WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |

«РЕМЕСЛЕННЫЕ ПРОИЗВОДСТВА НАСЕЛЕНИЯ ГОРНОГО АЛТАЯ ГУННО-САРМАТСКОГО ВРЕМЕНИ ...»

-- [ Страница 1 ] --

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ

ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ГОРНО-АЛТАЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

На правах рукописи

Константинова Евгения Александровна

РЕМЕСЛЕННЫЕ ПРОИЗВОДСТВА НАСЕЛЕНИЯ

ГОРНОГО АЛТАЯ ГУННО-САРМАТСКОГО ВРЕМЕНИ

Специальность 07.00.06 – археология Диссертация на соискание учёной степени кандидата исторических наук

Научный руководитель:

кандидат исторических наук, доцент В.И. Соенов Горно-Алтайск –

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Глава I. История изучения древних и раннесредневековых производств населения Горного Алтая

1.1. Деревообработка

1.2. Косторезное дело

1.3. Металлообработка и ювелирное дело

1.4. Обработка камня

1.5. Текстильное производство

1.6. Кожевенное производство

1.7. Керамическое производство

Глава II. Источники по ремесленным занятиям в памятниках Горного Алтая II в. до н.э. – V в. н.э.

2.1. Деревообработка

2.2. Косторезное дело

2.3. Металлообработка и ювелирное дело

2.4. Обработка камня

2.5. Текстильное производство

2.6. Кожевенное производство

2.7. Керамическое производство

Глава III. Технологические аспекты ремесла, условия формирования и развития ремесленных производств в гунно-сарматское время……………...……………………………………. 3.1. Технологии ремесла

3.1.1. Деревообработка

3.1.2. Косторезное дело

3.1.3. Металлообработка и ювелирное дело

3.1.4. Стекловарение

3.1.5. Обработка камня

3.1.6. Текстильное производство

3.1.7. Кожевенное производство

3.1.8. Керамическое производство




3.2. Формирование и развитие ремесленных производств на Алтае в гунно-сарматское время

Заключение

Список использованных источников и литературы

Список сокращений

Приложения

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Ремеслом или ремесленным производством принято называть мелкое ручное производство промышленных изделий, господствовавшее до появления крупной машинной индустрии, а затем частично сохранившееся наряду с нею. Обычно выделяют домашнее ремесло, ремесло на заказ и ремесло на рынок [Ремесло. БСЭ]. Ремесло является одним из важнейших хозяйственных занятий, так как производимая этим хозяйственным направлением продукция обеспечивала все сферы жизни древнего общества.

Уровень развития ремесла является одним из важных показателей уровня социально-экономического развития древних и средневековых обществ.

Реконструкция ремесленного производства может быть использована в качестве критерия для оценки общего исторического фона населения региона.

Говоря об актуальности темы исследования, следует учитывать специфику источников по ремесленной деятельности населения Горного Алтая – это в основном археологические источники. На сегодняшний день ремесленные производства Горного Алтая остаются недостаточно изученной темой, хотя уже существуют работы по изучению отдельных ремёсел, например: деревообработки, косторезного дела, металлообработки [Мыльников В.П., 1999; 2008б; Бородовский А.П., 1997а; 2007б; Зиняков Н.М., 1988; 1997; и др.]. Но эти исследования лишь частично затрагивают хронологический период со II в. до н.э. до V в. н.э.

Накопленные источники по культуре населения Алтая гунносарматского времени требуют дальнейшего осмысления. Уже накоплен опыт решения вопросов, касающихся хронологии, социальной структуры и некоторых других аспектов культурного развития этого периода, но хозяйственные занятия населения освещены незначительно. Также настоящее исследование делает актуальным привлечение неопубликованных и неизвестных ранее широкому кругу исследователей археологических материалов гунносарматского времени.

Объект исследования – системы жизнеобеспечения населения Горного Алтая во II в. до н.э. – V в. н.э.

Предметом является социально-экономическое развитие населения Горного Алтая гунно-сарматского времени.

Цель исследования заключается в реконструкции особенностей ремесленной деятельности населения Горного Алтая II в. до н.э. – V в. н.э.

Для достижения указанной цели был поставлен ряд задач:

1. Рассмотреть историю изучения ремесленных производств древнего и средневекового населения Горного Алтая.

2. Выделить источники по ремесленным производствам в материалах памятников гунно-сарматского времени.

3. На основании собранных источников охарактеризовать составные компоненты и этапы каждого ремесленного производства.

4. Рассмотреть предпосылки и условия развития ремесла населения Горного Алтая II в. до н.э. – V в. н.э.

5. Определить уровень, роль и место ремесла в жизни населения Горного Алтая гунно-сарматского времени.





Территориальные рамки исследования охватывают Горный или Российский Алтай, в административном плане это территория субъекта Российской Федерации – Республики Алтай. Горный Алтай является частью Алтайской горной системы, включающей шесть физико-географических провинций в границах современной Республики Алтай: Юго-Восточная, ВосточноАлтайская, Центрально-Алтайская, Северо-Восточная, Северо-Алтайская, Северо-Западная провинции [Маринин А.М., Самойлова Г.С., 1987, с. 89Южной границей служат горные хребты Сайлюгем и Тавын-Богдо-Ола;

восточной границей является хребет Чихачева и Шапшальский хребет; на севере предгорья Алтая выходят к Кузнецкому Алатау; на северо-западе горные долины выходят в Предалтайскою равнину и Верхнеобское плато; на западе территория Горного Алтая ограничивается хребтами Холзун и Листвяга.

Хронологические рамки исследования определяются гунно-сарматским временем в истории Горного Алтая. А именно существованием на территории Алтая булан-кобинской культуры (II в. до н.э. – V в. н.э.). В развитии этой культуры выделены три этапа: усть-эдиганский (II в. до н.э. – I в. н.э.), белобомский (II – 1-я пол. IV вв. н.э.), верх-уймонский (2-я пол. IV – 1-я пол. V вв.

н.э.) [Тишкин А.А., Горбунов В.В., 2006, с. 31]. Исследователями выделяется особый кок-пашский тип памятников, локализованный на Восточном Алтае, также относимый к булан-кобинской культуре [Бобров В.В., Васютин А.С., Васютин С.А, 2003]. В этот период на территории Северного Алтая проживают носители майминской культуры, хронологически относимой ко II в до н.э.

– V в. н.э. [Абдулганеев М.Т., 1998]. На территории Центрального и Южного Алтая известны следы присутствия носителей хуннских традиций, относимые к раннему периоду гунно-сарматского времени (II в. до н.э.) [Кубарев В.Д., Журавлёва А.Д., 1986; Молодин В.И., Полосьмак Н.В., Новиков А.В. и др., 2004; Тишкин А.А., 2005а].

Источниковая база исследования. В качестве источников для диссертационного исследования были привлечены погребальные и поселенческие материалы гунно-сарматского времени из Горного Алтая. В работе нами были обобщены все опубликованные материалы, относящиеся к буланкобинской и майминской археологическим культурам, а также были учтены и материалы хуннской культуры. Это такие памятники, как Балыктыюль [Сорокин С.С., 1977], Белый Бом II [Глоба Г.Д., 1983], Кызыл-Джар I [Могильников В.А., 1983], Булан-Кобы IV [Мамадаков Ю.Т., 1985], Бике I [Кубарев В.Д., Киреев С.М., Черемисин Д.В., 1990], Усть-Эдиган [Худяков Ю.С., Скобелев С.Г., Мороз М.В., 1990], Тыткескень VI [Кирюшин Ю.Ф., Тишкин А.А., Мамадаков Ю.Т., 1992], Чендек [Соенов В.И., Эбель А.В., 1992], [Киреев С.М., Кудрявцев П.И., Вайнбергер Е.В., 1992], Верх-Уймон [Соенов В.И., Эбель А.В., 1992; Соенов В.И., 2000], Аккол-I, Кальджин-6 [Молодин В.И., Полосьмак Н.В., Новиков А.В. и др., 2004], Курайка [Соенов В.И., Эбель А.В., 1998; Соенов В.И., Штанакова Е.А., 2011; Слюсаренко И.Ю., Богданов Е.С., Соенов В.И., 2008], Камтыттукем [Худяков Ю.С., Эбель А.В., Кочеев В.А., 1998а, б; Семёнов А.И., 1995], Бош-Туу-I [Могильников В.А., Суразаков А.С., 1995; Мамадаков Ю.Т., 1991, с. 17], Сары-Бел [Соенов В.И., 1999], Кок-Паш [Бобров В.В., Васютин А.С., Васютин С.А., 2003], Яломан II [Тишкин А.А., 2005; Тишкин А.А., Матрёнин С.С., 2010; Тишкин А.А., Мыльников В.П., 2008; Тишкин А.А., 2009; Быков Н.И., Быкова В.А., Горбунов В.В., Тишкин А.А., 2004; Быков Н.И., Слюсаренко И.Ю., Тишкин А.А., 2008;

Тишкин А.А., 2010; Тишкин А.А., 2005; Тишкин А.А., Горбунов В.В., 2006;

Тишкин А.А., Горбунов В.В., 2012], Степушка-I [Кирюшин Ю.Ф., Шмидт, А.В., Тишкин А.А., Матрёнин С.С., 2011], Дялян [Тетерин Ю.В., 1991], УлугЧолтух [Худяков Ю.С., 2009], Бертек-3-4 [Древние культуры…, 1994], Катанда II [Захаров А.А., 1926], Кызыл [Кочеев В.А.., Суразаков А.С., 2003], Усть-Бийке-III, Бийке [Тишкин А.А., Горбунов В.В., 2005], Урлу-Аспак- [Акимова (Вдовина) Т.А., 2008], Нижний Чепош-3, 4 [Соенов В.И., Трифанова С.В., Константинов Н.А. и др., 2011], Майма-I [Абдулганеев М.Т., 1998; Киреев С.М., 1986], Денисова пещера [Деревянко А..П., Молодин В.И., 1994], Катанда-I [Захаров А.А., 1926], Пазырык [Сорокин С.С., 1977], Ороктой [Худяков Ю.С., Скобелев С.Г., Мороз М.В., 1990], Верх-Еланда-II [Неверов С.В., Степанова Н.Ф., 1990], Черемшанка [Киреев С.М., 1991], Катанда III [Мамадаков Ю.Т., 1995], Ябоган III [Могильников В.А., Суразаков А.С., 2003], Усть-Куба [Киреев С.М., Ларин О.В., 2004], Бугузун [Киреев С.М., Штанакова Е.А., Моносов В.М., 2011], Кара-Коба II [Могильников В.А., 1983], Кызык-Телань II [Суразаков А.С., 2001], Семисарт [Марсадолов Л.С., 2001], Сальдяр-II [Могильников В.А., Суразаков А.С., 1997], Манжерок-3 [Соенов В.И., Константинов Н.А., 2011], Юстыдские керамические обжиговые печи [Кубарев В.Д., Журавлёва А.Д., 1986].

