными психическими заболеваниями, получать как индивидуальные, так и групповые профили различий от нормы. Эти данные отражены в серии публикаций (Н.Л.Горбачевская и др.,1992; Н.Л.Горбачевская, Л.П.Якупова, 1999;

Н.Л.Горбачевская, 2000; А.И.Хромов, Н.Л.Горбачевская, 2010). Было показано, что при «первазивных» расстройствах развития аномальные формы активности в ЭЭГ не занимают ведущего места в картине нарушений. При этих заболеваниях изменяется нормальный курс онтогенетического развития отдельных частотных полос ЭЭГ и общего ЭЭГ-паттерна. Последний характеризует слаженность тормозных и возбудительных процессов коры головного мозга и степень ее функциональной активности. Исследования пациентов с расстройствами шизофренического спектра показали, что изменения ЭЭГ, которые проявляются в основном дефицитом альфа-ритма, увеличением дельта и бета-активности положительно коррелируют со временем начала заболевания, и выраженностью психических нарушений, а также зависят от применяемой терапии (А.И.Хромов, Н.Л. Горбачевская, 2010).

Проведенный анализ современной литературы по проблеме когнитивного и социального функционирования больных с расстройствами шизофренического спектра позволяет сделать ряд обобщений:

– У пациентов с расстройствами шизофренического спектра наблюдаются нарушения внимания и инициальных этапов запоминания, что подтверждается психологическими, нейрофизиологическими исследованиями и морфологическими исследованиями.

– Значительное место при заболеваниях шизофренического спектра занимают личностные расстройства, которые проявляются в дезорганизации, повышенной чувствительности, враждебности.

– Выявляется связь между нарушениями социальной адаптации и когнитивными расстройствами.

Кроме того остаются не до конца изученными следующие вопросы:

– Недостаточно полно описаны психопатологические (патопсихологические) нарушения у пациентов с ШТР юношеского возраста, заболевших в подростковом возрасте и их корреляция с нейрофизиологическими данными.

– Не определена связь когнитивных и личностных нарушений у пациентов с ШТР.

– Остаются не до конца определенными вопросы о возрастной динамике когнитивного и социального функционирования, их проявление в разных возрастных группах, особенно в подростковых группах. Также остается вопрос о том, как проявляются нарушения социального функционирования молодых пациентов с ШТР. Не менее важным остается вопрос о роли в этом личностных черт и особенностей мышления пациентов с ШТР.

– Относительно небольшое количество работ, посвящено изучению групп подростков с заболеваниями шизофренического спектра.

– Не описаны особенности ЭЭГ у юношей с ШТР, заболевших в подростковом возрасте и их связь с психологическими данными.

ГЛАВА 2. МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

2.1. Испытуемые и организация исследования В соответствии с задачами работы исследование проводилось на базе отдела по изучению эндогенных психических расстройств и аффективных состояний, группы психических расстройств юношеского возраста (научный руководитель д.м.н. М.Я. Цуцульковская) и отдела по изучению проблем детской психиатрии с д.м.н. Н.В. Симашкова) и НЦПЗ РАМН, Москва (директор – академик РАМН, д.м.н. А.С. Тиганов). Возраст пациентов от 17 до 28 лет. Все больные во время обследования находились на стационарном или амбулаторном лечении в клинике НЦПЗ РАМН (главный врач клиники – к.м.н., заслуженный врач РФ О.С.

Румянцева). Больные были диагностированы и консультированы научными сотрудниками детского отдела: профессором И.А. Козловой, к.м.н.

А.В. Горюновым и научными сотрудниками юношеского отделения: профессором М.Я. Цуцульковской и врачом-психиатром О.А. Щелоковой.

В исследовании представлены две основные группы испытуемых мужского пола в возрасте 17–28 лет. В экспериментальную выборку вошли 33 больных мужского пола в возрасте 17–28 лет (средний возраст 22 года) с диагнозом шизотипическое расстройство (F21.3, F21.4 по МКБ-10 –- психопатоподобное, неврозоподобное шизотипическое расстройство (ШТР), которые заболели в подростковом возрасте. Из них 28 человек находились на стационарном лечение в юношеском отделении клиники НЦПЗ РАМН, 5 больных наблюдались амбулаторно. 12 больных из 33-х в подростковом возрасте (12 лет) были стационированы в детское отделение НЦПЗ РАМН и наблюдалась катамнестически в течение 2-12 лет. Были выделены 2 катамнестические подгруппы пациентов: группа ремиссии (ГР) – 5 человек, которые пришли на повторное консультативное обследование амбулаторно по просьбе исследователей, их состояние оценивалось как стойкая ремиссия, и группа с текущим заболеванием (ТЗ) – 7 человек, которые были стационированы вновь в юношеском возрасте в юношеское отделение НЦПЗ РАМН.

