WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«Широносова Варвара Сергеевна Национально-культурная специфика языковой картины мира австралийской баллады Специальность 10.02.04. – Германские языки (английский язык) ДИССЕРТАЦИЯ на ...»

-- [ Страница 1 ] --

Федеральное государственное бюджетное образовательное

учреждение высшего профессионального образования

«Российский государственный педагогический университет

им. А. И. Герцена»

На правах рукописи

Широносова Варвара Сергеевна

Национально-культурная специфика языковой картины мира

австралийской баллады

Специальность 10.02.04. – Германские языки (английский язык)

ДИССЕРТАЦИЯ

на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Научный руководитель:

доктор филологических наук, профессор Т.И. Воронцова Санкт-Петербург

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ Глава 1. Теоретические основы изучения национально-культурной специфики языковой картины мира австралийской баллады…………………. 1.1. Проблема взаимодействия языка и культуры……………………….……... 1.2. Языковая картина мира как объект изучения……………………………… 1.3. Национально-культурная специфика языков картины мира……………… 1.4. Жанровая принадлежность текста……………………………………………. 1.5. Жанровые доминанты текста баллады……………………………………... 1.6. История возникновения и развития австралийской баллады……………... Выводы по 1 главе………………………………………………………………... Глава 2. Языковая репрезентация национально-культурной специфики языковой картины мира австралийской баллады……………………………….

2.1. Методологическая основа изучения национально-культурной специфики языковой картины мира австралийской баллады………………….

2.2. Языковая репрезентация национально-культурной специфики в лексической системе австралийского варианта английского языка…………...

2.3. Австралийские баллады начала 19 века……………………………………. 2.3.1. Языковая картина мира баллад начала 19 века…………………………... 2.4. Австралийские баллады середины 19 века…………………………………. 2.4.1. Языковая картина мира бытовых баллад середины 19 века…………….. 2.5. Австралийские баллады конца 19 века……………………………………... 2.5.1.Языковая картина мира бытовых баллад конца 19 века…………………. 2.5.2. Языковая картина мира баллад о буш рейнджерах……………………… Выводы по 2 главе………………………………………………………………... ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………………………….. БИБЛИОГРАФИЯ……………………………………………………………………………….. ПРИЛОЖЕНИЕ…………………………………………………………………………………..

ВВЕДЕНИЕ





В условиях развития современного общества изучение языка в контексте культуры является одним из приоритетных направлений развития лингвистики, а также других гуманитарных дисциплин. Способы осознания мира не идентичны для представителей различных национальных культур. Об этом говорят различия результатов познавательной деятельности, которые находят своё выражение в специфике языковых представлений и особенностях языкового сознания разных народов. Благодаря национально-культурной специфике устанавливаются связи различного характера между текстом и действительностью, которые преломляются в тексте. Национально-специфические черты, присущие языковой картине мира, отражаются на всех уровнях текста: морфологическом, синтаксическом, фонетическом и лексическом. Наиболее ярко национальнокультурная специфика языковой картины мира представлена лексической системой, включающей этноконнотированные ключевые слова, имена собственные с национально-культурной символикой, этноэйдемы, слова, обозначающие специфические элементы внутренней культуры и др.

Важность исследования национально-культурной специфики картины мира и ее языковой репрезентации признана мировой наукой и практикой. Это связано с общей тенденцией гуманитарных наук помещать культуру в центр теоретических исследований, связанных с изучением человека. В языке отражается обиходно-эмпирический, исторический и духовный опыт народа, связанный с его культурными традициями. При этом субъект номинации и речевой деятельности всегда является субъектом национальной культуры, которая является в действительности миром человеческой деятельности.

Объектом исследования является национально-культурная специфика языковой картины мира австралийской баллады.

Предметом исследования выступает вербальная репрезентация национально-культурной специфики языковой картины мира, зафиксированной в текстах австралийской баллады 19 – начала 20 веков.

Актуальность исследования определяется методологической значимостью изучения австралийской картины мира и картины мира языковой. Интерес к изучению языкового отражения национальной картины мира связан со исследования, а также обусловлен необходимостью междисциплинарного анализа средств выражения понятий австралийской национальной культуры в тексте баллады.

Научная новизна заключается в выявлении и изучении национальнокультурной специфики языковой картины мира австралийской баллады процессуальности, локальности, темпоральности, а также жанровых доминант, получающих выражение в категориях текста. Ранее исследования текстов австралийской баллады осуществлялись лишь в литературоведении.

Теоретическая значимость работы обусловлена ее вкладом в исследование проблемы национальной картины мира, зафиксированной в текстах баллады.

Исследование проводилось в рамках лингвокультурологии, стилистики и лингвистики текста. Междисциплинарный ракурс исследования позволил осуществить комплексный подход к исследованию культурно-маркированных лексико-семантических единиц и выявить особенности репрезентации австралийских баллад.





Практическая значимость исследования заключается в возможности использования полученного материала в исследовательской и учебнометодической работе специалистов в области лингвистики, включения результатов исследования в учебные курсы и учебные пособия по лингвистике текста, лингвокультурологии, межкультурной коммуникации, страноведению. На посвященный особенностям языковой картины мира в тексте баллады.

Теоретическую базу исследования составляют работы:

по лингвистике текста: И.В. Арнольд, М.М. Бахтин, Н.С. Валгина, О.П.

Воробьева, И.Р. Гальперин, Е.А. Гончарова, З.Я. Тураева, О.Е. Филимонова, И.А.

Щирова, У. Эко;

по исследованию языковой картины мира: Ю.Д. Апресян, Н.Н. Бочегова, А.Г. Брутян, А. Вежбицкая, С.Г. Воркачев, Л.И. Гришаева, В.Б. Касевич, Г.В. Колшанский, Е.С. Кубрякова, М.В. Никитин, В.И. Постовалова, Б.А. Серебренников, В.Н. Телия;

по изучению языковой картины мира в текстах определенной жанровой модификации: Т.И. Воронцова, О.Н. Гронская, А.О. Тананыхина, Т.В. Цивьян;

по изучению репрезентации культурного компонента в языке: З.Х. Бижева, Н.Н. Бочегова, Е.М. Верещагин, В.В. Воробьев, Г.Д. Гачев, Д.Б. Гудков, Ю.С.

Гумен, А.А. Залевская, О.А. Корнилов, В.Г. Костомаров, З.Д. Попова, И.А.

Стернин;

по литературоведению: Н.П. Андреев, А.А. Гугнин, В.М. Жирмунский, А.П.

Квятковский, Н.И. Кравцов, М.Ю. Лотман, Л.М. Лосева, В.В. Пропп, Б.В.

Томашевский, В.Е. Хализев;

по изучению особенностей развития австралийской культуры и языка: М. Г.

Андреева, Г.А. Орлов, Л.Д. Почепцова, S. Baker, H.M. Green, A.W. Jose, J.S.

Manifold, P. Martin, A.G. Mitchell, E. Morris, J. O’Grady, W. Ramson, G. Turner, B. Wannan, G.A. Wilkes.

литературных баллад.

Целью исследования является изучение национально-культурной специфики репрезентации языковой картины мира австралийских баллад и выявление средств ее вербализации, относящимся к указанным временным реализующейся в категориях текста. Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

изучить понятие языковая картина мира и определить роль национально-специфичного компонента в ее структуре;

определить экстралингвистические факторы, детерминирующие особенности формирования картины мира австралийской баллады.

рассмотреть и уточнить классификацию национально-культурно маркированных лексических единиц в системе австралийского варианта английского языка;

выявить средства языковой репрезентации национально-культурной специфики в тексте австралийской баллады;

В работе была использована комплексная методика, включающая элементы таких методов исследования, как аналитико-описательный метод, метод сопоставительного анализа, семантико-стилистический метод, обобщение, метод непосредственного наблюдения над художественным материалом с последующим обобщением полученных результатов, метод количественных подсчетов.

На защиту выносятся следующие положения:

Языковая картина мира австралийских баллад 19 – начала 20 веков выступает как средство описания национально-культурной специфики, складывающейся под влиянием культурных традиций, средой обитания данного социума и его социальной структуры.

Языковая картина мира австралийской баллады формируется посредством использования лексических единиц, выражающих категории предметности, процессуальности, локальности, темпоральности. Они обеспечивают реализацию уникальных признаков национальной культуры. Специфика языковой репрезентации выявленных понятий и их варьирование в текстах баллад обусловлена их принадлежностью к определенному периоду развития национальной литературы – начало 19 века, середина 19 века, конец 19 – начало 20 века, – а также различными экстралингвистическими факторами.

Языковые средства репрезентации национально-культурной специфики неоднородно распределены в корпусе текстов баллад. В балладах начала века практически отсутствуют национально-маркированная лексика, отдельные национально-маркированные лексические единицы появляются в балладах середины 19 века, в текстах баллад конца 19 – начала 20 века формируются лексико-семантические группы культурно-значимых языковых единиц.

Особенности языковой экспликации балладной поэтики и специфика реализации жанровых доминант, вербализованных посредством текстовых категорий – цельности, связностьи, хронотопа, эмотивности, адресованности, – варьируются в текстах баллад 19 – начала 20 веков. В некоторых балладах доминируют черты эпических произведений, в других – черты лирических песен.

Содержательная направленность балладных текстов, а также наличие в них определенных национально-значимых образов создают систему устойчивых ассоциативно-эмоциональных связей, отсылающих читателя к реалиям национальной культуры, а также к необходимости учета национальнокультурной специфики при интерпретации текста баллады.

Основные теоретические положения и результаты диссертационного исследования были представлены на межвузовских научных конференциях:

«Герценовские чтения. Иностранные языки» (Санкт-Петербург 2010, 2011, 2012), на научных конференциях «Петербургские чтения» (2010, 2011, 2014), на научных аспирантских семинарах кафедры английской филологии РГПУ им. А.И. Герцена «Современные стратегии описания текста» (2010, сентябрь 2011, апрель 2012). По теме исследования опубликовано 7 научных работ, общий объем которых составляет 1.9 п.л., включая материалы трех конференций и четыре статьи, три из которых в изданиях, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией.

Глава 1. Теоретические основы изучения национально-культурной специфики языковой картины мира австралийской баллады Проблема взаимодействия языка и культуры Понятие культура выражает глубину и неизмеримость человеческого бытия, поэтому в современной науке не существует однозначного определения этого понятия. Но, несмотря на существующие различия, по мнению Е.М. Верещагина и В.Г. Костомарова, можно выделить несколько признаков культуры, общих для всех существующих определений: социальность данного явления; его аккумулирующая функция; влияние на становление личности. В культуре кумулируются духовные достижения определенного этноса, находящие свое выражение в языковой и других знаковых системах [31, с. 104]. В рамках современной научной парадигмы, имеющей отчетливую антропоцентрическую направленность, культура рассматривается в неразрывной связи с человеческой деятельностью и ее результатами и представляется как совокупность способов, направленных на приспособление человека к внешней среде и к другим людям.