В работе были использованы неопубликованные материалы в виде отчётов о полевых исследованиях, хранящихся в Научно-исследовательском центре истории и культуры тюркских народов Горно-Алтайского государственного университета, Национальном музее имени А.В. Анохина и Агентстве по культурно-историческому наследию Республики Алтай. Также в исследовании использовались непосредственно сами материалы из археологических коллекций Национального музея имени А.В. Анохина (Айрыдаш-I – инв.

№№10652, 11936, 12111, 10661, 11966, Майма-I – инв. №№11693, 12020, 10540), Музея археологии Музейного комплекса Горно-Алтайского государственного университета и Научно-исследовательского центра истории и культуры тюркских народов Горно-Алтайского государственного университета (из могильников Верх-Уймон, Курайка, Сары-Бел, Чендек, Степушка-2;

из городищ Нижний Чепош-3 и 4, Манжерокское, Емурлинское, Черемшанское, Барангольское; и пр.).

Методологическая основа исследования. Методологической основой работы стал системный подход. Под системным подходом понимают направление методологии специально-научного познания и социальной практики, в основе которого лежит исследование объектов как систем. Системный подход способствует адекватной постановке проблем и выработке эффективной стратегии их изучения. Методология, специфика системного подхода определяется тем, что он ориентирует исследование на раскрытие целостности объекта и обеспечивающих её механизмов, на выявление многообразных типов связей сложного объекта и сведение их в единую теоретическую картину [Системный подход. БСЭ].

В основу настоящего исследования были положены общелогические (наблюдение, описание, индукция, сравнение, анализ и синтез) и специальные методы, применяемые при проведении археологических исследований (сравнительно-исторический метод, метод датированных аналогий, определение источников сырья и др.), а также статистические методы анализа и ретроспективный метод.

Сравнительно-исторический метод – научный метод, с помощью которого путём сравнения выявляется общее и особенное в исторических явлениях, достигается познание различных исторических ступеней развития одного и того же явления или двух разных сосуществующих явлений [Сравнительно-исторический метод. БЭС]. Применение сравнительно-исторического метода позволило выделить общие и особенные черты различных ремесленных производств в гунно-сарматское время на территории Горного Алтая.

При изучении некоторых ремесленных производств применялся ретроспективный метод. Так, например, из-за недостаточного количества источников по кожевенному производству в гунно-сарматское время в работе проводились исторические параллели с обработкой кожи в предшествующее скифское время, а также в этнографическое время.

Элементы метода статистического анализа применялись при исследовании косторезного и бронзолитейного производств. Для первого были рассчитаны доли различного костяного сырья среди погребального и поселенческого материала гунно-сарматского времени. Для второго – соотношение вариантов сплавов бронз из разных памятников гунно-сарматского времени Горного Алтая.

Научная новизна работы заключается в том, что проведённое исследование впервые обобщает материалы по ремесленным производствам населения Горного Алтая гунно-сарматского времени. В исследовании рассмотрена история изучения древних и раннесредневековых ремёсел Горного Алтая.

Также собраны источники по изучению ремесленных производств населения Горного Алтая II в. до н.э. – V в. н.э. В диссертационном исследовании использованы неопубликованные материалы раскопок, хранящиеся в музейных фондах, а также результаты их изучения при помощи специальных методов.

В рамках исследования нами было проведено изучение техникотехнологических особенностей предметов из цветных металлов, ткани, кости, дерева. Полученные сведения позволили сделать выводы относительно роли и места ремесла в хозяйственной деятельности населения и ремесленника в социальной структуре общества, а также обозначить условия и предпосылки развития ремесла во II в. до н.э. – V в. н.э.

Практическая значимость. Результаты проведённых исследований могут быть использованы при подготовке научных трудов по истории и материальной культуре народов Горного Алтая периода поздней древности. Также при подготовке учебных и методических изданий, пособий для спецкурсов по археологии и хозяйственной деятельности древнего населения Горного Алтая. Полученные результаты могут послужить основой для дальнейших более глубоких исследований в области ремесленных производств населения Горного Алтая и прилегающих территорий. Отдельные аспекты работы могут использоваться в учебно-познавательной, просветительской, экспозиционной и экскурсионно-туристской деятельности музеев и бюро.

Апробация. Положения данной работы были представлены в виде докладов на научно-практических конференциях международного (г. Новосибирск, 2010-2012; г. Горно-Алтайск, 2013), всероссийского (г. Иркутск, 2010;

г. Красноярск, 2011; г. Томск, 2012; г. Владивосток, 2013), регионального (г.

Кемерово, 2009) и местного (г. Горно-Алтайск, 2009-2013) уровней. Это такие конференции, как XLVIII и XLIX Международные научные студенческие конференции «Студент и научно-практический прогресс»; Международная научно-практическая конференция «Межкультурный диалог на евразийском пространстве»; Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Культуры и народы Северной и Центральной Азии контексте междисциплинарного изучения: к 130-летию музея археологии и этнографии Сибири им. В.М. Флоринского Томского государственного университета»; Всероссийская научно-практическая студенческая конференция «Археология, этнология и антропология Азиатской территории России.

Междисциплинарный аспект» и другие.

Результаты данного исследования были частично опубликованы в 16 научных статьях [Соенов В.И., Штанакова Е.А., 2011а; 2011б; Константинова (Штанакова) Е.А., 2013а; 2013б; Соенов В.И., Трифанова С.В., Константинов Н.А., Штанакова Е.А., Соенов Д.В., 2013; Штанакова Е.А., 2009; 2010а;

2010б; 2010в; 2011а; 2011б; 2012; Киреев С.М., Штанакова Е.А., Моносов В.М., 2012; Константинова (Штанакова) Е.А., Суразаков А.С., 2013; Константинова Е.А., 2013; Соенов В.И., Трифанова С.В., Константинов Н.А., Штанакова Е.А., Соенов Д.В., 2011]. Три из них опубликованы в журналах, рекомендованных ВАК [Соенов В.И., Штанакова Е.А., 2011б; Константинова (Штанакова) Е.А., 2013; Соенов В.И., Трифанова С.В., Константинов Н.А., Штанакова Е.А., Соенов Д.В., 2013]. Материалы диссертации использованы при написании раздела коллективной монографии [Соенов В.И., Трифанова С.В., Константинов Н.А., Штанакова Е.А., Соенов Д.В., 2011].

Структура работы. Диссертация состоит из введения, четырёх глав, разделённых на параграфы, заключения, списка источников и литературы, списка сокращений, приложения, в котором представлены табличные и иллюстративные материалы.

ГЛАВА I

ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ

ДРЕВНИХ И СРЕДНЕВЕКОВЫХ ПРОИЗВОДСТВ

НАСЕЛЕНИЯ ГОРНОГО АЛТАЯ

Научное изучение археологических памятников Горного Алтая насчитывает почти два столетия. За это время накоплен довольно большой массив источников, позволяющий охарактеризовать многие стороны жизни древних и средневековых обществ Алтая. Особенно богаты и разнообразны погребальные памятники пазырыкской культуры, в части из которых, благодаря подкурганной мерзлоте, сохранились предметы из органики.

Работая с этими алтайскими материалами, исследователи уделяли внимание и ремесленным производствам. Как правило, ремесла изучались по отраслям, выделенным с сырьевой точки зрения. Историю изучения ремёсел населения Алтая середины I тыс.

до н.э. – I тыс. н.э. в данной работе мы излагаем по тому же принципу. В ней рассматривается изучение деревообработки, косторезного дела, металлообработки и ювелирного дела, обработки камня, а также текстильного, керамического и кожевенного производств. Количество научных работ, посвященных древнему и средневековому ремеслу, можно сегодня оценить как сравнительно небольшое. Необходимо также отметить, что некоторые производства до сих пор еще не стали объектами специальных исследований.

Историю изучения производств населения Алтая середины I тыс. до н.э.

– I тыс. н.э. можно условно разделить на три этапа, отражающих применявшиеся методы исследований, степень интенсивности сбора материалов, осмысления и обобщения полученных научных данных. Первый этап (вторая половина XIX – вторая треть XX века) характеризуется первоначальным накоплением знаний об обработке различных материалов с использованием в основном простых описательных и органолептических методов, а также привлечением этнографических параллелей. Второй этап (последняя треть XX века) ознаменуется появлением первых крупных специальных работ, посвящённых отдельным видам ремесленной деятельности и обобщению материалов по конкретным периодам и территориям. Продолжалось интенсивное накопление знаний по отраслям ремесла. Третий этап (начало XXI века) выделяется широким использованием естественнонаучных методов при изучении ремесленных производств древнего и средневекового населения. В этот период выходят монографические работы по отраслям ремесла и публикуются учебно-методические пособия.

1.1. Деревообработка. Одним из наиболее изученных ремесленных производств населения Алтая является деревообработка. Это можно объяснить обширной источниковой базой, накопленной в период активного исследования погребальных памятников пазырыкской знати с подкурганной мерзлотой и продолжающей накапливаться в настоящее время.

Начальный период в изучении древней деревообработки связан с именами таких исследователей, как В.В. Радлов, А.В. Адрианов, М.П. Грязнов, С.В. Киселев, С.И. Руденко, С.А. Семёнов, которые исследовали элитные пазырыкские курганы и/или работали над материалами, добытыми из них.

Впервые вопросы, связанные с деревообработкой древнего алтайского населения I тыс. до н.э. были освящены В.В. Радловым. В середине 60-х годов XIX века он произвёл археологические раскопки на Алтае. Исследователем было дано описание деревянных погребальных сооружений большого Катандинского кургана, а также были охарактеризованы некоторые способы и приёмы обработки дерева древними мастерами [Радлов В.В., 1989, с. 446, 448].

По некоторым сведениям, А.В. Адрианов вслед за академиком В.В. Радловым попытался объяснить технологию изготовления некоторых предметов из дерева. Им были раскопаны в 1911 году в Майэмирской степи в южной части Горного Алтая курганы раннескифского времени, где обнаружены остатки деревянных конструкций. Под Солонечным Белком в заполнении могильных ям пазырыкских курганов он исследовал остатки бревенчатых перекрытий, «конструкций из лиственничного дерева» и берестяных покрытий [Адрианов А.В., 1916; Мыльников В.П., 1999, с. 5].