Критерии включения в основную клиническую группу: начало заболевания в подростковом возрасте, мужской пол, возраст 17–28 лет. Критерии включения в катамнестическую группу – начало заболевания в подростковом возрасте, катамнез 2–12 лет. Критерии исключения: грубое органическое поражение ЦНС, олигофреноподобный дефект. Основную контрольную группу составили студенты и выпускники МГУ 20 человек, возраст 17–28 лет (средний возраст лет). Критерием включения в группу был возраст от 17 до 28 лет, мужской пол.

Для исключения попадания в группу контроля (основную и расширенную) лиц с возможным ШТР мы провели предварительное исследование. С помощью опросника SPQ-74 (Schizotypal Personality Questionnaire) (Rainе, 1991) были протестированы 198 испытуемых в возрасте 18-65 лет( Дополнительная контрольная группа1). Это были, студенты, магистранты и лица, получающие второе высшее образование или проходящие переподготовку в МГППУ и учащиеся курсов повышения квалификации. Все испытуемые практической нормы (113 учащихся, 85 работающих) на момент исследования не наблюдались у психиатров и не получали нейролептическую терапию. Критерием исключения из основной контрольной группы и допонительной контрольной группы 2 было наличие шизотипических расстройств по значению среднего балла по опроснику.

Если суммарный балл опросника был 23 и выше испытуемый исключался из выборки.

Оказалось, что из 198 испытуемых практической нормы у 30 (15,2%) суммарный балл по SPQ-74 превышал установленные критерии (23 балла), из них у 6 человек, он был выше 40, что позволило отнести этих респондентов к группе высокого риска по по возникновению шизотипических расстройств Психологическое исследование пациентов основной группы производилось автором в клинике или амбулаторном отделении НЦПЗ РАМН. Запись ЭЭГ этих испытуемых осуществлялась автором в лаборатории нейрофизиологии НЦПЗ РАМН. Дополнительно были проанализированы данные ЭЭГ у 40 подростков с ШТР (12–16 лет) до медикаментозной терапии и после нее, записанные Н.Л. Горбачевской и к.б.н. А.Б. Сорокиным, а также у 30 практически здоровых лиц юношеского возраста (17–28 лет). Психологическое тестирование основной контрольной группы проводилось автором в МГУ им. М.В.Ломоносова. Кроме того, для исследования распределения стандартности ответов в методике «4-ый лишний» исследована выборка из 120 человек в возрасте от 17 до 70 лет ( мужчин), с баллом по методике SPQ-74 ниже 23 (Дополнительная контрольная группа 2). Эти данные получены автором с помощью обследования студентов, магистрантов и лиц, получающих второе высшее образование в МГППУ, а также слушателей курсов повышения квалификации. Все эти данные представлены в Основная я группа Катамнестическая (ГР) Катамнестическая заболевания (ТЗ) подростков Основная группа Дополнительная группа Дополнительная группа В соответствии с целями и задачами исследования мы использовали ряд специально отобранных методик, направленных на исследование познавательных способностей, личностной сферы, адаптационных возможностей у юношей больных шизотипическим расстройством. У испытуемых основной контрольной выраженности шизотипических черт. Это было необходимо для исключения попадания в основную контрольную группу лиц с ШТР и определения частоты встречаемости шизотипических расстройств в популяции. Методика выявления степени выраженности шизотипических черт – SPQ (Schizotypal Personality Questionnaire) была создана А. Raine в 1991 году. Она была апробирована С.Н.

Ениколоповым и А.Г. Ефремовым в 2002 году. Методика содержит утверждения, основанные на диагностических критериях DSM-4. В SPQ выделяют три фактора: 1 – когнитивный, 2 – фактор межличностных отношений, 3 – фактор «дезорганизации». Испытуемому предлагают заполнить бланк, с вопросами, дают инструкцию: «Внимательно прочитайте каждое утверждение и обведите те утверждения, с которым Вы согласны. После заполнения подсчитывают баллы, путем сложения утвердительных ответов. Испытуемый, набравший 23 балла и более относится к группе риска развития шизотпического расстройства.