Культура – это система исторически развивающихся надбиологических программ человеческой деятельности, поведения и общения, выступающих условием воспроизводства и изменения социальной жизни [130, с. 271].

Культура представляется как знаково-семиотическая структура. Любые фрагменты человеческого мира, приобретающие функцию знаков, могут служить предметом культурологического анализа. Однако наиболее полно культурная информация эксплицируется в языковых знаках, поэтому изучение национальнокультурных особенностей картины мира через язык представляется наиболее эффективным.

Язык представляет собой сложную знаковую систему, которая является средством общения и выражения мысли, а также передачи, хранения и преобразования информации. С помощью языка человек закрепляет результаты познания объективной действительности, объективирует свое самосознание как человеческой личности. Язык мыслится как общественное средство хранения и передачи знаний, исторического опыта и средство управления поведением [31, с.

108 – 109]. Язык неотделим от условий существования человека, поэтому он всегда предполагается во всех возможных попытках сущностной деятельности человека [31, с. 115; 117, с. 75 – 78]. Язык не только средство звуковой регистрации результатов восприятия, он, как материально-идеальное образование, синтезирует в себе по отношению к объективной действительности свойство отображения и обозначения, помогая человеку в познавательной деятельности превращать факты действительности в объект сознания. Итак, язык трактуется как особый способ мировидения и интерпретации опыта. В его структуре кроется неосознаваемый набор представлений о мире и жизни в нем. Язык является средством категоризации опыта, которая осуществляется посредством типологии предметов, процессов, качеств, акцентируемых словарным составом. Язык выступает в качестве зеркала национальной культуры, поэтому одной из самых актуальных областей исследования в каждом языке является национально-культурная семантика, т.е. языковые значения, которые отражают, фиксируют и передают от поколения к поколению собственно языковую картину мира.

В языке находит свое выражение бесконечное разнообразие условий, в которых добывались человеком знания о мире — природные особенности места проживания народа, его общественный уклад, исторический опыт, жизненная практика и т. д. Процесс номинации новых объектов и явлений — языковое документирование особенностей поисков человека в целях овладения соответствующим предметом в зависимости от конкретных материальных условий жизни: наименования растений и животных, явлений природы, предметов быта, человеческих отношений, и т. д. дают наглядную картину бесконечного разнообразия свойств явлений, которые в тот или иной период, в том или ином регионе практически осваивались человеком. Однако язык не может создавать отдельного от человеческого сознания мира, ибо он сам по себе уже выражает человеческий мир как форму отражения объективного мира. В этом и заключается субъективный характер языка [66, с. 20 -24].

В языке отражается обиходно-эмпирический, исторический и духовный опыт этноса, связанный с его культурными традициями, поскольку субъект номинации и речевой деятельности всегда является субъектом национальной культуры, которая трактуется как мир человеческой деятельности, мир артефактов. Артефакты имеют двойственную природу: человек «опредмечивает»

в них свои представления, цели, желания. Способность заключать в себе человеческий смысл, нести отпечаток человеческого духа, служить человеку собственным отражением составляет «сверх природное качество» артефактов.

Культура, таким образом, не просто совокупность продуктов человеческой деятельности, это также мир смыслов, которые человек вкладывает в свои творения и действия.

В рамках деятельностного подхода, восходящего к идеям В. фон Гумбольдта, язык трактуется как деятельность человека, разновидность человеческого поведения, направленная всякий раз к определенной цели, к наилучшему выражению своих мыслей и чувств. [84, с. 19 – 26; 109 с. 67; 158, с.

12 – 19; 164, с. 102; 171, с. 17]. Языку, наряду с коммуникативной функцией, свойственна кумулятивная функция, поскольку язык является хранителем культуры, т.е. не только передает внеязыковую информацию от адресанта к адресату, а также накапливает и сохраняет ее. Признание наличия внутреннего содержания слова-знака, т.е. факта, что слово-знак выражает нечто кроме самого себя, неизбежно ведет к необходимости признать и наличие культурного компонента. Слова языка как социального явления несут на себе отпечаток жизни общества, его материальной и духовной культуры. Это культурное значение есть часть языка. Поскольку слово выражает нечто, расположенное вне системы реляционных средств выражения, передает экстралингвистическое содержание, лексическая семантика представляет собой часть языка, выступает, как языковое явление.

семиотических знаков значения слов хранятся в языке и транслируются с помощью языка. Таким образом, язык служит для выражения значения. Между тем, значение элементов естественного языка не может быть сведено к отношению между языком и миром. «Сама природа естественного языка такова, что он не отличает экстралингвистической реальности от психологической и от социального мира носителей языка» [цит. по: 30, с. 16]. Значение трактуется как форма сознания, возникающая в процессе приобретения опыта в условиях культурного целого, где исторически кристаллизован опыт деятельности, общения и восприятия. Значение антропоцентрично, отражает общие свойства человеческой природы; более того, оно этноцентрично, ориентировано на данный этнос, таким образом, язык изначально задает своим носителям определенную картину мира. Выбор определенных лексических единиц обусловлен особенностями внеязыковой действительности, национальной культурой [31, с.

135 – 138; 67, с. 46].

Проблема взаимосвязи и взаимодействия языка и культуры исследовалась в работах ученых XIX века (Я. Гримм, Р. Раск, В. Гумбольдт, А.А. Потебня), тем не менее, она остается актуальной в настоящее время.

Культура любого народа представляет собой единство духовного и материального. Материальная сторона культуры представлена в языке национально-культурно маркированными лексическими единицами, духовная — устойчивыми ассоциациями, общим видением мира, которое сложилось у того или иного языкового коллектива в ходе его культурно-исторического развития.

Язык предстает, как специфическая форма выражения материальной и духовной культуры нации, как ее проводник, через который в знаковой форме транслируется культурный опыт. Причем язык не является пассивным фактором формирования культуры. Язык представляет собой продукт сложного многовекового культурного процесса. Окружающий мир предстает в языке как дискретный и построенный, имеющий четкую структуру. Соотнесенный с миром естественный язык становится проекцией действительности на плоскость языка [80, с. 21 – 35].

Е.Ф.Тарасов отмечает, что язык включен в культуру, так как «тело» знака (означающее) является культурным предметом, в форме которого опредмечена языковая и коммуникативная способность человека, значение знака — это также культурное образование, которое возникает только в человеческой деятельности.

Также и культура включена в язык, поскольку вся она смоделирована в тексте [133, с. 14 – 16].

Язык и действительность структурно сходны. По замечанию Л.Ельмслева структура языка может быть приравнена к структуре действительности или взята как более или менее деформированное ее отражение. М.Ю. Лотман пишет, что как язык, так и культура являются знаковыми системами. Говоря об общности рассматриваемых понятий В.H. Телия выделяет общие признаки: 1. Культура и язык — это формы сознания, отображающие мировоззрение человека и народа. 2.

Язык и культура существуют в диалоге между собой, поскольку субъект речи и ее адресат - это всегда субъекты культуры. 3. Оба феномена имеют индивидуальные или общественные формы существования, субъект культуры и языка — всегда индивид или социум, личность или общество. 4. Общая для языка и культуры черта — нормативность. 5. Историзм — одно из сущностных свойств языка и культуры. 6. Культура — своеобразная историческая память народа. Язык хранит и обогащает коллективную память благодаря кумулятивной функции. Подобие языка и культуры проявляется также в том, что они выполняют схожие функции:

коммуникативную, кумулятивную, рефлексивную, аккумулирующую, трансмиссионную и другие. Так, сходство признаков, характеризующих культуру и язык, позволяет рассматривать их взаимодействие на единой методологической основе [80, с. 23; 135, с. 14 – 15].

Структура культуры обнаруживает сходство со структурой языка еще и в том, что в обоих объектах можно обнаружить явления стиля, жанра, факты синонимии, омонимии, полисемии. А в сфере функционирования и внешних отношений факты одновременной причастности носителей культуры к двум (или более) культурам. В истории культуры обнаруживаются процессы взаимодействия, наслоения культур на культуры, т. е. явления культурных субстрата, адстрата или суперстрата и т. д. [138, с. 17].

Однако, несмотря на некоторую схожесть, язык и культура не изоморфны, они принадлежат к разным семиотическим системам. Несмотря на то, что культура является знаковой системой, в отличие от языка, она неспособна самоорганизовываться, а служит для накопления информации и стремится к абсолютной всеобщности. Культура — это, прежде всего, память [82, с. 227; 85, с.

60].

Система соотношений языка и культуры сложна и многоаспектна, чему свидетельствует множество существующих походов к решению этой проблемы.

Взаимодействие культуры и языка могут рассматриваться как отношения целого и его части. В этом случае, язык трактуется как компонент культуры или орудие культуры. Однако язык в то же время и автономен по отношению к культуре в целом, и его можно рассматривать отдельно от культуры или в сравнении с культурой как с равнозначным и равноправным феноменом.

Как средство выражения культуры язык рассматривают С.А. Атановский, Г.А. Брутян, Е. И. Кукушкин, Е.М. Верещагин, В.Г. Костомаров, Э.С. Маркарян, А.К. Уледов. Взаимосвязь языка и культуры представляется как движение в одну сторону; так как язык отражает действительность, а культура есть неотъемлемый компонент этой действительности, с которой сталкивается человек, то и язык — простое отражение культуры. Таким образом, когда изменяется действительность, меняются и культурно-национальные стереотипы, изменяется и сам язык.

С позиций взаимосвязи языка и культуры интерес представляет известная гипотеза «лингвистической относительности». Разработавшая ее школа СэпираУорфа, а так же различные школы неогумбольдтианцев, основывалась на понимании неразрывности и единства языка и культуры. В основе этой гипотезы лежит убеждение, что люди видят мир сквозь призму своего родного языка. Для ее сторонников реальный мир существует постольку, поскольку он отражается в языке. Так, если каждый язык отражает действительность присущим только ему способом, то, следовательно, языки различаются своими «языковыми картинами мира».

В гипотезе Сепира—Уорфа выделяются следующие основные положения:

1. Язык обусловливает способ мышления говорящего на нем народа. 2. Способ познания реального мира зависит от того, на каких языках мыслят познающие субъекты. «Мы расчленяем природу в направлении, подсказанном нашим языком.

Мы выделяем в мире явлений те или иные категории и типы совсем не потому, калейдоскопический поток впечатлений, который должен быть организован нашим сознанием, а это значит в основном — языковой системой, хранящейся в нашем сознании. Мы расчленяем мир, организуем его в понятия и распределяем значения так, а не иначе, в основном потому, что мы участники соглашения, предписывающего подобную систематизацию. Это соглашение имеет силу для определенного языкового коллектива и закреплено в системе моделей нашего языка» [145, с. 174].

Данная гипотеза получила поддержку и дальнейшую разработку в трудах Л.

Вейсгербера, в его концепции языка как «промежуточного мира», стоящего между объективной действительностью и сознанием. «Язык действует во всех областях духовной жизни как созидающая сила» [27, с. 51].