В последующем работы, связанные с исследованием древних техник и технологий обработки дерева, проводились в 20–40-е гг. XX века. Это период масштабных раскопок так называемых «царских» курганов с мерзлотой, впоследствии отнесенных к пазырыкской археологической культуре. В 1927 году М.П. Грязновым был раскопан большой Шибинский курган, а в 1929 году были начаты археологические работы в урочище Пазырык. В своих работах исследователь достаточно подробно характеризует находки по функциональному назначению и рассматривает некоторые аспекты техники и технологии деревообработки [Грязнов М.П., 1928; 1929; 1937; 1950; 1955; 1958].

В 30-е годы ХХ в. археологические работы в Горном Алтае проводит экспедиция Государственного исторического музея под руководством членакорреспондента АН СССР С.В. Киселёва. Анализ полученных в ходе раскопок деревянных срубных конструкций был отражён в его работах последующих лет [Киселёв С.В., 1949; 1951].

В 1949 году С.И. Руденко писал, что об обработке растительных материалов, в первую очередь – дерева, можно судить по высокому качеству строительного дела. Далее им описываются операции по изготовлению погребальных срубов и саркофагов, а также приводится набор инструментов необходимых для этого. Исследователь отмечает знакомство населения с токарным станком и высокий уровень художественной обработки дерева [Руденко С.И., 1949, с. 97-109].

Во второй половине 40-х годов XX века С.И. Руденко продолжает исследования больших «царских» курганов в урочище Пазырык, которые начал копать М.П. Грязнов. А в первой половине 50-х гг. раскопки курганов пазырыкской культуры были продолжены уже в центральной части Алтая. Было вскрыто несколько курганов в Туэкте и Башадаре. Результаты исследований изложены в обобщающих работах последующих лет, где достаточно подробно приведены конкретные технологические операции и приёмы по обработке дерева носителями пазырыкской культуры. Также в публикациях имеются результаты трасологических исследований, проведённых С.А. Семёновым [Руденко С.И., 1952; 1953; 1960].

Таким образом, наиболее массовые материалы по изучению древней деревообработки были получены в ходе раскопок погребений пазырыкской культуры М.П. Грязновым и С.И. Руденко, что нашло отражение в их публикациях. Стоит отметить, что у исследователей сложились разные точки зрения относительно изготовления погребального инвентаря. Так, М.П. Грязнов придерживался мнения, что предметы погребального инвентаря были изготовлены специально для похоронного обряда [Грязнов М.П., 1950, с. 69-70], С.И. Руденко же считал, что эти предметы использовались в быту, а затем были положены в погребение [Руденко С.И., 1960, с. 239].

Особое внимание следует обратить на результаты исследований С.А. Семёнова, частично изложенные в работах С.И. Руденко. Изучив деревянные предметы из пазырыкских курганов, исследователь определил последовательность технологических операций по обработке материала, начиная от заготовки и до операций по окончательному оформлению изделия. Кроме того, основываясь на трасологических данных, С.А. Семёнов определяет состав инструментария деревообработчика, особенности его использования, сырьевую базу производства [Семёнов С.А., 1956].

Итак, начиная со второй половины XIX века и до конца второй трети XX века, исследователями был сделан довольно большой вклад в накопление источниковой базы по деревообработке носителей пазырыкской культуры. Также изучены технологические следы на изделиях и сделаны выводы относительно технологии изготовления деревянных изделий.

Вновь интерес к древним технологиям обработки дерева начинает появляться только к середине 90-х гг. XX века. В этот период при исследовании древнего дерева начинают применяться естественнонаучные методы исследований: ксилотомический (анатомический) и дендрохронологический анализы древесины. Однако количество исследований продолжает оставаться незначительным.

По материалам раскопок пазырыкских курганов на Чуе в Кош-Агачском районе В.Д. Кубаревым (рис. 9) подробно проанализированы все виды деревянного погребального инвентаря, произведена его классификация по функциональным признакам, рассмотрены вопросы изготовления деревянных предметов [Кубарев В.Д., 1987; 1991; 1992].

В 90-е гг. в научной литературе по Северному Алтаю также встречаются краткие упоминания о развитой технике деревообработки, например, у населения поселения раннего железного века Майма-III. В качестве подтверждения этого заключения, по словам авторов работы, выступают находки остатков деревянных предметов в слоях памятника [Киреев С.М., Кудрявцев П.И., Полосина Я.Ю., 1993, с. 8].

Интересные данные получены в первой половине 90-х гг. А.И. Семёновым. Им был произведён ксилотомический анализ деревянных предметов из погребения гунно-сарматского времени в пещере Камтыттукем [Семёнов А.И., 1995; Савин А.М., Семёнов А.И., 1997]. Исследователь отмечал, что фрагменты лука были изготовлены из тополя, а древки стрел – из тела взрослой березы. Данные сведения важны для изучения одной из первых стадий деревообработки – выбора и заготовки сырья.

Особое внимание следует уделить работам В.П. Мыльникова – основного специалиста в области древней деревообработки. В 1995 году им была защищена кандидатская диссертация по теме «Обработка дерева носителями пазырыкской культуры» [Мыльников В.П., 1995]. Материалы диссертационной работы исследователя в последующем обрели форму монографии с одноимённым названием [Мыльников В.П., 1999]. Работа посвящена одной из важнейших и малоизученных на тот момент проблем в археологии – традициям обработки дерева. Впервые в полном объёме подробно рассматриваются все стороны этого сложного процесса: от выбора материала до полного изготовления деревянного предмета. Освещаются вопросы сохранности деревянных изделий в археологических комплексах. Восстанавливается качественный и количественный состав инструментария. На основе систематизации материала по функциональному назначению исследователем определяются основные виды деревообрабатывающего производства, реконструируется техникотехнологический цикл, выявляются традиции обработки древнего дерева. Как особый вид обработки дерева выделяется резьба.

Кроме того, в 90-е годы XX века В.П. Мыльниковым был опубликован целый ряд работ по древней деревообработке [Мыльников В.П., 1994; 1998а;

1998б; 1999; и др.]. В одной из них исследователь рассматривает вопросы, связанные с технико-технологическим процессом обработки древесины у населения плоскогорья Укок в раннем железном веке. А именно звенья технологической цепочки: основные (рубка, сушка, раскалывание, грубая отсека, нанесение рисунка на рабочую поверхность, резьба, стружение, сверление) и дополнительные (лощение-заглаживание, приминание, уплотнение поверхности, гнутье). Работа была снабжена наглядным материалом в виде таблиц (классификация деревянного резного погребального инвентаря по функциональному назначению и классификация деревянных резных предметов по видам резьбы) и схемы, отражающей типы резьбы ножом по способу резанья [Мыльников В.П., 1994].

В другой работе В.П. Мыльниковым были рассмотрены погребальные сооружения и погребальные ложа, изготовленные из дерева. Автор привел типологию погребальных деревянных конструкций и рассмотрел технологические операции по сооружению этих деревянных конструкций. Его исследование было построено на широком круге археологических источников, территориально охватывающих территории Центральной и Средней Азии, Саяно-Алтая, Причерноморья и пр. [Мыльников В.П., 1998б].

В контексте проблемы деревообработки у носителей пазырыкской культуры В.И. Молодиным и В.П. Мыльниковым были изучены материалы могильника Верх-Кальджин-2. Благодаря хорошей сохранности деревянных погребальных конструкций памятника стало возможным проведение техникотехнологического анализа предметов. В работе освящены вопросы, связанные с причинами разницы в размерах и сложности устройства погребальных лож.

Авторы связывают данное явление со сложной дифференциацией в пазырыкском обществе, из-за которой каждому члену иерархической лестницы в погребальном обряде полагался свой, достойный его заслуг и соответствующий положению в обществе канон пропорций. На основе комплексного анализа погребальных лож и погребальных сооружений из курганов плоскогорья Укок исследователи говорят о том, что технологическая традиция обработки материала и конструктивные особенности деревянных предметов памятника ВерхКальджин-2 развивалась на местной основе. По их мнению, на завершающем этапе развития пазырыкской культуры ее носители испытали на себе незначительное влияние кара-кобинской деревообрабатывающей традиции, а также, возможно, раннегуннских элементов. В подтверждение всего сказанного В.И.

Молодин и В.П. Мыльников приводят результаты сравнительно-исторических, сравнительно-типологических и технико-технологических изысканий. В заключении исследователи констатируют, что в курганах 1-3 памятника ВерхКальджин-2 погребены члены одной социальной группы, а разница в размерах и устройстве обусловлена погребальными канонами и влияниями технологических традиций иных (соседних) культурных сообществ [Молодин В.И., Мыльников В.П., 1999].

С началом XXI века начинается новый этап в изучении древней и средневековой деревообработки. В этот период значительно возрастает количество специальных работ, в которых естественнонаучные методы занимают равное положение с традиционными методами археологии. Также расширяется хронология исследований.

Исследования в области деревообработки продолжает проводить В.П.

Мыльников. В 2003 году им защищена докторская диссертация по теме «Деревообработка в эпоху палеометалла (Северная Азия)» [Мыльников В.П., 2003б], результаты которой в последующем были изложены в монографии [Мыльников В.П., 2008б]. Монография посвящена проблемам обработки дерева в древности.

Впервые в отечественной археологической литературе дан системный анализ огромного количества деревянных предметов, бытовавших на территории Северной и Центральной Азии в эпоху бронзы и железного века. В работе предложены варианты решения аналогичных и практических задач, связанных с изучением древнего дерева, реконструирован полный цикл техники и технологии деревообработки, проведён сравнительный анализ традиций обработки дерева в степной и лесостепной полосе азиатской части России и на сопредельных территориях. На основе этих исследований разрабатываются методические пособия по изучению археологического дерева [Мыльников В.П., 2006б; 2008а].

Специальный раздел по деревообработке был подготовлен В.П. Мыльниковым в рамках коллективной монографии, посвященной изучению курганов пазырыкской культуры на плоскогорье Укок. В разделе проанализирована технология изготовления погребальных сооружений из дерева. В качестве предмета исследования выступали деревянные конструкции из погребений могильников Ак-Алаха-3 и Верх-Кальджин-2. В работе автором делался акцент на исследование следов от обрабатывающих инструментов на погребальных сооружениях. А именно на самый информативный, по его мнению, элемент – способы угловых сопряжений деревянных конструкций. Исследователь приводит технологическую последовательность изготовления пазырыкских срубов, начиная от заготовки сырья и заканчивая сбором конструкции. Согласно его наблюдениям, технология изготовления деревянных конструкций и их размеры менялась в зависимости от социального статуса погребённого. В этом контексте рассматривается технология изготовления разновидностей деревянных сооружений – срубов, настилов, колод, лож [Мыльников В.П., 2000, с. 125-139].