Для исследования когнитивной деятельности и личностных особенностей использовали методы, апробированные в предыдущих психологических исследованиях психической деятельности у подростков и юношей, больных эндогенной психической патологией, сотрудниками лаборатории патопсихологии НЦПЗ РАМН. Особенности познавательного развития мышления и личностные особенности у подростков и юношей исследовались Т.К.Мелешко и др., 1986, а также в более поздних работах Н.В. Зверевой (2008, 2010). Большинство исследований проводилось с опорой на зрительную и слуховую подачу стимульного материала.

2.2.1. Методики исследования когнитивных функций Для исследования произвольной слухоречевой памяти была использована методика «Заучивание десяти слов» (далее «10 слов»). Методика «10 слов»

использовалась в классическом варианте (С.Я. Рубинштейн, 2007): зачитывался список из 10 слов (непосредственное предъявление), после следовало пятикратное повторное предъявление с воспроизведением испытуемым после каждого предъявления, и отсроченное воспроизведение без предъявления через 40– минут. Оценивался объем непосредственного воспроизведения после предъявлений (П2–П5); и объем отсроченного воспроизведения (ОП).

Оценка произвольного внимания проводилась с использованием методик «таблицы Шульте» («отыскивание чисел») Методика «Таблицы Шульте»

использовалась в классическом варианте (С.Я.Рубинштейн, 2007):

последовательный поиск и называние 25 чисел в порядке возрастания в таблицах. При этом испытуемому давалась инструкция (найти, назвать и показать эти числа) к четырем таблицам. Оценивалось время в секундах, затраченное на выполнение каждой из таблиц (1–4).

Для оценки особенностей мышления использовались 3 методики: «Малая «Конструирование объектов» ( В.П. Критская и др.,1991) и методика «4 –лишний»

(модификация Ю.Ф. Полякова и др.).

«большой» классификации (С.Я. Рубинштейн, 2007). Методика направлена на изучение способности испытуемого к выделению и систематизации предметносодержательных свойств предметов. Испытуемому предъявляется набор карточек с просьбой объединить их в группы по принципу: «что к чему подходит», причем количество групп не указывается. На 2-м этапе испытуемого просят разделить все карточки только на две группы. Параметры оценки: уровень обобщения (способность испытуемого оперировать категориями), нарушения мышления (классификация групп с опорой на конкретные признаки, с искажением обобщения, с созданием ситуаций и комплексов). Отдельно оценивалась успешность решения задачи на втором этапе.

2. Методика «Конструирование объектов» ( Т.К. Мелешко, 1982;

Алейникова, 1984). Испытуемому предлагается 7 наборов из 4-х признаков, по которым он должен назвать предмет, обладающий всеми этими свойствами.

Примеры предлагаемых наборов признаков: 1) желтый, пушистый, маленький, легкий; 2) длинный, теплый, ароматный, гладкий; 3) белый, пушистый, холодный, скрипучий и др. Методика построена так, что большинство заданий представляют возможность актуализации широкого круга предметов. Ответы, частота которых в группе здоровых превышала среднюю частоту, были отнесены авторами к стандартным. Отношение стандартных ответов к общему количеству ответов в каждой из анализируемых групп испытуемых обозначалось «коэффициентом стандартности». Параметры оценки: продуктивность выполнения методики, выраженная в общем количестве ответов по всем 7 наборам и коэффициент стандартности, равен процентному отношению стандартных ответов к общему числу ответов.

3. Методика «4-й лишний» (Т.К.Мелешко, 1986) модифицированный предъявляется 5 карточек, в каждой из которых написано название 4-х предметов или явлений, три из них можно объединить, 4-й предмет испытуемый должен исключить. Примеры предъявляемых наборов: 1. Иней, дождь, пыль, роса; 2.

Яблоко, шуба, книга, роза. 3. Бочка, бабочка, жук, очки. 4. Самолет, гвоздь, пчела, вентилятор. 5. Рубль, копейка, лира, доллар.

2.2.2. Методики исследования личностных особенностей Для оценки личностных особенностей использовались три методики:.

Методика показателей и форм агрессии Басс и Дарки, методика «Шкальная самооценка» (Дембо-Рубинштейн) (С.Я. Рубинштейн, 2007) и «Тест оценки социальных навыков Гольдштейна» (вариант Д.Н. Хломова, О.Ю. Казьминой).