Справедливо отметить, что не все исследователи поддерживают гипотезу лингвистической относительности. Она подвергается критике со стороны таких ученых, как Д. Додц, Г.В. Колшанский, Б. А. Серебренников, Р.М. Уайт, Р.М.

Фрумкина, Э. Холленштейн. Так, Б.А. Серебренников выражает свое отношение к этой гипотезе следующим образом. Он считает, что, во-первых, источником понятий являются предметы и явления окружающего мира. Любой язык в своем генезисе — результат отражения человеком окружающего мира, а не самодовлеющая сила, творящая мир. Во-вторых, язык приспособлен в значительной степени к особенностям физиологической организации человека, но эти особенности возникли в результате длительного приспособления живого организма к окружающему миру. Кроме того, неодинаковое членение внеязыкового континуума возникает в период первичной номинации. Оно объясняется неодинаковостью ассоциаций и различиями языкового материала, сохранившегося от прежних эпох [118, с. 57 – 61].

относительности. Он считает, что идиоэтничность мысли создает феномен лингвистической относительности. Однако этот выбор ракурса восприятия не осуществляется каждым индивидуальным носителем языка, он осуществляется «родом», т.е. в филогенезе. Именно в филогенезе мысль определяет язык. В нем закрепляются результаты когнитивного опыта, который носит идиоэтнический характер. Напротив, в онтогенезе каждый носитель языка при его освоении получает существеннейшую долю уже «готового» когнитивного опыта, кристаллизованного языке. В связи с этим, Касевич приводит известный тезис М.Хайдеггера о том, что «…не мы говорим на языке, но язык говорит нами». Так, если основываться на том, что язык «репрессивен», он навязывает нам свою картину мира, то с онтогенетической точки зрения язык в значительной степени формирует мысль [63, с. 5 – 6].

Язык выражает специфические черты национальной ментальности. С другой стороны, культура включена в язык, так как вся она смоделирована в тексте [31, с. 107]. Таким образом, как отмечает К. Леви-Стросс, язык есть одновременно и продукт культуры, и ее важная составная часть, и условие существования культуры. Язык — специфический способ существования культуры, фактор формирования культурных кодов. Связь культуры и языка имеет двоякий характер: с одной стороны, культура отражается в языке через специфическую языковую картину мира, и, с другой стороны, культура, описываемая языком, то есть представление артефактов культуры в содержании текстов. Так, язык и культура, являясь видами человеческой деятельности, могут рассматриваться как взаимокомпенсаторные единства: язык не существует вне культуры, так и культура не существует вне языка.

Язык — факт культуры потому что: 1) он составная часть культуры, которую мы наследуем от наших предков; 2) язык — основной инструмент, посредством которого мы усваиваем культуру; 3) язык — важнейшее из всех явлений культурного порядка, ибо если мы хотим понять сущность культуры — науку, религию, литературу, то должны рассматривать эти явления как коды, формируемые подобно языку. Поэтому концептуальное осмысление культуры может произойти только посредством естественного языка [85, с. 56 – 60; 138, с.

20 – 23; 56, с. 15 – 25]. Одним из центральных понятий взаимосвязи языка и культуры является культурный компонент значения слова. С одной стоны, денотат может иметь повсеместное распространение, с другой стороны, – быть принадлежностью только данного региона или культуры, что позволяет говорить о культурном компоненте слова. Если из семантики слова исключить значения, обусловленные различными языковыми уровнями (деривационное, морфологическое, синтаксическое), не учитывать его внутренней формы, образного значения, эстетических ассоциаций, то в остатке окажется экстралингвистическое содержание слова, которое непосредственно отражает обслуживаемую языком национальную культуру [31, с. 119; 139, с. 10]. Благодаря антропоцентрическому и этноцентрическому характеру языка языковые знаки и образуемая ими языковая система национально и культурно маркированы, причем степень национально-культурной маркированности может быть различной.

Итак, в данном исследовании культура интерпретируется, прежде всего, как хранилище безграничного опыта нации, накопленного множеством поколений.

Однако культура не может быть наследована генетически, и для передачи ее последующим поколениям необходим «проводник», в роли которого и выступает язык.

Национально-культурная специфика материальной и духовной культуры находит отражение в семантических единицах языка. Так, через языковые единицы манифестируется значимость определенных установок, стереотипов, ценностей культуры, кроме того, языковые единицы могут использоваться для порождения вербальных интерпретаций эстетических объектов. Постулирование культурной информации в языковых единицах предполагает наличие категории, соотносящей эти разные семиотические системы и позволяющей описывать их взаимодействие.

Различие взглядов на определение феномена культуры обусловливает многообразие подходов в разработке понятийного инструментария. В.Н. Телия предлагает рассматривать в качестве этой категории понятие «культурная коннотация», воплощающее культуру в языковой знак. Культурная коннотация определяется как «интерпретация денотативного или образно мотивированного, квазиденотативного, аспектов значения в категориях культуры» [134, с. 214]. Под категориями культуры понимаются стереотипы, символы, эталоны, мифологемы и другие знаки национальной и общечеловеческой культуры, освоенной народомносителем того или иного языка. Таким образом, коннотация является звеном, соединяющим знаки языка и концепты культуры, и в то же время инструментом для изучения их взаимодействия. Такое взаимодействие, описываемое через категорию коннотации, прослеживается и в лексическом, и во фразеологическом пластах языка. При этом содержание коннотации не является обязательно неизменным: ее эволюция отображает способность языка воплощать смену культурно значимых для общества ориентиров.

Культурная информация может быть представлена в номинативных единицах языка культурных коннотациях, а так же через культурные семы (наименования предметных реалий), культурный фон (явления социальной жизни и исторические события) и культурные концепты (имена абстрактных понятий).

Термин «культурная коннотация» в данной классификации типов культурной информации и способов ее воплощения в знаки языка закреплен за той ее разновидностью, которая характеризует образные языковые знаки.

Культура проникает в них через ассоциативно-образные основания их семантики и интерпретируется через выявление связи образов со стереотипами, эталонами, символами, мифологемами, прототипическими ситуациями и другими знаками национальной и общечеловеческой культуры, освоенной лингвокультурной общностью [134, с. 14 – 15; 99, с. 30]. Система образов, закрепленных в лексических единицах языка, является местом средоточения, своего рода «нишей», аккумулирующей мировидение: образные основания так или иначе связаны с духовной, социальной и материальной типами культуры.

Культурная коннотация — это семиотическая единица: она является семиотическими системами — языком и культурой. Через коннотации культура хранится в языке и через него, в свою очередь, транслируется из поколения в поколение. Культурная коннотация имеет свой «локус» воплощения в системе языка, а именно, она эксплицирована в образно мотивированных лексических и фразеологических единицах. Следует отметить, что культурная коннотация уже понятия национально-культурная специфика, являющейся частью семантической структуры каждой лексической единицы языка, в отличие от культурной коннотации, которая определяется как дополнительное значение, связанное с условиями и участниками коммуникативного акта [99, с. 16; 135, с. 14 - 15].

Иначе предлагает изучать взаимодействие языка и культуры В.В. Воробьев.

В качестве единицы синтезирующей элементы как культуры, так и языка, он выделяет лингвокультурему, которая рассматривается, как комплексная межуровневая единица, представляющая собой диалектическое единство лингвистического и экстралингвистического содержания. Иными словами, лингвокультурема отражает специфику и систематизацию реалий внутри класса предметов, соотнесенных с определенным знаком. Структура этой единицы более сложна, поскольку она вбирает в себя не только собственно языковое представление, а также «внеязыковую культурную среду» — устойчивую сеть ассоциаций, возникающих у носителей определенной культуры. Подобного мнения придерживается И.В. Привалова, называя культурему единицей, обобщающей результаты человеческой деятельности.

Каждый носитель языка одновременно является и носителем культуры, следовательно, языковые знаки приобретают способность выполнять функцию знаков культуры и тем самым служат средством представления основных установок культуры. Именно поэтому язык способен отображать культурнонациональную ментальность его носителей. Установки и ценности культуры определенной лингвокультурной общности концентрируются в национальной языковой картине мира, которая система представляет собой систему ценностных ориентаций, закодированную в ассоциативно-образных комплексах языковых единиц и восстанавливаемую через интерпретацию ассоциативно-образных комплексов посредством обращения к обусловившим их знакам и концептам культуры [99, с. 27].

Важно отметить, что при анализе культурно маркированных единиц необходимо учитывать «внеязыковую семантику», которая раскрывает национально-культурную специфику конкретных реалий. Языковая семантика ограничивается указанием на реалему, но не выражает национальных особенностей, поэтому только изучение единства языкового и внеязыкового содержания может обеспечить адекватную интерпретацию языковой картины мира, присущей определенному народу.

Проблема взаимосвязи и взаимодействия языка и культуры находит представляется выделение национально-культурной функции, благодаря которой происходит формирование национального самосознания и репрезентируются особенности осмысления понятий определенным этносом. Национальнокультурная функция обеспечивает возможность передачи национального самосознания, традиций культуры и истории народа языковыми средствами.

Национально-культурный концепт – это прототипический образ объекта, ситуации, характеристики, эмоции, включающий в себя опыт коллективного языкового сознания и коллективного бессознательного определенного этноса. За содержанием одних и тех же слов в разных языках стоят разные, не совпадающие по смысловому объему концепты, информационное поле которых составляют факты реальной жизни, культурные символы и мифы. Актуальные концепты вербализуются в языке через ключевые слова или рекуррентные лексические единицы.

С одной стороны, в языке находят отражение те аспекты внеязыковой действительности, которые представляются релевантными носителям культуры, пользующейся этим языком; с другой стороны, овладевая языком, носитель языка начинает видеть мир под углом зрения, подсказанным его родным языком, и сживается с концептуализацией мира, характерной для соответствующей культуры [54, с. 5; 163, с. 9 – 12]. Таким образом, язык — составная часть культуры и ее орудие, это действительность нашего духа, лик культуры;

специфические черты национальной ментальности фиксируются в языке при помощи единиц, которые приобрели символическое, эталонное, образнометафорическое значение в культуре и которые обобщают результаты деятельности человеческого сознания, закрепленные в разных типах текста.

Изучение культурно маркированных единиц языка в текстах дает возможность приблизиться к пониманию национальной специфики культуры определенной нации.

1.2. Языковая картина мира как объект изучения Новая научная парадигма с ее ярко выраженной антропоцентрической ориентацией усилила внимание к понятию картина мира. Изучению данной проблематики посвящены работы представителей различных наук, включая философию, психологию, культурологию, гносеологию, когнитологию, лингвистику. Конкретизируясь дополнительными определениями «научная», «частнонаучная», «естественнонаучная», «историческая», «физическая», «биологическая», «языковая», понятие «картина мира» входит в обиход еще большего числа областей научного знания. Распространенность данного понятия обусловлена необходимостью изучения вербализации результатов взаимодействия человека с миром. Тем не менее, понятие «картина мира» в определенной степени, по-прежнему остается метафорой и не всегда получает достаточно четкое и однозначное толкование даже в схожих исследованиях.