В одной из важных работ В.П. Мыльникова были рассмотрены институты мастеров или школы ученичества в деревообрабатывающем ремесле. По результатам технико-технологического анализа деревянных изделий, исследователь пишет, что среди рассмотренного материала выделяются изделия, выполненные на высоком профессиональном уровне и напротив – изделия низкокачественные. Здесь же прослеживается связь с социальным статусом погребённых. Лучшие вещи попадали, как правило, в элитные погребения, но бывали и исключения, когда высокохудожественные предметы находили в рядовых захоронениях. Автор также упоминает об элементах кооперации и централизации процесса деревообработки, в частности, при крупномасштабном строительстве элитных погребений [Мыльников В.П., 2003а].

В 2006 году В.П. Мыльниковым была проведена работа по исследованию феномена художественной резьбы в скифское время на Алтае. Исследователем отмечалось, что техника и технология художественной резьбы требовала многолетней наработки навыков специализированного отбора материалов, наиболее подходящего для конкретного вида работ, способов его обработки. Одна из главных составляющих феномена художественной резьбы в скифское время – производство деревянных предметов парами и сериями. По словам автора работы, художественная резьба по дереву возникла в недрах каменного века.

Наивысшего расцвета искусство художественной резьбы по дереву достигло в раннем железном веке. «Пазырыкцы» были знакомы с плавкой золота и другими видами его обработки. Практически все украшения для людей и коней местные резчики изготовляли из благородной древесины сибирского кедра и покрывали их тончайшей золотой фольгой. В заключении исследователь, пишет о развитости художественной резьбы, о том, что ни в одной другой культуре скифо-сибирского круга, нет такого количества и разнообразия деревянных предметов с художественной резьбой, поражающих современных исследователей богатством и символикой образов, сложностью и тонкостью резьбы, изысканным изяществом её исполнения [Мыльников В.П., 2006а].

Результаты многолетнего опыта изучения погребальных сооружений из дерева в процессе раскопок археологических памятников были опубликованы исследователем в другой работе [Мыльников В.П., 2007].

Кроме прочего В.П. Мыльниковым рассматривались материалы гунносарматского времени. Так, им в соавторстве с А.А. Тишкиным был подготовлены две работы, посвящённые изучению деревянных предметов из кургана 31 памятника Яломан II. Исследователями были рассмотрены несколько категорий предметов, изготовленных из дерева, и деревообрабатывающих инструментов (посуда, оружие, детали конского снаряжения, инструментарий, предметы туалета, культовые предметы и пр.). Помимо морфологических особенностей предметов изучались следы, оставленные обрабатывающими орудиями на изделиях. По мнению авторов, деревообработка в этот период носила характер домашнего ремесла и лишь изделия повышенной сложности выполнялись опытными мастерами [Тишкин А.А., Мыльников В.П., 2007, с.

159-165; 2008, с. 93-102].

Ещё одна монография В.П. Мыльникова посвящена резьбе по дереву в скифское время на территории Северной Азии. В работе показано, какую роль играло дерево и связанные с ним ремесла в жизни древних народов. Реконструирован процесс резьбы по дереву. Проведён комплексный анализ предметов пазырыкской культуры с художественной резьбой, найденных на Российском, Казахстанском и Монгольском Алтае [Мыльников В.П., 2011].

В 2012 году в работе В.П. Мыльникова, были рассмотрены особенности изучения погребальных сооружений из дерева в процессе раскопок археологических памятников. Автор отметил некоторые особенности изучения погребальных сооружений, наземных и внутримогильных погребальных сооружений эпохи бронзы и раннего железного века. Исследователь пишет, что полезную информацию можно получить только при обязательном соблюдении последовательности операций, быстром и качественном её выполнении.

Наиболее сложными в процессе изучения являются крупногабаритные деревянные предметы – погребальные сооружения и ложа. Их исследование осуществляется в течение всего процесса раскопок археологического памятника.

Завершается полевой этап изучения погребального сооружения его быстрой реконструкцией у места раскопок – последовательной сборкой для повторного обследования и получения дополнительной информации об особенностях изготовления и схемы монтажа сооружения [Мыльников В.П., 2012].

Исследования древнего и средневекового дерева в начале XXI века проводились и другими исследователями. Так, например, определения пород дерева древков стрел, найденных на памятнике Юстыд XII (к. 29) были проведены в ЦСБС СО РАН и опубликованы Г.В. Кубаревым. Согласно этим исследованиям большие обломки, а также отдельные части древков стрел (до 30-37 см длиной и 0,7-1,0 см в диаметре) были сделаны из ивы. Отдельные части древков дополнительно оборачивались тонкой берестой [Кубарев Г.В., 2005, с. 87].

Ряд исследований археологического дерева из Горного Алтая с применением новых методов принадлежат коллективам из разных научных центров.

Так, в 2005 году вышла статья Н.И. Быкова, В.А. Быковой и И.Ю. Слюсаренко, посвящённая исследованию погребальных сооружений как источника по изучению лесопользования у пазырыкцев. Ими были рассмотрены материалы многочисленных археологических памятников, свидетельствующие о многообразном применении древесного сырья, источником для которого служили леса. Перед исследователями стояла задача вычислить запасы древесины в погребениях, для чего был выработан специальный метод исследования. Согласно этому методу, наиболее удобным индикатором многих параметров погребального памятника был выбран диаметр кургана. Такой показатель, как диаметр насыпи давно используется для определения социального статуса погребённого. Размерам памятников отвечают параметры погребальных конструкций, количество и состав сопроводительного инвентаря и т.д. Было установлено, что в курганах по долине Юстыда суммарный запас древесины составлял 156,9 м3, притом, учтена лишь пятая часть находившихся там курганов. По предположению исследователей, в курганах долин Уландрыка и Юстыда и разделяющей их части Чуйской котловины содержалось около 500 м3 древесины. В результате данного исследования было выдвинуто предположение о том, что вырубки, по всей вероятности, приводили к сокращению лесопокрытой площади, т.к. пастбищное животноводство – основа хозяйства пазырыкского населения – отрицательно сказывается на лесовосстановлении. Поэтому очевидно, что лесозаготовительная деятельность пазырыкцев была существенным фактором трансформации растительного покрова и, соответственно, их влияния на окружающую среду [Быков Н.И., Быкова В.А., Слюсаренко И.Ю., 2005].

В 2000-х годах анатомическому анализу подвергались и некоторые материалы гунно-сарматского времени [Быков Н.И., Быкова В.А., Горбунов В.В. и др., 2004; Быков Н.И., Слюсаренко И.Ю., Тишкин А.А., 2008].

В ходе программы ксилотомических исследований археологических находок были исследованы образцы древесины, найденные при раскопках могильника Яломан-II, относящегося к гунно-сарматскому времени. Было выяснено, что обнаруженные на могильнике древки стрел изготовлялись из берёзы, также из неё делали посуду, детали колчана, жестких сёдел и т.д. Применялась древесина кедра, тополя, ивы, крушины ломкой и пр. Зафиксирована и импортная древесина – палисандр, произрастающий на территории Китая [Тишкин А.А., 2009].

В 2010 году выходит статья В.П. Мыльникова, Н.И. Быкова, И.Ю. Слюсаренко, посвящённая комплексному анализу деревянных предметов из кургана могильника Ак-Алаха-1. В статье приводится весьма ценная информация относительно сортов древесины, использовавшейся для производства того или иного предмета. Исследователями установлен не только сорт дерева, но и из какой части ствола был изготовлен предмет. Помимо анатомических исследований в публикации имеются данные по результатам технико-технологического анализа изделий из кургана 1 могильника Ак-Алаха-1. В результате анализа удалось выявить стадии и операции технологии обработки дерева, характерные для носителей пазырыкской культуры. Анализу подверглись луки, древки стрел, украшения узды коня, налобная бляха, подвесные бляхи. Статья дополнительно снабжена сводной таблицей, отражающей некоторые характеристики коллекции – вид дерева, первичные и вторичные операции [Мыльников В.П., Быков Н.И., Слюсаренко И.Ю., 2010].

Некоторые вопросы древней деревообработки рассматривались Е.А.

Штанаковой. Работа касалась выбора сырьевого материала при деревообработке в V в. до н.э. – V в. н.э. В ней были обобщены опубликованные материалы из погребальных памятников данного периода. Деревянные предметы были разделены по группам на основании породы дерева, из которой были изготовлены предметы. Было выяснено, что выбор определённой породы дерева зависел от категории предмета и его назначения [Штанакова Е.А., 2009]. Кроме того, исследовательницей были представлены сведения о деревообрабатывающих инструментах из памятников Горного Алтая V в. до н.э. – V в. н.э. [Штанакова Е.А., 2010а].

В.И. Соеновым и Е.А. Константиновой (Штанаковой) были рассмотрены находки деревянной посуды из могильника Курайка, относящегося к гунносарматскому времени. В частности, изучены два миниатюрных блюдцастолика и фрагменты пиалы. Была определёна порода дерева, использовавшегося для изготовления посуды, и обозначен инструментарий, необходимый для производства данной посуды. Авторы отметили, что, несмотря на свою простоту и вотивность, изделия демонстрируют обработку дерева в гунно-сарматское время как многоступенчатым и разнообразным в технологическом плане процессом [Соенов В.И., Штанакова Е.А., 2011а].

В целом, на сегодняшний день накоплены значительные сведения о деревообработке древнего населения Алтая. Применяются различные методы их исследования. Важные результаты были получены в ходе определения анатомической принадлежности древесины из археологических памятников. Пока недостаточно исследован деревообрабатывающий инструментарий. Стоит отметить, что исследования по деревообработке в основном связаны с материалами из погребений пазырыкской культуры. Однако сейчас наблюдается устойчивый интерес к деревообработке населения Алтая гунно-сарматского времени. Обработка дерева в другие исторические периоды исследована в недостаточной мере. Главным образом, это связано со спецификой источников – деревянные изделия являются относительно редкими находками. Но к настоящему моменту имеется целый ряд источников, требующих специальных исследований.

1.2. Косторезное дело. Косторезное дело является менее изученным производством в отличие от деревообработки, несмотря на значительное количество источников. Начало исследования древнего косторезного дела относится к первой половине XX века. В то время на Алтае работал С.И. Руденко, исследовавший курганы пазырыкской знати. Именно он впервые обращает внимание на технологические особенности обработки кости носителями пазырыкской культуры. Особое внимание исследователь обращает на обработку рогового сырья домашних и диких животных. Им отмечались направления применения рога, обрабатывающий инструментарий, а также рассматривались особенности подготовки материала перед обработкой [Руденко С.И., 1953, с. 241-242; 1960].

В 80–90-х гг. XX века специальное изучение древнего косторезного дела проводил А.П. Бородовский. Результаты исследований нашли отражение в многочисленных публикациях, посвященных анализу изделий косторезного производства из многих памятников Южной и Западной Сибири, а также реконструкции процессов косторезного производства [Бородовский А.П., 1992;

1995а; 1995б; 1999]. Одним из важных результатов его деятельности стала кандидатская диссертация «Древнее косторезное дело юга Западной Сибири»

[Бородовский А.П., 1991]. В дальнейшем по результатам диссертационного исследования была издана монография [1997а]. В своей докторской диссертации [Бородовский А.П., 2007а] исследователь рассматривает применение в косторезном деле рогового сырья и специфику его обработки, которая позднее также обрела форму монографии [2007б].