2.2.2.1. Методика показателей и форм агрессии Басса и Дарки Данная методика- личностный опросник, разработан А. Бассом и А. Дарки в 1957 г., предназначен для диагностики агрессивных и враждебных реакций. Тест имеет высокую валидность и надежность, что подтверждается его использованием в зарубежных исследованиях и отечественных работах.



Pages:   || 2 | 3 |
 
Похожие работы:

«КОВАЛЬСКАЯ ЕЛЕНА ВИКТОРОВНА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ РАЗВИТИЯ ИНТЕГРАЛЬНОЙ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ СТУДЕНТОВ С НИЗКИМ УРОВНЕМ КРЕАТИВНОСТИ 19.00.07 – педагогическая психология (психологические наук и) Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный руководитель кандидат психологических наук,...»

«Поликанова Ирина Сергеевна Психофизиологические детерминанты развития утомления при когнитивной нагрузке 19.00.02 - Психофизиология (психологические наук и) Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научные руководители: доктор психологических наук А.М. Черноризов...»

«Меньшикова Галина Яковлевна ЗРИТЕЛЬНЫЕ ИЛЛЮЗИИ: ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ И МОДЕЛИ 19.00.02—Психофизиология (психологические наук и) Диссертация на соискание ученой степени доктора психологических наук Москва – 2013 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ ВОСПРИЯТИЯ ЗРИТЕЛЬНЫХ ИЛЛЮЗИЙ §1.1 Проблема восприятия зрительных иллюзий. §1.2 Определение феномена зрительных иллюзий....»

«Овсяник Ольга Александровна Социально-психологической адаптации женщин второго периода взрослости Специальность 19.00.05 – Социальная психология Диссертация на соискание ученой степени доктора психологических наук Научный консультант : доктор психологических наук, профессор Базаров Тахир Юсупович Москва - 2013 Содержание Введение.....»

«Травин Илья Валерьевич Исследование особенностей формирования профессионально значимых качеств учащихся в условиях модульного обучения Научный руководитель доктор психологических наук, профессор Н. П. Фетискин Диссертация на соискание учёной степени кандидата психологических наук по специальности 19.00.07 – Педагогическая психология Кострома Исследование особенностей...»

«из ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Корытова, Галина Степановна 1. Психологические особенности внутрисемейных отношений и их влияние на проявления школьной дезадаптации 1.1. Российская государственная библиотека diss.rsl.ru 2002 Корытова, Галина Степановна Психологические особенности внутрисемейных отношений и их влияние на проявления школьной дезадаптации [Электронный ресурс]: Дис.. канд психол. наук : 19.00.07 - М.: РГБ, 2002 (Из фондов Российской Государственной Библиотеки)...»

«Девятко Дина Викторовна Условия и механизмы иллюзий зрительного исчезновения Специальность 19.00.01 – Общая психология, психология личности, история психологии Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный руководитель доктор психологических наук, профессор, член-корреспондент РАО Братусь Б. С. Москва – 2012 ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. ИССЛЕДОВАНИЯ УСЛОВИЙ И МЕХАНИЗМОВ...»

«МОРОДЕНКО Евгения Васильевна ДИНАМИКА ИЗМЕНЕНИЙ ЛИЧНОСТИ СТУДЕНТА В ПРОЦЕССЕ СОЦИАЛЬНОЙ АДАПТАЦИИ К НОВЫМ УСЛОВИЯМ ЖИЗНИ 19.00.05 – Социальная психология Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный руководитель – доктор психологических наук, профессор Козлов Владимир Васильевич...»

«ПАВЛОВА Наталья Валерьевна РОЛЬ ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКИХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ В АДАПТАЦИИ К СПОРТИВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ХОККЕИСТОВ 11-18 ЛЕТ 19.00.02 – Психофизиология (биологические наук и) Диссертация на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель д-р биол. наук, профессор Л. Г. Харитонова ОМСК 2014 ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА I. Особенности адаптационных...»

«МАЛЬТИНИКОВА Наталья Петровна ЭТНОПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ РОДИТЕЛЬСТВА В ПОЛИКУЛЬТУРНОЙ СРЕДЕ (на примере казахских, татарских и русских семей) Специальность 19.00.05 – социальная психология ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный руководитель – доктор психологических наук, профессор Овчарова Р.В. Курган - 2005 СОДЕРЖАНИЕ 1.1.Теоретические подходы к рассмотрению феномена...»