Термин «картина мира» был предложен физиком Г. Герцем, определившем его как совокупность внутренних образов внешних объектов, служащих для выведения логических суждений о поведении этих объектов. Позднее термин переносится в гуманитарные науки, появляется в работах К. Ясперса и Л.

Витгенштейна, а также у Л. Вайсгербера. На данный момент можно говорить о безусловном вхождении понятия картина мира в терминологическую систему современной лингвистики. Исследованию данной области посвящены работы Г.А.

Брутяна, Ю.Н. Караулова, Г.В. Колшанского, О.А. Корнилова, Е.С. Кубряковой, Б.А. Серебренникова, З.Д. Поповой, И.А Стернина, А.А. Уфимцевой, Т.В. Цивьян и др. Наряду с традиционным наименованием картина мира в научной литературе используются такие термины, как образ мира и модель мира, поэтому необходимо разграничить эти понятия. Образ мира — это многослойная конструкция, хранящая в себе все знания об устройстве окружающего мира в виде воспоминаний или образов, уложенных в соответствии с определенной структурой, разделенной на слой разумных знаний о мире-природе и слой памяти о мире-обществе. Модель мира, с одной стороны, может трактоваться как общее, абстрактное представление о мире. В более узком смысле модель мира определяется как сокращённое и упрощённое отображение всей суммы представлений о мире внутри данной традиции [141, с. 161 – 164]. Несмотря на возможность использования указанных терминов в исследованиях, посвященных изучению человеческого фактора в языке, в данной работе предпочтение отдается наиболее распространенному термину «картина мира», который трактуется как упорядоченная совокупность знаний о действительности, сформировавшаяся в общественном, а также групповом или индивидуальном сознании.

Понятие картина мира принадлежит к числу фундаментальных понятий, выражающих специфику человека и его бытия, взаимоотношение его с миром, важнейшие условия его существования в мире. Картина мира – это целостный глобальный образ мира, который является результатом духовной активности человека и возникает у него в ходе контактов с миром. Антропоцентричность картины мира выражается в ее ориентации на человека (отдельного, конкретного), который, в свою очередь, ориентирует свою жизнь на картину мира.

Человеческий фактор проявляется через сознание, которое в результате отражательной деятельности формирует концептуальную картину мира, позволяющую человеку эффективно ориентироваться в нем, использовать его в своих жизненных целях. Осваивая и классифицируя мир, человек исходит из себя как точки отсчета, применяя разные критерии [36, с. 49 – 56; 66, с. 20 – 27; 154, с.

16]. Так, картина мира является продуктом деятельности социума, которая отражает специфику его мировосприятия, имеющего системный характер. В картине мира соединяются субъективные и объективные аспекты мировосприятия человека, принадлежащего к определенному культурно-историческому периоду.

В широком смысле под картиной мира понимается результат всестороннего познания действительности, то есть совокупность научных знаний, религиозных представлений, этических, художественных ценностей определенного социума, проживающего на определенной территории в конкретную историческую эпоху, закрепленных в различного рода текстах.

Картина мира представляет собой диалектическое единство статики и динамики, стабильности и изменчивости. Если рассматривать её во всей полноте как образ мира, который конкретизируется в процессе человеческой жизнедеятельности, можно сделать вывод о том, что картина мира не вечна даже в пределах жизни одного человека, поскольку она постоянно корректируется, дополняется и уточняется [109, с. 48].

Картина мира возникает у человека в процессе его контактов и взаимодействий с внешним миром. В ее формировании принимают участие все стороны психической деятельности человека (от ощущений, восприятий, представлений до мышления). «Отпечатки» картины мира можно обнаружить в языке, в жестах, в изобразительном искусстве, музыке, ритуалах, этикете, вещах, мимике, в поведении людей. Картина мира формирует тип отношения человека к миру: природе, другим людям, задаёт нормы поведения человека в мире, определяет его отношение к жизни [4, с. 45].

Картина мира обычно представляется в виде концептуальной и языковой моделей. Концептуальная картина мира является идеальной, ментальной структурой и подразумевает не только знание, которое выступает как результат мыслительного отражения действительности, но и итог чувственного познания.

Языковая картина мира представляет собой информацию о внешнем и внутреннем мире, закрепленную средствами живых языков. Языковая картина мира отражает коллективную ментальность и национально-культурное неразрывная связь. Основным содержательным элементом языковой картины мира является семантическое поле, единицами концептуальной картины мира – константы сознания. Концептуальная картина мира содержит информацию, представленную в понятиях, в основе языковой картины мира лежат знания, закрепленные в семантических категориях, семантических полях, составленных из слов и словосочетаний по-разному структурированных в границах одного поля того или другого конкретного языка [38, с. 28; 26, с. 109; 118 с. 34].

Основываясь на существовании принципиально отличных способов отражения реальности З.Д. Попова, И.А Стернин предлагают разграничивать непосредственную и опосредованную картины мира.

Непосредственная (концептуальная) картина мира является результатом осуществляется как при помощи органов чувств, так и при помощи абстрактного мышления. Эта картина мира формируется как результат непосредственного действительности, выраженный в виде совокупности упорядоченных знаний – концептосферы. Н.М. Лебедева пишет: «Наша собственная культура задает нам когнитивную матрицу для понимания мира, так называемую «картину мира» [76, с. 21].

Непосредственная картина мира одной и той же действительности может различаться, зависимости от способа, общего метода, которым она была получена метафизической; материалистической и идеалистической; теоретической и эмпирической, научной и «наивной», естественно-научной и религиозной;

физической и химической и т.д.

Подобные картины мира являются исторически обусловленными – они зависят в своем содержании от достигнутого к тому или иному историческому этапу уровня познания; они меняются с изменением исторических условий, с достижениями науки, развитием методов познания.

общечеловеческим логическим законам, но в то же время каждая социальная система характеризуется своим особым способом восприятия мира [52, с. 144].

Универсальная сторона концептуальной картины мира проявляется в наличии общих понятий: времени, пространства, причины, следствия, части и целого. А социокультурных вариантах отношений к этим понятиям. Национальная концептуальная картина мира представляет собой общее, устойчивое, Национальная картина мира обнаруживается в единообразии поведения народа в стереотипных ситуациях, в общих представлениях народа о действительности, в пословицах, поговорках и афоризмах [24, с. 75 – 80].

Таким образом, концептуальная картина мира — это совокупность концептов и стереотипов сознания, которые задаются культурой.

Опосредованная (языковая и художественная) картина мира – это результат фиксации концептосферы вторичными знаковыми системами (различные типы текстов, живопись и т.д.), которые материализуют существующую в сознании непосредственную концептуальную картину мира. В этой связи можно отметить, что язык не создает какой-либо отдельной картины мира [66, с. 25 - 26].

Языковая картина мира — это совокупность зафиксированных в единицах языка представлений о действительности на определенном этапе развития народа.

В процессе познания в связи с активной ролью языка и в силу его специфических особенностей возникает языковая картина мира. Она в целом и в главном совпадает с логическим отражением действительности в сознании людей. Но при этом сохраняются периферийные участки в языковой картине мира, которые остаются за пределами логического отражения, и в качестве словесных образов вещей и лингвистических моделей отношения между ними варьируются от языка к языку в зависимости от специфических особенностей последних. Через вербальные образы и языковые модели происходит дополнительное видение мира; эти модели выступают как побочный источник познания, осмысления реальности и дополняют нашу общую картину знания, корректируют ее [26, с.

108—111]. Языковая картина мира не есть собственно языковая, она является отражением познавательной деятельности различных групп людей, обусловленной историческими, географическими, культурными и другими факторами в пределах единого объективного мира [66, с. 31].

Художественная картина мира подобна языковой, она возникает в сознании читателя при восприятии им художественного произведения. В художественной картине мира отражаются особенности национальной картины мира:

национальные символы, национально-специфические концепты. Художественная картина мира запечатлена в тексте, погруженном в культурное пространство эпохи, культурологический тезаурус адресата. В нем отражаются особенности авторской личности, его знания, лексикон, образ мира, конкретные цели и мотивы.

Художественный текст несет на себе, таким образом, печать культуры определенного этапа в истории общества; культуры определенного народа с его традициями, устоями, менталитетом; культуры неповторимой личности творца. Картина мира в художественном тексте создается языковыми средствами, при этом она отражает индивидуальную картину мира существующую в сознании автора. Таким образом, язык выступает средством создания вторичной, художественной картины мира, которая отражает картину мира создателя художественного произведения. В отличии от языковой картины мира художественная опосредована не только языком, но и индивидуально-авторской концептуальной картиной мира.

Важно отметить, что языковая картина мира не равна концептуальной, поскольку не все содержание концептосферы эксплицируется в языке и соответственно не все концепты имеют языковое выражение. Поэтому языковая картина мира способна передать только фрагменты когнитивной картины мира, поскольку в языке названо только то, что имеет (имело) для народа коммуникативную значимость, связанную с ценностью выражаемого ею концепта для культуры народа [60, с. 57 – 59; 125, с. 77].

Концептуальная картина мира существует в виде концептов, образующих концептосферу народа, языковая картина мира — в виде значений языковых знаков, образующих совокупное семантическое пространство языка.

Одна из особенностей вторичной, опосредованной картины мира заключается в том, что она не влияет на человека непосредственно в акте поведенческо-мыслительной деятельности. На непосредственное мышление и поведение человека в той или иной ситуации влияет концептуальная картина мира. «Членение мира» осуществляется в действительности не языком, а когнитивными классификаторами и принадлежит концептуальной картине мира.

Язык отражает, фиксирует когнитивное членение, осуществляемое концептосферой. Язык лишь сигнализирует о таком членении.

Концептуальная картина мира получает языковую репрезентацию через лексемы, словосочетания, фразеологические единицы, грамматические структуры, семантические поля, тексты.

Описание языковой картины мира позволяет получить существенные сведения о концептуальной картине мира. В этом случае языковые знаки выступают средством доступа к единой информационной базе человека (его концептосфере), являются методом выявления когнитивных структур. З.Д.

Попова, И.А. Стернин указывают следующие языковые элементы, участвующие в создании языковой картины мира: номинативные средства языка (лексемы, устойчивыми номинации, фразеологизмы), функциональные средства языка (коммуникативно релевантная лексика и фразеология), образные средства языка (национально-специфическая образность, метафорика, переносные значения), фоносемантика языка, дискурсивные средства языка (средства и стратегии текстопостроения, приемы построения текстов разных жанров).