Первая монографическая работа А.П. Бородовского, посвящённая изучению древнего косторезного дела юга Западной Сибири, охватывает период со второй половины II тыс. до н.э. и до первой половины II тыс. н.э. В работе была изложена методика исследования древнего косторезного производства. Были рассмотрены технологические особенности косторезного производства по разновидностям материала (трубчатая кость, зубы, рог и пр.), а также исследованы общие закономерности этого производства в указанном регионе. Значительное внимание автор уделил изучению таких аспектов косторезного производства, как развитие сырьевой базы, состав инструментария, профессиональные навыки производителей. По результатам исследования Андрей Павлович делает выводы о том, что развитие древнего косторезного дела юга Запанной Сибири на протяжении последних четырёх тысячелетий характеризовалось сочетанием общих и особенных черт, присущих для каждого культурноисторического периода. Отличительной особенностью обработки кости и рога в эпоху бронзы являлось широкое применение первых металлических лезвий.

Общим для древнего косторезного производства эпохи металлов на юге Западной Сибири является сосуществование процессов развития и преемственности этого производства. На протяжении всей эпохи металлов шёл неуклонный процесс совершенствования технологии косторезного производства, но косторезное дело региона отличалось сохранением в течение длительного срока многих пережиточных черт, таких как использование каменных инструментов, резцовой техники, обивки и пр. В этом, по мнению автора, заключается своеобразие Сибири, как территории с устойчивыми традициями в косторезной обработке. Вместе с тем каждому историческому периоду соответствовали определённые особенности производства и характера обработки косторезной продукции, а новый уровень культуры рождал новые технологии [Бородовский А.П., 1997а].

Технология изготовления предметов из полого рога по материалам погребений пазырыкской культуры с плоскогорья Укок была исследована А.П.

Бородовским в рамках коллективного монографического издания. Исследователем были рассмотрены технологические особенности изготовления предметов из полого рога, происходящие из курганов могильников АкАлаха-3 и Верх-Кальджин-2. Также изучены технологические процессы изготовления роговых сосудов с круглым дном. Им выделено несколько последовательных этапов изготовления сосуда: размягчение материала с использованием увлажнения и термообработки, затем – раскрой, распрямление, гнутье, прессование и формовка. В сшивании сосудов роговой нитью А.П. Бородовский выделяет два способа: сшивание встык и внахлёст. В качестве сырья для изготовления горловины сосуда применялись незакрученные рога яка или сарлыка, а для днища почти идеально подходили по своим естественным характеристикам круто закрученные рога горного козла [Бородовский А.П., 2000, с. 144-157].

Интересно исследование А.П. Бородовского, посвящённое изучению резных роговых изделий скифского времени Нижней Катуни. Среди предметов ученый рассмотрел такие изделия, как детали конской узды, бляхи, предметы вооружения и пр. В результате проведённых исследований автор сделал вывод о том, что Нижнюю Катунь можно рассматривать как территорию, с которой могло идти распространение резных роговых изделий скифского времени на сопредельные регионы. Для «художественных» косторезных предметов юга Западной Сибири культурно-исторические «связи» с алтайскими и центрально-азиатскими регионами характерны, особенно во второй половине I тыс. до н.э. Автор считает возможным рассматривать Нижнюю Катунь, как один из очагов художественной резной «кости» скифского времени на Алтае [Бородовский А.П., 2006].

Совместно с барнаульскими коллегами А.П. Бородовский и П.В. Волков рассмотрели изделия из рога косули, найденные в Тавдинском гроте. В статье были изложены результаты трасологического анализа предметов и описаны некоторые технологические особенности изделий. Проанализировав эти предметы, а также изделия из других памятников Горного Алтая, исследователи пришли к выводу о том, что кроме промыслового значения рогов косули и утилитарных изделий, изготовленных из этого материала, найденных в пещерных комплексах Алтая, следует помнить о культовом значении рога вообще и рога косули в частности [Бородовский А.П., Кирюшин К.Ю., Кирюшин Ю.Ф. и др., 2006; Кирюшин Ю.Ф., Волков П.В., Кирюшин К.Ю. и др., 2006, с. 219; Кирюшин Ю.Ф., Кирюшин К.Ю., Семибратов В.П., 2005].

В последующем П.В. Волковым было проведено трасологическое изучение 29 перламутровых «бусин», найденных в третьем горизонте этого же памятника. В результате чего на их поверхности выявлены характерные следы:

шлифовка, полировка, сверление и др. На основе исследований были установлены основные технологические этапы их производства. В качестве сырья использовались фрагменты перламутровых раковин. Первый этап – формирование заготовки, путём грубого удаления лишних выступающих краёв по средствам выкрашивания. Второй этап – обточка на мелкозернистом абразиве с эластичной основе, в качестве которой могла выступать мягкая поверхность, покрытая пересушенной кожей. Третий этап – образование отверстий при помощи станкового лучкового сверла с минимальными прецессионными колебаниями.

При хрупкости изделия, не до конца просверленное отверстие подрабатывалось вручную с противоположенной стороны [Волков П.В., 1999, с. 23]. Четвёртый – полировка с помощью куска кожи или ткани [Волков П.В., Кирюшин Ю.Ф., Кирюшин К.Ю. и др., 2006].

В 2007 году вышла монография А.П. Бородовского, посвящённая изучению древних изделий из рога с территории Южной Сибири. Хронологически исследование охватывает эпоху палеометалла (эпоха бронзы и ранний железный век). В работе автор рассматривает цельный и полый рог, как сырьё, особенности его микро и макро строения, способы добычи и технологию раскроя. Рассматриваются и особенности обработки рога в разные исторические периоды, предметы художественной резьбы и гравировки, особенности изготовления роговых сосудов. Кроме прочего исследователь рассмотрел влияние культурных процессов на косторезное производство населения Южной Сибири [Бородовский А.П., 2007б].

В учебно-методическом пособии А.П. Бородовским был систематизирован широкий круг вопросов изучения древнего косторезного производства. Это издание является адаптированным для учебного процесса результатом предыдущих исследований автора. В пособии рассматриваются многие аспекты косторезного дела, среди которых методика исследования древнего косторезного дела; классификация костяных предметов, заготовок и отходов косторезного производства в контексте определённых археологических комплексов; реконструкция технологии производства костяных и роговых предметов; взаимодействие косторезного производства с различными промыслами; организация и специализация косторезного производства; культурные связи древнего косторезного производства. Работа снабжена обширным списком современной отечественной и зарубежной библиографии по древнему и современному косторезному производству [Бородовский А.П., 2008б]. А.П. Бородовскому принадлежит ещё целый ряд исследований по вопросам обработки кости на территории Алтая в древности и средневековье [1989; 1995а; 1995б; 1997а, б; 1999; 2008а].

Другие исследователи также касались проблем косторезного производства различных периодов. Так, некоторые аспекты технологий раннесредневековых тюркских косторезов отмечается В.А. Кочеевым и А.С. Суразаковым при исследовании материалов одиночного кургана Ябоган I. Авторам удалось проследить некоторые технологические приёмы производства вещей из кости [Кочеев В.А., Суразаков А.С., 1994, с. 74].

Интересные сведения по использованию кости для изготовления тюркских луков имеются в работе В.А. Могильникова, посвящённой публикации и анализу материалов из кургана 85 могильника Кара-Кобы-I. Было отмечено, что обе срединные накладки лука были изготовлены, судя по определению Е.Е. Антипиной, «из расколотых вдоль разных частей ребра или двух рёбер парнокопытного (крупный рогатый скот, лось, марал) с использованием для одной накладки внешней стороны ребра, для другой – внутренней стороны» [Могильников В.А., 1997, с. 204].

Изучая средневековые тюркские костяные наконечники стрел из Горного Алтая, И.В. Сальникова (со ссылкой на работу А.П. Бородовского) упоминает о технологии их изготовления следующее: при изготовлении насадов «хуннского типа» использовался приём сверления и абразивной обработки, в дальнейшем, вероятно, делали просто пропилы и шлифовали раздвоенные концы, более тщательно обрабатывалась носовая часть наконечника [Сальникова И.В., 1999, с. 153; Бородовский А.П., 1997а, с. 63]. Также в данной работе имеется ссылка на работу В.В. Горбунова [1994], в которой были подняты проблемы реконструкции вооружения тюркского воина и технология изготовления некоторых типов вооружения.

Косторезное искусство раннесредневековых тюрков Саяно-Алтая рассматривала Б.Б. Очинникова. Кроме прочего, исследовательница использовала материалы из алтайских памятников: Катанда, Кудыргэ, Кара-Коба, Узунтал, Курай, Туэкта. Говоря о технологии изготовления костяных изделий, Б.Б. Овчинникова выделила приёмы резьбы: ажурная (на проём), рельефная, объёмная и гравировка, а также указала на такой приём, как процарапывание изображения, а затем натирание его красной краской (охрой) и стирание её с гладкой поверхности так, чтобы краска осталась только в углублениях. В элементах техники резьбы по кости она прослеживает влияние традиций соседних культур [Овчинникова Б.Б., 2003].

Интересные находки, связанные с косторезным производством, были сделаны на поселении Усть-Куба. Там было обнаружено большое количество обработанных костей со следами сверления, надрезов, насечек, строгания.

Авторы исследования заложили на поселении разведочные шурфы и получили данные о том, что в районе одного из шурфов существовала мастерская по изготовлению костяных орудий [Киреев С.М., Ларин О.В., 2004].

Любопытный материал, с точки зрения реконструкции процесса косторезного производства, был получен нами в результате раскопок на городище Нижний Чепош-3 в 2009 году. Результаты изучения косторезного производства населения городищ нашли отражение в ряде работ. Среди исследованного материала были отходы косторезного производства, костяные заготовки изделий, сами изделия и их фрагменты из кости и рога. В ходе исследования были выявлены характерные для материалов городища технологические операции по обработке кости и рога, был предварительно определён набор инструментов и прослежено распределение находок по территории раскопа в плане и послойно. Исследования, касающиеся технологических операций и набора инструментов, проводились при помощи увеличительных приборов. На основе полученных результатов нами были сделаны некоторые выводы по уровню развития косторезного производства у населения оставившего чепошские городища [Штанакова Е.А., 2010б, с. 71; 2011б; 2012; Соенов В.И., Трифанова С.В., Константинов Н.А. и др., 2011; 2013 с. 100-103; Соенов В.И., Штанакова Е.А., 2011б].