«Стефаненко Екатерина Александровна ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ГЕЛОТОФОБИИ (СТРАХА НАСМЕШКИ) ПРИ ШИЗОФРЕНИИ И АФФЕКТИВНЫХ РАССТРОЙСТВАХ 19.00.04 – Медицинская психология (психологические наук и) Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный руководитель : кандидат психологических наук, доцент Ениколопов С. Н. заведующий отделом медицинской психологии ФГБУ Научный центр...»

«КВАСОВА ОЛЬГА ГРИГОРЬЕВНА ТРАНСФОРМАЦИЯ ВРЕМЕННОЙ ПЕРСПЕКТИВЫ ЛИЧНОСТИ В ЭКСТРЕМАЛЬНОЙ СИТУАЦИИ 19.00.01 – Общая психология, психология личности, история психологии Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный руководитель : Доктор психологических наук М.Ш. Магомед-Эминов Москва - ОГЛАВЛЕНИЕ ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. ПРОБЛЕМА ТРАНСФОРМАЦИИ ВРЕМЕННОЙ...»

«Хазова Светлана Абдурахмановна МЕНТАЛЬНЫЕ РЕСУРСЫ СУБЪЕКТА В РАЗНЫЕ ВОЗРАСТНЫЕ ПЕРИОДЫ Специальность 19.00.13 – Психология развития, акмеология (психологические наук и) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора психологических наук Научный консультант доктор психол. наук профессор Холодная Марина...»

«Богачева Ольга Юрьевна Эмпатия как профессионально важное качество врача (на примере врачей терапевтов и врачей хирургов) Специальность 19.00.03 Психология труда, инженерная психология, эргономика по психологическим наук ам ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный...»

«Макагонов Андрей Сергеевич СПОРТИВНЫЕ КАЧЕСТВА КАК АКМЕОЛОГИЧЕСКАЯ СОСТАВЛЯЮЩАЯ ЛИЧНОСТНОГО РАЗВИТИЯ БУДУЩЕГО РУКОВОДИТЕЛЯ Специальность 19.00.13 – психология развития, акмеология Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный руководитель доктор педагогических наук профессор Соловьева Н.В. Москва – 2014 СОДЕРЖАНИЕ Введение Глава 1. Теоретико-методологические основания исследования спортивных качеств как акмеологической составляющей личностного...»

«Селюгина Полина Борисовна Внутренний образ прародителей в структуре личностной идентичности 19.00.01 Общая психология, психология личности, история психологии Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный руководитель Доцент, кандидат психологических наук Овчинникова Юлия Германовна Москва-2013 ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ 3 1.1 ФИЛОСОФСКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ТРАКТОВКА СУЩНОСТИ КОНЦЕПТА...»

«Василенко Юлия Александровна ПАРАЛЛЕЛИЗМ ИЗМЕНЕНИЙ ДЕРМАТОГЛИФИКИ, ЭНДОКРИННОГО И ПСИХИЧЕСКОГО СТАТУСА В ПОПУЛЯЦИИ ДЕТСКОГО НАСЕЛЕНИЯ, ПРОЖИВАЮЩЕГО В РАЙОНАХ С ВЫСОКОЙ АНТРОПОГЕННОЙ НАГРУЗКОЙ 19.00.02 - психофизиология ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель : доктор биологических наук, профессор Л.И.Губарева Ставрополь -...»

«ПЕЛЕВИНА Антонина Александровна НЕУСТАВНЫЕ ОТНОШЕНИЯ КАК СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН Специальность 19.00.05 – Социальная психология Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук Научный руководитель доктор психологических наук,...»

«Малкова Елена Евгеньевна Тревожность и развитие личности в норме и при патологии Специальность: 19.00.04 – медицинская психология (психологические наук и) диссертация на соискание ученой степени доктора психологических наук Научный консультант Доктор медицинских наук, профессор Алехин А.Н. Санкт-Петербург...»

«Меньшикова Галина Яковлевна ЗРИТЕЛЬНЫЕ ИЛЛЮЗИИ: ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ И МОДЕЛИ 19.00.02—Психофизиология (психологические наук и) Диссертация на соискание ученой степени доктора психологических наук Москва – 2013 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ ВОСПРИЯТИЯ ЗРИТЕЛЬНЫХ ИЛЛЮЗИЙ §1.1 Проблема восприятия зрительных иллюзий. §1.2 Определение феномена зрительных иллюзий....»






 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.