Лексика как система средств, связанных с предметами и явлениями материального мира, с историей общества, система номинативных единиц, служит не только потребностям общества, но является своеобразной формой закрепления и передачи общественно-познавательного опыта от поколения к поколению. О.Н. Гронская утверждает, что «лексикон» является наиболее важным и наглядным компонентом языковой картины мира [48, с. 3], таким образом, закономерно, что лексический состав текстов исследуемых баллад служит основой для изучения их языковой картины мира. Признаком, конституирующим языковую картину мира лексическими средствами, являются различные парадигматические группировки слов, то есть семантические поля, которые представляются как совокупность содержательных единиц, покрывающая определенную область человеческого опыта. Лексическая система, прежде всего, обусловлена категориями материального мира и социальными факторами. В системе лексики перекрещиваются и сосуществуют различные лексико-грамматические классы, семантические и функциональные разряды слов.

экстралингвистическими (предметные сферы и объекты материального мира, источник происхождения слов, социальная и временная, географическая общность реалий, ими обозначаемых), так и чисто языковыми. Однако вместе с лексическим составом представляется необходимым исследование текстов с точки зрения текстообразующих принципов.

Л.И. Гришаева отмечает, что в вербализации концептуальной картины мира участвуют лексико-семантические, грамматические, формально-структурные, семантико-синтаксические, словообразовательные, текстограмматические обусловленности естественной коммуникации в тех или иных условиях [47, с. – 68; 58, с. 42; 105, с. 75]. Таким образом, этот процесс охватывают все уровни языка.

Описание языковой картины мира включает в себя:

описание «членения действительности», отраженного языком в языковых парадигмах (лексико-семантических и лексико-фразеологических описание национальной специфики значений языковых единиц;

выявление лакун в системе языка;

выявление эндемичных единиц.

Интерпретация результатов исследования языковой картины мира для описания первичной, когнитивной картины может выступать как инструмент изучения концептосферы народа. Однако необходимо учитывать, что в описании языковой картины нельзя приравнивать их друг к другу, поскольку языковая картина мира лишь фрагментарно позволяет судить о концептосфере.

Таким образом, концептуальная картина мира и языковая картина мира связаны между собой как первичное и вторичное, как ментальное явление и его вербальное выражение, как содержание сознания и средство доступа исследователя к этому содержанию.

В связи с разведением этих двух понятий в лингвистических исследованиях возникает вопрос о соотношении концептуальной и языковой картин мира, формируется три подхода к данной проблеме.

Согласно первому, идущему от Г.А. Брутяна, считается, что языковая картина мира шире концептуальной. Исследователь развивает мысль о том, что концептуальная картина мира совпадает с основной частью языковой картины мира. За пределами концептуальной картины мира, по мнению ученого, остаются периферийные участки, которые выступают как носители дополнительной информации о мире. При этом информация, входящая как в концептуальную, так и в языковую картину мира, является инвариантной, независимо от того, на каком языке она выражается, а информация, содержащаяся в периферийных участках языковой картины мира варьируется от языка к языку [26, с. 109–110].

Второй подход исходит из совпадения, идентичности языковой и концептуальной картин мира. Так, Г.В. Колшанский заменяет отношение «языкмышление» на «языкомышление – мир» и, следовательно, рассуждает о «языковомыслительной картине мира», а не языковой Тем не менее, далее автор признает, что языковая картина мира вторична по отношению к объективной картине мира», что означает зависимость языка от мышления [66, с. 37 – 40].

Представители третьего подхода считают, что концептуальная картина мира более масштабна, чем языковая. Эта точка зрения присутствует в работах многих лингвистов [107, с. 110; 105, с. 51; 134, с. 173 – 174]. Г.Г. Почепцов утверждает, что языковое представление мира «информационно неполно и / или неточно», и причину этого он видит в том, что «отражению подвергается не мир в целом, а его составляющие, которые представляются говорящему наиболее важными, наиболее релевантными, наиболее полно характеризующими мир» [107, с. 111 – 112].

В.Н. Телия пишет о том, что языковая картина мира — это информация, рассеянная по всему концептуальному каркасу и связанная с формированием самих понятий с помощью манипулирования в этом процессе языковыми значениями и их ассоциативными полями. Этот процесс обогащает языковыми формами и содержанием концептуальную систему, которой пользуются как знанием о мире носители языка. Языковая картина мира не имеет четких границ, поэтому ее место относительно концептуальной картины мира не может быть определено как периферия» [134, с. 177 – 180]. Обобщение этого подхода содержится в работе З.Д. Поповой и И.А. Стернина, отмечающих, что в языке «присутствует далеко не все содержание концептосферы, далеко не все концепты имеют языковое выражение и становятся предметом коммуникации» [105, с. 6].

В настоящий момент практически общепринятым является положение о несовпадении концептуальной и языковой картин мира, при этом подчеркивается глобальность, большая объемность концептуальной картины мира по сравнению с языковой. Языковой мир рассматривается как репрезентант концептуального мира, который, в свою очередь, репрезентирует реальный объективный мир.

Многие исследователи определяют языковую картину мира как «наивную»

(Ю.Д. Апресян, С.Г. Воркачев, Е.И. Зиновьева, В.А. Маслова, М.В. Пименова, Е.В. Урысон). Наивная картина мира трактуется как языковое отражение обиходных житейских представлений об определенном объекте или ситуации [146, с. 3]. В способе осмысления мира, присущего каждому естественному языку, «воплощается цельная коллективная философия, своя для каждого языка, она называется наивным, потому что образ мира, запечатленный в языке, во многих существенных деталях отличается от научной картины мира». «Наивная картина мира» как факт обыденного сознания воспроизводится пофрагментно в лексических единицах языка, однако сам язык непосредственно этот мир не отражает, он отражает лишь способ представления мира национальной языковой личностью [30, с. 50; 107, с. 111]. Так, наивная или языковая картина мира может не соответствовать научному знанию, но тем не менее, оставаться приемлемой для определенного общества в определенный исторический период. Несмотря на совпадение научной картины мира и наивной, последняя отнюдь не является примитивной, напротив, дает возможность связывать языковые значения с фактами действительности через отсылки к определенным деталям наивной картины мира, как она представлена в данном языке. В результате подобного изучения становится возможным выявление универсальных и национально своеобразных черт в семантике естественных языков, прояснение фундаментальных принципов формирования языковых значений [4, с. 629 – 630].

В.Б. Борщев отмечает, что язык структурирует мир, накладывает на него сетку понятий, в результате формируя наивную картину мира [22, с. 81 – 87]. Картина мира, воссоздаваемая по данным одной языковой семантики, схематична, поскольку ее фактура сплетается преимущественно из отличительных признаков, положенных в основу категоризации и номинации предметов, явлений и их свойств, и для адекватности языковая картина мира корректируется эмпирическими знаниями о действительности, общими для пользователей определенного естественного языка [32, с. 268 – 269] концептуальной картины мира в разных типах текстов и в разных национальных культурах. [38, с. 41]. Язык выступает как способ закрепления всей отражательной деятельности мышления, которая неразрывно связана с практической деятельностью человека. Язык отображает действительность знаковым способом [66, с. 25; 118, с. 6]. Согласно В. фон Гумбольдту, язык неотделим от человеческой культуры и представляет собой важнейший её компонент: «Язык тесно переплетен с духовным развитием человечества и сопутствует ему на каждой ступени его локального прогресса или регресса, отражая в себе каждую стадию культуры». В языке воплощается «дух народа».

Каждая языковая картина мира хранит модели строя своего языка.

Существование различных национальных вариантов картины мира обеспечивается благодаря их сохранению в текстах.

Универсальность картины мира проявляется в существовании ее базовых параметров: время, пространство, часть, целое, форма, содержание, бытие, небытие и так далее. Национально-культурная специфика языковой картины мира наблюдается в языковой структуре и семантике языковых средств, участвующих в языковой экспликации базовых параметров, которые соотносятся с универсальными понятийными категориями.

Национально-культурные семантические элементы формируются, складываются на границах определенной этнокультурной и национальноязыковой общности. Они объективируют особенности территории распространения общности людей, специфику ее экономической жизни, самобытность национальной психологии, своеобразие национальной культуры.

Национально-культурные семантические элементы и безэквивалентные слова, сформировавшиеся в определенной общности людей, могут стать межязыковыми и понятийно-эквивалентными благодаря международному общению и средствам массовой коммуникации.

Изучение языковой картины мира через художественный текст, в частности текст австралийской баллады, дает возможность понять способ восприятия действительности, присущий народу Австралии в определенный исторический период. Семантические, структурные, стилистические характеристики языка балладных текстов позволяют воссоздать художественную картину мира, которая является одним из средств реализации национально-культурной специфики картины мира определенного народа.

Итак, проблема изучения языковой картины мира тесно связана с проблемой концептуальной картины мира, которая отображает специфику человека и его бытия, взаимоотношения его с миром, условия его существования.

Языковая картина мира эксплицирует различные картины мира человека и отображает общую картину мира. Человеческая деятельность одновременно и универсальна, и национально-специфична, поэтому ее специфика определяет как национально-культурные особенности языковой картины мира, так и ее универсальность. Наивная картина мира обыденного сознания, в котором преобладает предметный способ восприятия, имеет интерпретирующий характер.

Язык, фиксируя коллективные стереотипные и эталонные представления, объективирует интерпретирующую деятельность человеческого сознания и делает ее доступной для изучения.

1.3. Национально-культурная специфика языковой картины мира Языковая картина мира национально-специфична, что обусловлено наличием соответствующего компонента в картинах мира, интеграция которых и обеспечивает национальную целостность и самосознание. Значения, в которых классифицируется наш опыт, культурно детерминированы, так что они существенно варьируются от культуры к культуре [75, с. 34 – 35]. Варьируются не только значения, но и состав лексики. Специфика этого варьирования составляет существенную часть специфики языковых картин мира. Каждый народ имеет свои особенности в социальном и трудовом опыте. Этот факт находит выражение в различиях лексической и грамматической номинации явлений и процессов, в сочетаемости тех или иных значений, в их этимологии, то есть в выборе первоначального признака при номинации и образование значения слова. В целом не язык навязывает то или иное восприятие действительности, напротив, действительность неодинаково отражается в различных языках в силу нетождественных условий материальной и общественной жизни людей [89, с.

118]. Национально-культурная специфика в языке фиксируется на различных уровнях и описывается в различных терминах: «безэквивалентная лексика» (Л. С.

Бархударов, Е. М. Верещагин, В. Г. Костомаров), «лингвострановедческие реалии» (М. Л. Вайсбурд), «лакуны» (Г. А. Антипов, И. Ю. Марковина, В. Л.

Муравьев, Ю. А. Сорокин, и Ю. С. Степанов), «лингвокультурема», (В. В.

Воробьев), «ключевые слова» (Г. Д, Томахин). Терминологический аппарат отражает многообразие подходов к изучению данной проблемы.

В ходе изучения средств вербализации национально-культурной специфики в тексте выделяется ряд лингвокультурологических проблем. Р. А. Будагов, Г. Д.

Гачев, Ю. С. Степанов, В. Л. Муравьев выделяют герменевтические трудности, возникающие в процессе восприятия текста представителем другой лингвокультурной общности. Г. А. Антипов, Ю. А. Сорокин, Е. М. Верещагин, В.