Таким образом, проблема обработки кости в древности и средневековье продолжает оставаться на современном этапе недостаточно изученной отраслью ремесла. Большинство исследований, касающихся этого вопроса, произведены А.П. Бородовским, который внес большой вклад в разработку этого направления. На сегодняшний день существует необходимость масштабного привлечения поселенческих материалов с целью разработки начальных этапов разделки косторезного сырья, производства вещей и реконструкции технологического процесса косторезного производства.

1.3. Металлообработка и ювелирное дело. Первой попыткой охарактеризовать уровень развития металлообработки древнего населения Южной Сибири, в том числе Алтая, стали исследовательские работы В.В. Радлова, проведенные во второй половине XIX века. Им был реконструирован и подробно описан способ отливки медных изделий [Радлов В.В., 1894, с. 119-121]. Исследователь писал: «медные или бронзовые предметы, найденные в этих погребениях, и богатые находки таких же вещей, которые попадаются населению этой местности на пашнях, позволили нам довольно подробно обрисовать уровень культуры и степень развития людей медного периода» [Радлов В.В., с. 421].

Им отмечались часто встречаемые «чудские шурфы» – места древних горных выработок. Он писал, что большей частью медная руда выбиралась поверхностно и использовались в основном каменные орудия, а это в свою очередь, говорит о том, что население того времени еще не знало производство железа.

По мнению В.В. Радлова население, оставившее эти рудники, производило бронзовые изделия не только для своих нужд, но и для продажи [там же, с.

422]. Находки медных орудий в местах выхода золотого песка, по представлению ученого, должны свидетельствовать о развитой добыче золота в древности. Кроме прочего, были отмечены случаи находок печей по выплавке меди.

Исследователю даже удалось сделать анализ состава древних бронз и обобщить данные по их результатам [там же, с. 423]. Для характеристики уровня развития населения Алтая им привлекались и данные из китайских источников, которые свидетельствовали о развитом металлургическом производстве на Алтае [там же, с. 439].

Значительно позже С.И. Руденко охарактеризовал металлообработку у населения раннего железного века. Исследователь писал, что, очевидно, на Алтае существовала разработка рудных месторождений. Добывалось золото, серебро, медь, олово, разрабатывались и месторождения железа. В его работе присутствуют и некоторые упоминания о технике обработки металлов. По мнению С.И. Руденко, часть металлических вещей имела иностранное происхождение, вероятно, персидское [1949, с. 97-109]. Также был проведен спектральный анализ металлических изделий из курганов пазырыкской культуры.

Состав металлических изделий из Пазырыкских курганов определялся методом атомно-эмиссионной спектроскопии в дуге постоянного тока [Руденко С.И., 1953, с. 250; 1960, с. 214].

Кроме того, С.И. Руденко рассмотрел ювелирное искусство пазырыкского населения Горного Алтая. Исследователь описывает морфологические характеристики пары серёжек из Второго пазырыкского кургана. Они свидетельствуют о высоком ювелирном мастерстве изготовителя, однако автор не взялся утверждать: были они изготовлены на Алтае или имели импортное происхождение. Но им проведены некоторые дальние параллели технологии изготовления серьги, найденной во Втором пазырыкском кургане. Также С.И. Руденко отмечал, что изделие имело повреждение, полученное при эксплуатации, и имеет следы искусной починки. Вследствие этого автор отмечал, что на Алтае, по крайней мере, были мастера способные довольно искусно отремонтировать сломанное ювелирное изделие [Руденко С.И., 1952].

Еще исследователь рассматривал различные техники обработки металлов – штамповку украшений и листовой меди, разные способы литья, сварку деталей между собой. С.И. Руденко в своих исследованиях касался и инструментария [1953, с. 250-252].

В рамках изучения культуры пазырыкцев М.П. Грязнов рассматривает техники обработки железа, бронзы, золота, олова. По наблюдениям М.П.

Грязнова, пазырыкские кузнецы умели ковкой вытягивать длинные стержни, загибать их и сваривать [1950, с. 44-46].

Способ добычи железа был описан С.В. Киселевым по результатам осмотренного им в 1935 г. места обжига железной руды около Аржаной горы на Чуйском тракте и определён как сыродутный [1949].

Изучение предметов горнорудного дела из Владимировки проводилось Л.Р. Кызласовым, который обратил внимание на научную важность этих находок [1965, с. 165-168].

Большой вклад в изучение металлургии железа был сделан Н.М. Зиняковым. Исследователем была защищена сначала кандидатская диссертация на тему «Чёрная металлургия и кузнечное ремесло алтайских племён в VI-X вв.

н.э.», а затем и докторская – «Чёрная металлургия и кузнечное ремесло Западной Сибири в эпоху раннего железа и средневековья», а также издан ряд публикаций [Зиняков Н.М., 1983; 1996; 1997].

Им были рассмотрены особенности металлургии железа в ЮгоВосточном Алтае в эпоху средневековья. Были проанализированы однотипные по конструкции сыродутные горны на территории современного КошАгачского района Республики Алтай. Автор описал технологический процесс производства железа в сыродутных горнах. По мнению исследователя, сыродутные печи Юго-Восточного Алтая являются стационарными сооружениями и были рассчитаны на многократное использование. Помимо технологического процесса выплавки железа и устройства конструкции печей, Н.М.

Зиняков сделал анализ химических составов получаемых руд. Результаты химического анализа приготовленной в этих печах руды показывает, что содержание железа (в окислах) достигало 79%. В заключении автор с уверенностью утверждает, что при выплавке железа в сыродутных горнах Горного Алтая флюсы не применялись. На основе изученных материалов автор делает вывод о том, что местные металлурги в эпоху раннего средневековья достигли значительных успехов в железоделательном производстве, смогли создавать для своего времени совершенные по конструкции и высокопроизводительные сыродутные печи. Это было обусловлено, прежде всего, достижением алтайским населением достаточно высокого уровня социальноэкономического развития, а также наличием богатой и легкодоступной сырьевой базы [Зиняков Н.М., 1981, с. 120-123].

В монографическом труде Н.М. Зинякова, вышедшем в 1988 году были рассмотрены вопросы, связанные с изучением железоделательного и железообрабатывающего производства. В частности, в работе рассматривается методика исследования этих видов производств, железные руды Алтая, памятники чёрной металлургии, топливо, шлаки, технология металлургии железа, технология обработки металла. Отдельно было рассмотрено ремесло и положение ремесленников в социально-экономической структуре населения Алтая. В работе были даны описания микроструктур железных изделий из памятников, список железорудных месторождений, рудопроявлений и магнитных аномалий, а также приведен список памятников чёрной металлургии в Горном Алтае, приложены карта и ряд схем [Зиняков Н.М., 1988].

В.А. Могильниковым производились исследования остатков железоделательного производства на берегу р. Чуи. Исследователем были описаны конструкции нескольких домниц и рабочее пространство, где происходил процесс восстановления железа из руды. Автор указывает на то, что кроме получения железа на данном объекте, возможно, в более древнее время производилась выплавка бронзы, о чём свидетельствует находки соответствующей руды. В работе также отмечается сходство этих печей с теми, что были исследованы Н.М. Зиняковым [Могильников В.А., 1993, с. 53-54].

По материалам раскопок памятников на Майминском археологическом комплексе С.М. Киреевым, П.И. Кудрявцевым и Я.Ю. Полосиной сделано заключение о том, что металлургия бронзы являлась местным североалтайским производством и достигла значительного технологического совершенства и высокого художественного мастерства. Подтверждением этому служат находки как самих предметов, так и кусочка бронзы в хозяйственной яме поселения Майма-III и целого бронзолитейного комплекса (тигель, глиняные литейные формы, кусочки и всплески бронзы) на поселении Майма-II [Киреев С.М., Кудрявцев П.И., Полосина Я.Ю., 1993, с. 8].

Спектральный анализ шлаков из поселения Майма I был произведён С.В.

Корытной и Е.В. Рябковой под руководством А.И. Баженова, по результатам которого было выяснено, что они являются отходами от выплавки меди [Киреев С.М., 1986, с. 175].

Работа А.П. Уманского, посвящённая изучению вопросов, связанных с добычей и использованием золота на Алтае в древности, содержит немало полезной информации. А именно историю изучения алтайского золота по археологическим источникам, способы получения этого металла (добыча, импорт), а также технологию изготовления различных золотых украшений [Уманский А.П., 1995].

Исследование М.Ф. Розена посвящено изучению россыпей, связанных с коренными источниками рудного золота на территории Алтая и его предгорий. В частности им рассматриваются россыпные месторождения бассейна рек Бии и Катуни, а также косовое золото [Розен М.Ф., 1995].

Ю.С. Худяков изучал вопросы перехода от бронзолитейной к железоделательной технологии в оружейном производстве в Западной и Южной Сибири [1989]. Позже он рассмотрел бронзовые зеркала из могильника УстьЭдиган. Изучив морфологические характеристики изделий, исследователь делает вывод о том, что все находки зеркал из Усть-Эдигана, по всей видимости, местного производства. По сохранности металла от воздействия коррозии и качеству отливки они не отличаются от копий позднескифского времени. Одно из зеркал, по мнению автора, является местной копией с привозного образца. Нехватка ханьских зеркал способствовала попытке их местного воспроизведения [Худяков Ю.С., 1998а].

Вопросы, связанные с изготовлением железных кольчуг рассматриваются в статье В.И. Соенова и А.В. Исова, посвящённой публикации позднесредневековых кольчуг из Горного Алтая. Исследователи констатируют, что технология изготовления кольчуг была достаточно консервативна: кольчуги сплетены одинарным способом из круглых и овальных колец овального сечения.

Техника изготовления колец – сварка и клёпка [Соенов В.И., Исов А.В., 1999].

Коллективами ученых были исследованы металлические изделия, найденные в ходе раскопок на плоскогорье Укок. Так, в результате химического анализа металлических изделий из могильников Ак-Алаха-3 и Кутургунтас были получены некоторые выводы о технологических особенностях производства металлических изделий. В частности, авторами на основе проведённых элементарных анализов золотых предметов были сделаны следующие выводы. Материал для их производства был взят из одного источника и предполагается, что все они были изготовлены одним мастером. Это утверждение справедливо и для погребений Кутургунтаса и для погребений Ак-Алахи-3. Но при этом образцы имеют существенные различия. Проанализировав элементарный состав фрагментов золотой фольги, исследователи утверждают, что фольга была изготовлена из самородного золота, переплавленного с добавлением серебра и, возможно, меди. Также в работе имеются таблицы с важными данными для дальнейших исследований в этой области и аргументация гипотез об источниках золота, технологиях его переработки. Также исследователями были проанализированы изделия из меди, бронзы, железа и олова. В работе представлены содержательные таблицы, в которых отражены: микроэлементарный состав образцов, содержание элементов-примесей в изделиях [Малахов В.В., Власов А.А., Овсянникова И.А. и др., 2000, с. 162-175].

В этой же монографии были рассмотрены особенности бронзолитейного дела и сырьевые ресурсы алтайской металлургии в скифское время. В частности, были определены типы сплавов металлических изделий и обозначены их рудные источники. Исследователи сделали вывод о том, что население Алтая скифской эпохи владело многими приёмами металлургии, горнорудного дела, а также умело получать различные медные сплавы и даже легированное олово. Древние литейщики могли получать широкую гамму сплавов от «чистой» меди до «чистого» олова. При работе они применяли два технологических приёма – лужение и амальгамирование [Кундо Л.П., Щербаков Ю.Г., Рослякова Н.В., 2000, с. 176-178].

В рамках того же проекта Ю.Г. Щербаков и Н.В. Рослякова получили результаты исследований состава золотых и бронзовых изделий, определили источники металлов и способы их обработки. Согласно результатам изучения составов «археологического» золота, изделия из описываемых захоронений в Горном Алтае соответствуют расположенным здесь рудным месторождениям. Изучив морфологические особенности изделий, авторы делают вывод о том, что мастерам древнего Алтая были известны многие способы обработки золота. Прежде всего, это ковка и, в большей степени, плавка и выплавка из золотых руд [Щербаков Ю.Г., Рослякова Н.В., 2000, с. 179-187].

Выводы по уровню развития ремесла пазырыкцев были сделаны Н.В.

Полосьмак и В.И. Молодиным. Исследования показали местное происхождение золота, из которого сделаны многие находки. Исследователями установлено, что пазырыкцам был известен химический способ производства золотой фольги – амальгирование [Полосьмак Н.В., Молодин В.И., 2000].

Важным шагом в изучении возникновения и развития горнорудного дела на Алтае, стал выход в 2002 году коллективного труда, посвященного изучению древнейшего медного рудника Сибири – Владимировки. В данное издание, помимо материалов по истории открытия и исследования памятника, включены результаты лабораторного изучения находок. Так, геолог В.М. Чекалин отмечал, что медь выплавлялась из ее сульфида. Приводится мнение, что именно этим трудоёмким способом производилась добыча меди на данной территории в древности. Кроме прочего Н.Ю. Кунгуровой был проведён технико-морфологический анализ каменных орудий, найденных на памятнике. На основании исследований были сделаны выводы о функциональном предназначении орудий. Несколько каменных орудий, отличающихся друг от друга в основном по размерам, представляли собой отбойники-кайла, использовавшиеся при раскалывании и отщеплении породы. Ещё одна группа орудий была определена как инструменты для разбивания твёрдого хрупкого материал. Гальки, обнаруженные на древнем руднике, по полученным данным использовались в течение довольно короткого времени во вспомогательных целях при разработке породы. Крупное клиновидное орудие, предположительно, могло быть использовано в качестве колуна, клина для расщепления породы. Анализ вещей показывает, что инструменты связаны с операциями откалывания породы, её разбивания, дробления. Кроме того, в работе высказывается предположение, что у афанасьевцев выделилась «каста» рудоискателей. Также были даны результаты спектрального анализа двух металлических изделий из погребений афанасьевской культуры [Баженов А.И., Бородаев В.Б., Малолетко А.М., 2002].

В том же году вышла статья Ю.Ф. Кирюшина, А.Л. Кунгурова, А.А.

Тишкина [2002], посвященная изучению предметов из Владимировки, что еще раз подчеркивает важность этих находок для истории развития горнорудного дела на Алтае.

Вопросы изучения древнего и средневекового серебра рассматривались А.П. Бородовским. Им был произведен обзор этой проблемы. Автор рассмотрел металлургические памятники обширной территории, в том числе Горного Алтая. А.П. Бородовский охарактеризовал уровень металлургического производства на территории алтайского металлургического центра в разные исторические периоды. Исследователь заключает, что добыча и обработка серебра наряду с другими металлами (золотом, медью, железом) к концу I тыс.

до н.э. в Сибири достигает своего расцвета, который затем сменяется упадком для целого ряда горно-металлургических областей всего региона и сопредельных территорий. На основе своих наработок он выделил несколько проблем, связанных с изучением древнего серебра. В частности, рассмотренный более чем на четырёхтысячелетнем отрезке времени процесс поиска, добычи, применения и перераспределения древнего сибирского серебра достаточно гибко и точно отражает многие особенности исторического развития этого региона. Эта взаимосвязь касается не только таких масштабных событий, как смена эпох, крушения культурно-исторических единств, но и событий регионального масштаба, непосредственно связанных с местными ресурсами и этнической ситуацией. В этом смысле общий обзор явлений даёт возможность создать целостную картину исторических процессов для конкретного вида производственного сырья. Ещё одна из ключевых проблем в изучении древнего серебра в Сибири – его качественный анализ средствами естественнонаучных методов. В рамках проекта «Древнее серебро Сибири» исследователем было предпринято комплексное изучение образцов сибирского серебра широкого хронологического спектра. Результаты исследований частично приведены в публикации. Судя по составу, группы проб представлены серебром, выработанным при плавлении оловянистых руд. Такого типа объекты имеются в Рудном Алтае, Казахстане и Средней Азии [Бородовский А.П., 2003].

Кратко история литейного производства на Алтае рассматривается в работе А.А. Апполонова, А.М. Гурьева и В.А. Маркова. Ими приводятся технические приёмы алтайских литейщиков, способ добычи руды и получения металла [Апполонов А.А., Гурьев А.М., Марков В.А., 2003, с. 3].

В коллективном труде «Древнее серебро Сибири» были рассмотрены вопросы, касающиеся состава древнего и средневекового серебра юга Западной Сибири, изделия из олова с территории Саяно-Алтая, а также затрагиваются вопросы источников серебра Сибири в древности. Были освещены общие вопросы расположения горно-металлургических областей и районов Сибири; рассмотрены конкретные серебряные вещи из памятников разных исторических периодов; приведены данные определений составов древних металлических изделий, состоящие из результатов микрорентгеноспектральных анализов серебряных изделий разных эпох и территорий Сибири (в том числе по Горному Алтаю); рассмотрены оловянные изделия СаяноАлтая и перечислены предметы из олова, найденные при раскопках памятников Горного Алтая; затронуты некоторые вопросы, связанные с технологией производства олова. Опираясь на данные по составу металла, исследователи отмечают, что в изделиях данного времени использовалось чистое серебро без заметных примесей. Исследователи предполагают, что в качестве наиболее вероятного источника было самородное серебро из россыпей или зон окисления руд серебросодержащих месторождений. Работа снабжена картами расположения месторождений серебра в Южной Сибири и снимками структур металла серебряных изделий [Бородовский А.П., Оболенский А.А., Бабич В.В. и др., 2005].

Раннесредневековые тюркские бронзовые и серебряные изделия, найденные на Алтае, изучены Н.В. Росляковой и Ю.Г. Щербаковым. Был произведен анализ элементарного состава этих вещей. В их работе были представлены результаты микрозондового анализа серебряных изделий и бронзовых поясных блях; спектрального анализа «археологического» материала; перечёта содержания элементов, а также спектрограммы. По результатам проведённого сопоставления элементных составов археологических находок и многочисленных полиметаллических и золотосеребряных месторождений Рудного и Степного Алтая авторы исследования делают вывод об их тождественности, как по соотношению главных рудных компонентов, так и по примерным пределам вариаций содержания этих металлов в природных рудах и археологических объектах. Это подтверждают многочисленные находки в данных районах древних отработок и сопровождаемых шлаками мест плавки металлов [Рослякова Н.В., Щербаков Ю.Г., 2005].

Некоторые данные по металлообработке населения Алтая раннескифского времени были получены А.А. Тишкиным при изучении украшений из памятников Горного Алтая. В частности, были получены результаты спектрального анализа бронзовых и золотых серег, рассмотрены технологические особенности изготовления украшений [Тишкин А.А., 1999, с. 184].

Т.Г. Горбуновой, А.А. Тишкиным и С.В. Хавриным был проведён технико-технологический и спектральный анализ предметов конского снаряжения из средневековых памятников Горного и Лесостепного Алтая, хранящихся в фондах Музея археологии и этнографии Алтая АлтГУ, в Алтайском государственном краеведческом музее, Историко-краеведческом музее АлтГПА и в фондах Государственного Эрмитажа. Рассмотрены такие категории изделий, как наконечники и распределители ремней, султанчики, бляхи. Было выделено несколько групп медных сплавов. По мнению авторов, на данном этапе исследований стало ясно, что наиболее важным показателем являлось наличие или отсутствие в составе металла примеси цинка. На предметах тюркской культуры Алтая, в отличие от большинства находок из западносибирской лесостепи, технология золочения отсутствует на украшениях конского снаряжения. В заключении авторы делают вывод о том, что набор оловянистых рудных примесей в составе подавляющего большинства изделий на медной основе (мышьяк, сурьма, свинец, серебро) обычен для Саяно-Алтая как для средневековья, так и для предшествующего периода [Горбунова Т.Г., Тишкин А.А., Хаврин С.В., 2006, с. 346-348]. По материалам раннесредневековых памятников Алтая Т.Г. Горбунова, А.А. Тишкин, С.В. Хаврин проводят исследование по использованию благородных металлов в изготовлении украшений конского снаряжения [2007, с. 199-202]. В последующем этот коллектив авторов оформил исследования украшений конского снаряжения из памятников Алтая в виде монографического труда. В работе был представлен иллюстрированный каталог металлический украшений конского снаряжения, сопровождающийся результатами рентгенофлюоресцентного анализа изделий. В третьей главе монографии изложены основные аспекты технологии изготовления и декорирования художественного металла по археологическим материалам. Четвёртая глава посвящена непосредственно изучению результатов рентгенофлюоресцентного анализа средневековой торевтики Алтая. В результате чего, авторами было выяснено, что общая геохимическая основа исследованных украшений свидетельствует о стабильных сырьевых источниках, которые могли использоваться длительное время. В состав сплавов для изготовления художественного металла чаще входило серебро, золото в таком качестве применялось в несколько раз реже и преимущественно на территории Горного Алтая. Определенное количество украшений анализируемой серии оформлено с помощью дополнительных технологических приёмов декорирования – золочения и лужения [Горбунова Т.Г., Тишкин А.А., Хаврин С.В., 2009].