Г. Костомаров, Л. С. Бархударов рассматривают специфическую направленность культурно-специфичной лексики на экстралингвистические объекты, уникальные для данной лингвокультурной общности.

Восприятие окружающего мира отчасти зависит от особенностей носителей конкретного языка, обусловленных их национальной культурой, поэтому национально-культурная составляющая складывается под влиянием системы факторов, связанных с культурной традицией; с социальной ситуацией, средой обитания данного социума [77, с. 58]. Язык отображает исторический опыт каждого народа по освоению этого мира. Вместе с тем важно подчеркнуть, что само выделение в предметных средствах объективации знаний тех особенностей, которые имеют смыслоразличающую функцию детерминировано культурой, в рамках которой функционируют данные предметы [127, с. 7 – 10; 133, с. 11; 147, с. 130].

К одним из основных факторов относятся внешние условия жизни людей, которые по-разному отражены в языках. Человек даёт названия тем животным, местностям, растениям, которые ему известны, тому состоянию природы, которое он ощущает. Природные условия диктуют языковому сознанию человека особенности восприятия. [42, с. 431; 4, с. 351] Природа, в которой человек существует, изначально формирует в языке его мир ассоциативных представлений, которые в языке отражаются метафорическими переносами значений, сравнениями, коннотациями. Культура также входит в число факторов, оказывающих влияние на формирование национальной картины мира. Она предстает как результат материальной и духовной деятельности. Социально-исторические, эстетические, моральные и другие нормы и ценности, которые отличают разные поколения и социальные общности, воплощаются в различных концептуальных и языковых представлениях о мире. Любая особенность культурной сферы фиксируется в языке.

Языковые различия могут обуславливаться национальными обрядами, обычаями, ритуалами, фольклорно-мифологическими представлениями, символикой. Факторы внеязыкового быта проецируются на языковом развитии. Таким образом, нетождественности образцов социально значимых деятельностей, в рамках которых реальная действительность получает различное членение [80, с. 10 – 14;

147, с. 115]. То есть, проблема культурно-исторической специфики речевого мышления выходит за пределы языка, ибо эта специфика обусловлена общественной практикой [147, с. 119]. Представляется, что в различных социально-культурных условиях, то есть в контексте разной общественной практики, предметные смыслы, воплощающиеся во внешней предметной деятельности, а затем в субъективном мире сознания, будут несколько отличными, поскольку их содержание определяется не только миром реальных общественной практикой [118, с. 172 — 173]. Таким образом, национальнокультурный компонент определяет специфику семантики единиц естественного языка и отражающий языковую картину мира его носителей.

Способы осознания мира не идентичны для разных людей и разных народов.

Об этом говорят различия результатов познавательной деятельности, которые находят своё выражение в специфике языковых представлений и особенностях языкового сознания разных народов. В основе национальной языковой картины мира лежит «определенным образом структурированная совокупность знаний и представлений, которыми обладают все носители того или иного национальнокультурного менталитета, все говорящие на том или ином языке» [70, с. 192].

Восприятие определенной ситуации или объекта находится в прямой зависимости от субъекта восприятия, от его фоновых знаний, опыта, ожиданий, от того, где располагается он сам, что непосредственно находится в поле его зрения. Под фоновыми знаниями часто понимают совокупность экстралингвистических знаний, связанных с особенностями национальной культуры и менталитета, имеющуюся у каждого образованного носителя языка. Таким образом, одна и та же ситуация может быть описана с разных точек зрения, перспектив, что, несомненно, расширяет представления о ней. С другой стороны, несмотря на то, что процесс «конструирования мира» субъективен, он предполагает учёт самых различных объективных аспектов ситуации, реального положения дел в мире; следствием же этого процесса является создание «субъективного образа объективного мира».

Объективный мир различен для каждого этноса, в силу того что его восприятие действительности ограничено, сконцентрировано на его определенном фрагменте.

Этим объясняются значительные отличия в словесном покрытии внешнего мира разными этническими языками. При этом имеют место не только лексические лакуны и различия объемов значения отдельных слов-коррелятов, но и различия коннотаций, закрепившихся за обозначениями одних и тех же объектов окружающей среды в разных языках.

Национально-специфические черты, присущие языковой картине мира, получают выражение на всех уровнях: морфологическом, синтаксическом, фонетическом.

Наиболее ярко национально-культурная специфика представлена лексической системой. В каждом национальном языке функционирует упорядоченная система лексических единиц, отражающих предметы и явления окружающей действительности. С помощью присущих ему языковых средств фиксируются особенности восприятия материального мира, являющегося средой жизни и деятельности того или иного народа. В этом отношении семантика каждой языковой единицы носит национально-своеобразный характер.

«Общественно-исторический опыт народа и его национальная специфика, прежде всего, воплощены в операциях, а также в «наборах» операций, предназначенных у разных народов для выполнения идентичных деятельностей... Наличие не совпадающего в разных языках содержания у слов, соотносимого с тождественными реалиями, определяется национальной спецификой деятельности и возникающими на ее основе социальными отношениями» [118, с.

17 – 24; 173, с. 478] Единицы лексической системы обладают национально-культурным компонентом на уровне денотативного значения (в структуре интенсионала значения слова), или на уровне импликационала лексического значения, реализуемого в контексте. Лексема может не обладать признаком национальнокультурной специфики на уровне дефиниции, однако, его семантический прототип может не совпадать с семантическим прототипом другого языка, в связи с историческими условиями и т.д., следовательно, она также обладает национально-культурной спецификой, но на более глубоком семантическом уровне [24, с. 27 – 35]. Лексемы, значения которых составляют содержание национального языкового сознания и формируют «наивную картину мира»

носителей языка и включаются в число концептов, в совокупности образующих концептосферу языка, в которой концентрируется культура, нации. При этом определяющим критерием является способ копцептуализации мира в лексической семантике. С помощью концептуальной модели выделяются базовые компоненты семантики концепта и выявляются устойчивые связи между ними [32, с. 274 – 275;]. В число подобных концептов попадает любая лексическая единица, в значении которой просматривается способ семантического представления. С другой стороны, Т.В. Клоков отмечает, что любая единица языка может быть признана знаком, содержащим национально-культурный компонент, но наиболее ярко последний проявляется в тех единицах, которые непосредственно отражают внеязыковую действительность и имеют образно-символическую основу [65, с. 9].

Специфичность лексики обусловлена различиями объективных реальностей мира, данного конкретному этносу в непосредственных ощущениях или по терминологии Б. Рассела, сенсибилиях. С другой стороны, специфичность лексики выражается с помощью особенностей самого коллективного сознания, которые проявляются в неодинаковости логических операций над одними и теми же реалиями внешнего мира, неодинаковости механизмов логико-понятийного, а также эмоционально-оценочного и других компонентов сознания.

особенностями национального склада мышления, а также объективными различиями природной среды и материальной культуры. Корнилов О.А. выделяет две группы слов, порожденных реалиями того фрагмента пространственно временного континуума, в котором сформировалось сознание данного этноса.

Среда обитания, отраженная в сенсибилиях, подразделяется на природу (специфические реалии бытования народа: обозначение специфических концептов, отсутствующих в других Я и обозначение неспецифических концептов с разными прототипами) и материальную культуру народа (лексика служит для выражения национального характера, ментальности, факты языка представлены нкультурно-маркированной лексикой, обозначающей абстрактные понятия).

Подобную идею высказывает Б. Рассел. Он пишет, что уникальность вербального отражения мира предопределяется как особенностями национального склада мышления, так и объективными различиями природной среды и материальной культуры. Эти две составляющие («сенсибилии» по терминологии Б. Рассела) даны каждому представителю этноса в непосредственных ощущениях.

Национально-специфические сенсибилии порождают национальноспецифические концепты, которые, имея в языке лексические соответствия, образуют в лексической системе этнического языка пласты национальноспецифической лексики. Такая лексика неоднородна по своему качеству, по характеру детерминированности внешними факторами. О.А. Корнилов предлагает различать три отличные друг от друга группы слов, порожденных реалиями определенного фрагмента пространственно временного континуума, в котором сформировалось языковое сознание этноса:

обозначения специфических концептов, отсутствующих в других обозначения неспецифических концептов с разными прототипами национально-специфическая лексика, обозначающая абстрактные непосредственно экстралингвистическими факторами. Национальная специфика семантики единиц третьей группы, имеющих абстрактное значение, по замечанию О.А. Корнилова, может быть объяснена конкретными факторами материальной среды бытования этноса, которые формируют национальную ментальность.

Национальное сознание, сформированное под воздействием этих факторов, т.е.

доминант среды бытования, порождает абстрактную лексику.

З.Д. Попова, И.А. Стернин так же отмечают, что национальная специфика картины мира народа проявляется в двух основных аспектах: национальные различия в содержании близких концептов, не полностью совпадающих по своему содержанию у разных народов, и наличие несовпадающих концептов в сопоставить с какими-либо иноязычными понятиями, безэквивалентны. В случае Неполноэквивалентные слова – это относительная категория. Подобные слова отличаются от соответствующих иноязычных слов, потому что отражают специфику национальной культуры, являются хранителями национальнокультурной семантики. Однако согласно точке зрения ученых, наиболее ярко национально-культурная специфика языковой картины мира проявляется в наличии безыквивалентных (эндемичных) языковых единиц. Эта особенность служит причиной образования лакун.

Выделяют несколько типов лакун: предметные и абстрактные, родовые и видовые, мотивированные и немотивированные, номинативные и стилистические и т.д.

Так, лексические лакуны могут отражать как отсутствие в когнитивном сознании народа, в его концептосфере того или иного концепта (мотивированные лакуны), так и более сложные отношения концепта и лексемы (в случае с соответствующий концепт, явление может быть неконцептуализировано, а может отсутствовать лексическое обозначение для концепта, концепт в силу коммуникативных причин может не иметь односложного наименования.

Безэквивалентные единицы всегда свидетельствуют о наличии в когнитивном сознании народа соответствующего концепта.

А. Вежбицкая выделяет наиболее существенные принципы определения «разработанности», принцип «частотности» и принцип ключевых слов. В словарном составе языка выделяется несколько слоев лексики, наиболее ярко выражающей национально-культурную специфику. Это реалии, отражающие особенности природно-географической среды, культуры, общественнополитической жизни, быта, нравов, обычаев, традиций, фольклора, культурноисторических ассоциаций и др. [30, с. 147]. Национально-культурная специфика отличается от национально-культурной коннотации. Национально-культурная специфика является частью семантической структуры каждой лексической единицы языка. Национально-культурная коннотация уже понятия национальнокультурной специфики, так как коннотация определяется как дополнительное значение, связанное с условиями и участниками коммуникативного акта.

Национально-культурная специфика имеет свои средства выражения в объективирующие культурно-специфические концепты и преобладание определенных грамматических структур. На лексическом уровне национальнокультурная специфика вербализуется с помощью этноконнотированных ключевых слов, имен собственных с национально-культурной символикой, этноэйдем, то есть сквозных образов национальных картин мира и традиций различных этнических общностей, отраженных в языковом материале [162, с. 44], слов, обозначающих специфические элементы внутренней культуры. На уровне сюжетных особенностей – повторяющиеся сюжетные ходы. Элементы структуры текста – эпиграф, заголовок, интертекстульные и интермедиальные включения часто являются средством передачи национально-культурной информации.

собственных. Изучение культурно-информативного потенциала лексики является ключом к пониманию национальной специфики мировосприятия. Огромную роль играют ключевые предложения, выражающие в сентенциональной форме основные содержательные аспекты произведения, они являются квинтэссенцией национальной ментальности (например, сила духа, терпеливость) [24, с. 156].

Топонимы, представляющие в системе языка культурно-специфические концепты, актуализируют идею духа страны. Национальная специфика цветообозначений и звукоподражаний является одной из самых наглядных лексикализованных сенсибилий. Художественный текст имеет национальнокультурную окраску как целое, включая язык, образную систему и сюжетные особенности. Национально-культурный компонент находит выражение в пафосе всего произведения – в макрообразе, в рамках которого развиваются все сюжетные линии баллад данной группы. Сигналы национально-культурной отнесенности текста выявляются при анализе лексико-семантического уровня текста, уровня текстовой структуры, композиции, а также уровня образности и концепта художественных произведений. Культурно значимые понятия акцентируются в текстах через ключевые слова, имеющих высокую частотность.

Согласно исследованиям Ю.С. Гумен культурно-специфическая лексика выполняет в тексте определенный набор функций, среди которых отмечается:

локализующая функция, реализация которой в тексте, прежде всего, обеспечивает указание на национально-культурную и пространственно-временную принадлежность обозначаемого объекта. Интертекстуальная функция реализуется с помощью интертекстуального диалога, т.е. выражения культурноспецифической лексикой литературных аллюзий. Эмотивная функция культурноспецифической лексики актуализирует в тексте комплекс эмоций, связанных в сознании модальной личности с обозначаемой культурно-специфической лексемой экстралингвистической реалией. При этом реализация лексемой в тексте эмотивной функции может быть единственным признаком причисления единицы к культурно-специфической лексике в том случае, если обозначаемый объект универсален, а вызываемые эмоции и ассоциации культурно-специфичны.

Культурно-специфическая лексика участвует в формировании содержательных текстовых категорий, образных средств (метафоры, метонимии, метафорических сравнений) – так реализуется стилистическая функция. Текстоструктурирующая функция характеризует культурно-специфическую лексику как элемент формальной (внешней) структуры баллады. [51, с. 6 – 8].

представляется возможными определить лексические единицы, передающие специфику национальной культуры Австралии.

1.4. Жанровая принадлежность текста Проблема дифференциации литературных произведений исследуется на протяжении долгого времени, начиная с античных времен до современности. На каждом этапе литературного процесса возникают новые решения и приоритеты, вносятся уточнения и поправки, тем не менее, разделение всего словесного искусства на три рода (эпос, лирику и драму), установленное Аристотелем остается неизменным. Эти основные формы литературных произведений детерминируют способы отражения объективной действительности и определяют ключевые формальные и структурные параметры произведения. Каждый литературный род предполагает определенный ракурс видения действительности. В основе эпоса лежит художественно освоенное событие, в основе лирики находится настроение, душевное переживание, драма объединяет два предшествующих рода, она основана на действии [44, с. 252 – 253]. Лиро-эпические произведения занимают промежуточное положение, объединяя черты как лирики так и эпоса, причем соединение может основываться на количественном и качественном принципе. В первом случае некоторые эпизоды являются полностью эпическими, другие – лирическими. В произведениях, основанных на качественном сочетании лирических и эпических начал, принадлежность к лирике проявляется раскрытии бытийной характеристики героев, а также, принадлежность к эпосу раскрывается благодаря краткому описанию поступков героев [106, с. 60]. Необходимо отметить, что принадлежность произведения к определенному роду не зависит от его формы, несмотря на то, что лирика чаще представлена в стихотворной форме, а эпос – в прозаической.

Жанр – это категория со своим настоящим и прошлым, семантикой и местом в культуре, со своим набором текстов [114, с. 166]. Появление того или иного жанра возможно только на определенном этапе развития литературы, поэтому исторический период, который диктует определенное мироощущение, определенные социально-культурные условия, рассматривается как жанрообразующий фактор. Жанр – это категория социально-историческая и культурно детерминированная, так как в зависимости от развития общества, от постоянно меняющихся социальных заказов отмирают одни жанры, появляются новые, возникают межжанровые образования [38, с. 28 – 35]. Так, каждое художественное произведение является носителем эстетической концепции реальности.

В каждом роде литературы сообразно существующей классификации принято выделять виды (эпопею, роман, новеллу, трагедию, комедию, элегию, оду и так далее), однако, для обозначения перечисленных видов наиболее употребительным является термин «жанр», который трактуется как группа литературных произведений, обладающих общей внешней и внутренней формой.

специфические художественные пути и способы преобразования и осмысления действительности. Жанр задает не только объем текста, но способ его организации, то есть определенную модель отображения действительности в художественном тексте. Жанровая обусловленность присуща любому художественному тексту, жанр служит так называемой рамкой, на основе которой создается литературное произведение [111, с. 12 – 16]. Консервативность жанров М.М. Бахтин связывает с устойчивостью эстетических представлений, которую определяют как жанровую память. В связи с этим необходимо упомянуть понятие горизонт ожидания, которое характеризует отношения автора и читателя. Каждый жанр задает у читателя определенный набор ассоциаций, совокупность эстетических, социально-политических, психологических и прочих представлений о мире, определяющих отношение читателя к произведению, его восприятие произведения [16, с. 412; 174, с. 97 – 106]. С помощью жанра автор направляет восприятие текста, используя набор эстетических приемов, доступных читателю.

Понимание замысла автора и адекватное восприятие текста невозможно без анализа жанровых признаков, правил и установок.

Литературе свойственна постоянная группировка приемов, сочетание этих приемы формируют системы, применяемые в разных произведениях. Так, образуются особые классы или жанры произведений, характеризуемые тем, что в приемах каждого жанра наблюдается специфическая для данного жанра группировка приемов вокруг этих ощутимых приемов, или признаков жанра. Эти «специфическими группировки приемов» сочетаются друг с другом, обладают устойчивостью и зависят от обстановки возникновения, назначения и условий восприятия произведений, от подражания старым произведениям и возникающей отсюда литературной традиции [140, с. 136], поэтому жанр не должен быть трактован, как механически составленный на основе сравнения произведений набор признаков. Напротив жанр представляется как исторически и конкретно складывающаяся целостная форма бытия литературных произведений. Таким образом, жанр — это исторически сложившийся тип художественного произведения, обладающий специфичным набором структурных и содержательных свойств.

Признаки жанра, организующие композицию произведения, являются приемами, подчиняющими себе все остальные приемы, необходимые в создании художественного целого. Совокупность доминант является определяющим моментом в образовании жанра.

По утверждению В.М. Жирмунского, индивидуальные признаки великого произведения превращаются в признаки жанровые. Следовательно, жанры надындивидуальны. [57, с. 89]. Специфичные принципы художественного воплощения организуются в набор обязательных составляющих жанра, влияющие на содержательные и структурные особенности произведения. Сходные композиционно-языковые параметры позволяют рассматривать жанр как парадигму текстов и отдельный текст этого жанра как ее составляющую [74, с. 4].

Единая классификация представляется невозможной, поскольку в каждой художественной культуре жанры специфичны, а также жанры имеют разный исторический объем. Одни бытуют на протяжении всей истории словесного искусства; другие соотнесены с определенными эпохами, то есть жанры являются либо универсальными, либо исторически локальными [152, с. 320; 140, с. 133 – 137]. Жанровая форма неразрывно связана с тематикой произведений и чертами миросозерцания их авторов. В жанрах на протяжении веков их жизни накопляются формы видения и осмысления определенных сторон мира. Жанр составляет значимую конструкцию, посредством которой автор осмысливает и преобразует действительность. Каждый жанр представляет собой сложную систему средств и способов «понимающего овладевания» действительностью.

Подчеркивая то, что жанровые свойства произведений составляют нерасторжимое единство, М.М. Бахтин вместе с тем разграничивает формальный и собственно содержательный аспекты жанра [16, с. 163 – 165].

Г.Н. Поспелов разграничил жанровые формы «внешние» («замкнутое композиционно-стилистическое целое») и «внутренние» («специфически жанровое содержание» как принцип «образного мышления» и «познавательной трактовки характеров»). Рассмотрев внешние (композиционно-стилистические) жанровые формы как содержательно нейтральные, исследователь сосредоточился на внутренней стороне жанров. Он выделил и охарактеризовал три надэпохальные жанровые группы, положив в основу их разграничения социологический принцип: тип соотношений между художественно постигаемым человеком и обществом, социальной средой в широком смысле. Произведения национально-исторического жанрового содержания познают жизнь в аспекте становления национальных обществ, произведения романические осмысляют становление отдельных характеров в частных отношениях, произведения «бытового» жанрового содержания раскрывают состояние национального общества или какой-то его части» [106, с. 59].

Рассматривая понятие жанр как генетически определяющего обособления литературных произведений, объединяемых некоторой общностью системы приемов с доминирующими объединяющими приемами-признаками, можно сделать вывод, что не существует логической и твердой классификации жанров.

Их разграничение всегда исторично, то есть справедливо только для определенного исторического момента; кроме того, их разграничение происходит сразу по многим признакам, причем признаки одного жанра могут быть совершенно иной природы, чем признаки другого жанра, и логически не исключать друг друга, и лишь в силу естественной связанности приемов композиции культивироваться в различных жанрах. Также важно отметить, что классификация жанров сложна. Произведения распадаются на обширные классы, которые, в свою очередь, дифференцируются на виды и разновидности [172, с. 6 – 8; 140, с. 139].

Принадлежность к определенному стилю и жанровая оформленность – это существенный параметр любого текста, система координат, в рамках которой существует текст.

Помимо форм общенародного языка человек владеет обязательными для него формами высказывания, которые определяются М. М. Бахтиным как речевые жанры. Речь строится в соответствие с определенными жанровыми формами. Эти речевые жанры входят в человеческое сознание вместе с языком. Научиться говорить значит научиться строить высказывания. Мы говорим отдельными высказываниями, а не отдельными словами и предложениями [16, с. 179 – 182].

Так, жанр – это отстоявшаяся типологически устойчивая форма целого высказывания, устойчивый тип построения целого, кодифицированная форма действия.

Структуру жанра определяют следующие элементы: 1) отправитель;

2)получатель; 3)отношения между ними; 4)функции текста; 5)тема; 6)предмет речи; 7)текстовый материал; 8)представление и выражение; 9)код.

Богатство и разнообразие речевых жанров необозримо, потому что неисчерпаемы возможности разнообразной человеческой деятельности.

А. Вежбицкая утверждает, что каждый жанр моделируется при помощи последовательности простых предложений, выражающих мотивы, интенции и другие ментальные акты говорящего, определяющие данный тип высказывания.

Элементарность семантических единиц, применяемых в модели, и их повторяемость (в разных сочетаниях) обеспечивает легкое сравнение разных жанров и наглядно показывает связывающие их структурные отношения.

Использование фрагмента естественного языка как языка семантического описания обеспечивает интуитивную доступность и верифицируемость предлагаемых формул.

Жанр важен для понимания текста. Жанр, в отвлечении принадлежащих ему текстов, выражает концепцию мира, переносит ее в тексты, где она получает частичные воплощения. В данном случае жанр выступает как специфический тип коммуникации, тип культурной соотнесенности между человеком и миром. [38, с.

21 – 26] Жанровая принадлежность текста также диктует выбор художественных изобразительных средств и задает определенные культурно-исторические границы.

репрезентации языковой картины мира в тексте. Каждый жанр может быть трактован как фактор, оказывающий влияние на формирование национальной культуры, поскольку жанровая организация обуславливает способы языковой репрезентации картины мира в тексте.

1. 5. Жанровые доминанты текста баллады Баллада (от итал. balata (от позднелатинского ballare — «танцевать») — это жанр лирической поэзии, объединяющий произведения с повествовательным компонентом.

Изначально балладой называлась песня, рассказывающая историю и являющаяся музыкальным аккомпанементом к танцу. Ранние формы баллады предположительно возникли в Италии как танцевальные песни, которые исполнялись с рефреном. В ходе распространения рыцарской культуры, балладная традиция попала через Северную Францию в Германию, Англию, Шотландию и Скандинавию. Тем не менее, уже на раннем этапе развития (13 век) из танцевальной песни баллада превратилась в литературный жанр, имеющий определенную метрическую форму и чисто лирическое содержание.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 
Похожие работы:

«НЕХАЕВА Ольга Георгиевна ЯЗЫКОВЫЕ ЗНАКИ ПЕРВИЧНОЙ И ВТОРИЧНОЙ ИКОНИЧНОСТИ В ПРОЦЕССЕ ИХ СЕМАНТИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ Специальность 10.02.19 – теория языка Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель : доктор филологических наук, профессор А. П. Бабушкин Воронеж ОГЛАВЛЕНИЕ...»

«Шнырик Елена Александровна РОЛЬ СЛУЖЕБНЫХ ЛЕКСИКАЛИЗОВАННЫХ СЛОВОФОРМ В ОРГАНИЗАЦИИ ТЕКСТА ( НА ПРИМЕРЕ СЛОВ-ГИБРИДОВ В РЕЗУЛЬТАТЕ, В ИТОГЕ) Диссертация на соискание учёной степени кандидата филологических наук Специальность 10.02.01 – русский язык Научный руководитель – кандидат филологических наук, доцент Г. Н. Сергеева Владивосток - СОДЕРЖАНИЕ...»

«РЯБЫХ Екатерина Борисовна МЕТАФОРИЗАЦИЯ КОНЦЕПТОВ ПРИРОДНЫХ ЯВЛЕНИЙ В ПОЭТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ (на материале русского и немецкого языков) Специальность 10.02.19 – теория языка ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель – доктор филологических наук, профессор Т.А. Фесенко Тамбов - 2 СОДЕРЖАНИЕ Стр. Введение.. ГЛАВА I. Онтология метафор и актуальные проблемы их...»

«из ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Беликова, Ирина Александровна 1. Особенности образования терминов-неологизмов в подъязыке компьютерной текники 1.1. Российская государственная библиотека diss.rsl.ru 2005 Беликова, Ирина Александровна ОсоБенности образования терминов-неологизмов в подъязыке компьютерной текники [Электронный ресурс] Дис.. канд. филол. наук : 10.02.04.-М. РГБ, 2005 (Из фондов Российской Государственной Библиотеки) Германские языки Полный текст:...»

«Мохаммад Мохаммадиан суте ПРЕДЛОЖНО-ПАДЕЖНЫЕ КОНСТРУКЦИИ С ПРЕДЛОГОМ ОТ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ: СТРУКТУРНОСЕМАНТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ Специальность 10.02.01 – русский язык Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный...»

«СТАДУЛЬСКАЯ НАТАЛЬЯ АЛЕКСАНДРОВНА ТОВАРНЫЕ ЗНАКИ В ЯЗЫКЕ И ВНЕЯЗЫКОВОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ И США Специальность 10.02.04 – германские языки Диссертация на соискание ученой степени доктора филологических наук Научный консультант – доктор филологических наук профессор В.Г. Локтионова Пятигорск – СОДЕРЖАНИЕ...»

«БРИГИНЕВИЧ ВАЛЕНТИНА ЕВГЕНЬЕВНА АНГЛОЯЗЫЧНАЯ ТЕРМИНОЛОГИЯ АЛЬПИНИЗМА (СТРУКТУРНЫЙ И КОГНИТИВНО-ДИСКУРСИВНЫЙ ПОДХОДЫ) Специальность 10.02.04 – германские языки Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель – кандидат филологических наук, доцент З.А. Заврумов Пятигорск –  ...»

«Захро Ахмади Калатехахмад Асадоллах Семантический и структурный анализ лексики языка Захираи Хоразмшохи Исмаила Джурджани (на материале третьей книги) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата филологических наук 10.02.22 – языки народов зарубежных стран Европы, Азии, Африки, аборигенов Америки и Австралии (таджикский язык) Научный руководитель : доцент Хаитова Ш. И. Душанбе – 2014 2 ВВЕДЕНИЕ... ГЛАВА ПЕРВАЯ. СЕМАНТИКА И ТЕОРИИ...»

«Назарова Нигина Саидумаровна СТРУКТУРНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ТЕРМИНОВ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА В АНГЛИЙСКОМ И ТАДЖИКСКОМ ЯЗЫКАХ Специальность: 10.02.20 – Сравнительно – историческое, типологическое и сопоставительное языкознание Диссертация на соискание учёной степени кандидата филологических наук ДУШАНБЕ – 2014 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ..4 ГЛАВА I. СТРУКТУРНЫЙ АНАЛИЗ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЙ ТЕРМИНОЛОГИИ ТАДЖИКСКОГО ЯЗЫКА. 1.1 Общая...»

«ИЗ ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Коппард, Маргарита Ринатовна Лингвокультурологическое исследование афро­американского варианта английского языка Москва Российская государственная библиотека diss.rsl.ru 2006 Коппард, Маргарита Ринатовна Лингвокультурологическое исследование афро­американского варианта английского языка : [Электронный ресурс] : На материале романа Тони Моррисон Возлюбленная : Дис. . канд. филол. наук  : 10.02.04. ­ Уфа: РГБ, 2006 (Из фондов Российской...»

«Прокопьева Анастасия Александровна Сопоставительное исследование метафорических моделей в русскоязычных и англоязычных романах В.В. Набокова 10.02.20 – сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель : Заслуженный деятель науки...»

«Бушаков Валерий Анатольевич УДК 413.11 ТЮРКСКАЯ ЭТНООЙКОНИМИЯ КРЫМА Специальность 10.02.06 – тюркские языки Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель – д-р филол. наук, проф., чл.-корр. АН СССР Э.Р. ТЕНИШЕВ Москва – 1991 2 ОГЛАВЛЕНИЕ Введение 1. Формирование тюркской этноойконимии Крыма 1.1. Очерк этнолингвистической истории Крыма 1.2. Материалы и методы исследования крымской...»

«Кабаченко Екатерина Геннадьевна Метафорическое моделирование базисных концептов педагогического дискурса 10.02.01 – русский язык Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель : Заслуженный деятель науки РФ, доктор филологических наук, профессор А. П. Чудинов Екатеринбург – 2007 СОДЕРЖАНИЕ Введение.....»

«Чудакова Наиля Муллахметовна Концептуальная область Неживая природа как источник метафорической экспансии в дискурсе российских средств массовой информации (2000 – 2004 гг.) 10. 02. 01 – русский язык Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель : Заслуженный деятель науки РФ, доктор филологических наук, профессор А. П. Чудинов Екатеринбург – 2005 2 Содержание Введение...»

«ШАТАЛОВ Дмитрий Геннадиевич МЕТАФОРИЧЕСКОЕ ОСМЫСЛЕНИЕ ПЕРЕВОДА Специальность: 10.02.19 – теория языка Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель – доктор филологических наук, профессор В. Б. Кашкин Воронеж – 2014 2 Оглавление Введение Глава 1. Обзор теорий метафоры и исследований метафор о переводе. 1.1 Теория концептуальной метафоры в свете других теорий метафоры. 1.1.1 Теория...»

«ФИЛИНСКИЙ Алексей Анатольевич КРИТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПОЛИТИЧЕСКОГО ДИСКУРСА ПРЕДВЫБОРНЫХ КАМПАНИЙ 1999-2000 гг. 10.02.19 – теория языка ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель : доктор филологических наук, профессор М.Л. Макаров Тверь 2002 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1 ХАРАКТЕРИСТИКИ ПОЛИТИЧЕСКОГО ДИСКУРСА 1.1. Коммуникативно-языковые особенности политического дискурса. 1.1.1. Дискурс как...»

«Бережанская Ирина Юрьевна Консубстанциональные термины в лингвистической терминологии английского и русского языков (сравнительный анализ) Специальность: 10.02.20 – сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель : старший научный...»

«СУХОТЕРИНА ТАТЬЯНА ПАВЛОВНА ПОЗДРАВЛЕНИЕ КАК ГИПЕРЖАНР ЕСТЕСТВЕННОЙ ПИСЬМЕННОЙ РУССКОЙ РЕЧИ Специальность 10.02.01 – русский язык Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель – доктор филологических наук, профессор Н.Б. Лебедева Барнаул – СОДЕРЖАНИЕ Введение...»

«ОСЬМАК Наталья Андреевна ЛЕКСИЧЕСКИЕ ЕДИНИЦЫ ПОВСЕДНЕВНОЙ РАЗГОВОРНОЙ РЕЧИ: ПУТИ ЛЕКСИКОГРАФИЧЕСКОГО ОПИСАНИЯ ИХ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ Специальность 10.02.01 – русский язык ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата филологических наук Санкт-Петербург 2014 ОГЛАВЛЕНИЕ ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1 РУССКАЯ РАЗГОВОРНАЯ РЕЧЬ КАК ОБЪЕКТ ЛЕКСИКОГРАФИЧЕСКОГО ОПИСАНИЯ: ИСТОРИЯ, ИСТОЧНИКИ...»

«ИКОННИКОВА Валентина Александровна ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ КУЛЬТУРНОГО КОМПОНЕНТА В АНГЛОЯЗЫЧНОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ ТЕРМИНОЛОГИИ (на материале терминосистем Англии, Шотландии и США) специальность 10.02.04 – германские языки ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора филологических наук Научный консультант : доктор...»






 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.