Предварительные результаты спектрального анализа металлических изделий из могильника Яломан-II опубликованы А.А. Тишкиным и С.В. Хавриным. Спектральный анализ сплавов на основе меди и серебра показал, что большинство исследованных изделий имеет местное происхождение и только некоторые изделия, легированные большим количеством олова, имеют импортное (китайское) происхождение [Тишкин А.А., Хаврин С.В., 2004]. Сведения о результатах определения состава металла из могильника Яломан-II, относящегося к гунно-сарматскому времени, имеются в другом сообщении А.А. Тишкина. Исследования показали, что зеркала имеют китайское происхождение, за исключением одного экземпляра из кургана 57 – местной подделки китайского зеркала [Тишкин А.А., 2006]. В последующем автор опубликовал результаты нового рентгенофлюоресцентного анализа нескольких находок из могильника Яломан-II. Эти данные могут быть важны при изучении источников металла, местности их производства [Тишкин А.А., 2010].

В работе, посвященной изучению металлических украшений женских головных уборов монгольского времени, А.А. Тишкиным приводятся сведения, которые могут быть использованы при исследовании вопросов, связанных с металлургией средневекового населения Алтая. В частности, в статье имеются результаты РФА металлического украшения женского головного убора из могильника Кудыргэ, которое хранится в Государственном Эрмитаже. Состав изделия оказался серебряным с примесью меди, свинца и золота. Его состав был аналогичен оправе деревянной палочки из той же могилы [Тишкин А.А., 2007].

А.А. Тишкиным и Н.Н. Серёгиным подготовлено специальное монографическое исследование, посвящённое изучению древних и средневековых металлических зеркал, хранящихся в Музее археологии и этнографии Алтая Алтайского государственного университета. Среди исследованных экспонатов целый ряд изделий происходит из памятников Алтая. В монографии были приведены результаты рентгенофлюоресцентного анализа и результаты определения химического состава металлических зеркал. В заключение главы авторы пишут о том, что все находки относятся к разным историческим периодам, каждый из которых характеризуется особенностями производства таких изделий. Так, в раннескифское время основным сплавом была оловянистая бронза, в последующее пазырыкское время наступает её дефицит и наблюдается существенное разнообразие рецептур. В это время появляются импортные вещи, демонстрирующие сложную технологию производства.

Такие предметы имеются и среди исследованных авторами. Встречаются и подделки китайского импорта – в памятнике гунно-сарматского времени Яломан-II. Об этом свидетельствуют результаты РФА и литейный брак при изготовлении. По мнению авторов, на основе РФА, можно сделать вывод о том, что многие рассмотренные средневековые изделия предположительно изготовлены китайскими или среднеазиатскими ремесленниками и являются на Алтае предметами импорта. В монгольское время существовала своя специфика в изготовлении и использовании металлических зеркал. Кроме так называемой китайской технологии, фиксируются и другие [Тишкин А.А., Серёгин Н.Н., 2011].

Барнаульскими археологами также были исследованы женские металлические украшения из кургана 11 могильника Степушка-1. В их статье имеются сведения, имеющие значение для изучения древних производств. В частности, в работе представлены результаты РФА бронзовых предметов украшения. По словам авторов, полученные результаты демонстрируют специфический набор показателей, характеризующих различные сплавы на медной основе [Тишкин А.А., Матрёнин С.С., Шмидт А.В., 2011].

В 2007 году С.В. Хавриным были получены результаты РФА металлов (бронза) для 46 образцов из 12 могильников скифского времени Горного Алтая. Основным сплавом для пазырыкской культуры являлась мышьяковая бронза. Исследования, проведенные ранее (основанные на анализе 66 изделий из пяти скифских могильников Средней Катуни), выяснили, что в инвентаре ранних погребений существенно выше процент оловянистых бронз (от трети до половины), а в поздних погребениях количество оловянистых бронз снижается до 10-20 %. Также встречаются экземпляры, выходящие за пределы закономерности [Хаврин С.В., 2007].

Кроме того, С.В. Хаврин рассмотрел древнейшие находки из металла, найденные на территории Горного Алтая. Им были обозначены вопросы, связанные с металлургией афанасьевского населения. В частности, в работе приведены результаты одного из первых исследований химического состава металлических изделий (преимущественно медь, реже – золото и метеоритное железо). Исследованию подвергались не только предметы из афанасьевских памятников, но и из памятников, культурная принадлежность которых окончательно не определена. Ученый пришёл к следующим выводам: алтайские афанасьевцы, наряду с использованием самородной меди, практиковали выплавку металла из руд с повышенным содержанием мышьяка [Грушин С.П., Тюрина Е.А., Хаврин С.В., 2006]. Но в алтайских бронзах, в отличие от минусинских, содержится большее количество мышьяка при меньшем содержании остальных рудных примесей. По результатам анализа предметов из памятников с неопределённой культурной принадлежностью, исследователем было выяснено, что такие сплавы были характерны для других регионов – Минусинской котловины и приалтайских степей. Кроме того, в работе имеются таблицы с результатами рентгенофлюоресцентного анализа металлических изделий Горного Алтая афанасьевской культуры и эпохи бронзы [Хаврин С.В., 2010].

В другой работе С.В. Хаврин изучил металлы Саяно-Алтая энеолита и ранней бронзы. В Государственном Эрмитаже им была проведена серия исследований металла с территории Саяно-Алтая. На основе изученных образцов автор сделал вывод о том, что в период ранней бронзы на Алтае, как и в Минусинском крае, наряду с использованием самородной меди, практиковали выплавку металла из руд с повышенным содержанием мышьяка. Но, в отличие от минусинских ранних бронз, в алтайских содержится большее количество мышьяка при меньшем содержании остальных рудных примесей [Хаврин С.В., 2008, с. 211].

В.А. Поповым и О.Д. Аюновой было проведено исследование алтайскотувинских связей в древнем горно-металлургическом производстве. Рассматривая металлургию афанасьевского и карасукского населения, авторы, учитывая полученный на тот момент материал по древнему горнометаллическому производству, высказали мнение, что племена носителей карасукской культуры проникли в Туву из смежных районов Алтая. В заключении статьи исследователи делают вывод о том, что существенную роль в развитии горно-металлургического производства сыграли алтае-тувинские связи на раннем этапе и, возможно, которые сохранялись длительное время и на более поздних этапах [Попов В.А., Аюнова О.Д., 2007].

Сведения о результатах спектрального анализа бронз из погребений могильника Верх-Уймон, проведённого С.В. Хавриным, имеются в сообщении В.И. Соенова и С.В. Трифановой. В работе делается вывод о том, что исследованные бронзы имеют местное происхождение. Подобные оловянистые бронзы встречаются также в памятниках Горного Алтая гунно-сарматского времени, но являлись китайским импортом. По мнению С.В. Хаврина, в результате переплавки старых изделий было сплавлено серебро с белой оловянистой бронзой (или свинцово-оловянистой) [Соенов В.И., Трифанова С.В., 2008].

В 2009 году коллективом авторов была подготовлена и издана монография, в которой Алтай рассматривался в системе металлургических провинций энеолита и бронзового века. В работе изложены результаты изучения алтайского и минусинского афанасьевского металлокомплексов. Авторы делают вывод о том, что при сравнении минусинского и алтайского металла выделяются некоторые особенности, характерные для двух регионов. Эти особенности связаны с отличиями в составе металла, его применением при изготовлении различных категорий вещей, морфологическими особенностями предметов. Однако выявленная специфика может являться отражением недостаточного количества и качества источников, поэтому вопрос о наличии в рамках афанасьевской культуры двух металлургических очагов, алтайского и минусинского, остаётся открытым и зависит от появления новых материалов и рассмотрения вопросов технологии изготовления изделий из металлов горнорудных объектов, связанных с афанасьевской культурой. Была рассмотрена металлургия раннего, среднего и позднего бронзового века. Авторы охарактеризовали территорию Алтая в системе металлургических провинций энеолита и бронзового века. Они отнесли Горный Алтай к системе РудноАлтайского горно-металлургического центра. В эпоху энеолита территория Алтая в свою очередь включается в Афанасьевский алтайский очаг металлургии.

В бронзовом веке Горный Алтай входит в состав Елунинского очага металлургии. Авторы придерживаются точки зрения о том, что территорией формирования сейминско-турбинских традиций являлся Алтай. В этот период на Алтае проживают носители каракольской культуры. Их металлургию исследователи относят к елунинскому этапу развития сейминско-турбинских традиций конца III – 1-я четверти II тыс. до н.э. Очаги металлургии и металлообработки позднего бронзового века и переходного периода от бронзы к раннему железному веку включают в себя, по результатам исследований авторов, Рудный Алтай, Горный Алтай и Верхнее Приобье. В работе исследователями также рассматриваются такие вопросы, как технология производства бронзовых изделий и её изменения в зависимости от исторического периода [Грушин С.П., Папин Д.В., Позднякова О.А. и др., 2009].

Результаты спектрального анализа одного бронзового изделия тюркской культуры имеются в работе Е.В. Шелеповой, посвящённой изучению предметов торевтики из ритуальных сооружений тюркской культуры и некоторых случайных находок. Результаты изучения бляхи-накладки из Карасу демонстрируют бронзовое изделие с характерным набором компонентов, что даёт основания автору датировать изделие 2-й половиной VI – 1-й половиной VII вв. и синхронизировать с кудыргинским этапом тюркской культуры [Шелепова Е.В., 2010, с. 59].

С.М. Киреевым, Е.А. Штанаковой и В.М. Моносовым были рассмотрены находки украшений из разрушенного погребения гунно-сарматского времени долине р. Бугузун в Южном Алтае. Среди находок были массивные бронзовые бляхи, подвески из клыков марала, множество плоских бусин-нашивок. Авторами был проведен анализ технологических особенностей бронзовых блях, основанный на органолептических методах. Были выявлены основные операции по изготовлению блях и инструментарий, необходимый для производства рассматриваемых украшений [Киреев С.М., Штанакова Е.А., Моносов В.М., 2012].



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
 
Похожие работы:

«Вишев Игорь Игоревич СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ЗОЛОТОПРОМЫШЛЕННОСТИ НА ЮЖНОМ УРАЛЕ В XIX ВЕКЕ Специальность 07.00.02 – Отечественная история Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель : Доктор исторических наук, профессор, Заслуженный деятель науки Российской Федерации А.П. Абрамовский Челябинск 2002 ОГЛАВЛЕНИЕ Стр. ВВЕДЕНИЕ Глава I. СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ПРОЦЕССОВ РАЗРАБОТКИ И ДОБЫЧИ ЗОЛОТА НА...»

«ПЕТРОВА Людмила Ивановна ГОРОДСКОЙ МУЗЕЙ И ВЛАСТЬ: 1880-е – 1930-е ГОДЫ (ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ МУЗЕЙ, МУЗЕЙ СТАРОГО ПЕТЕРБУРГА, МУЗЕЙ ГОРОДА) Специальность 07.00.02. — Отечественная история Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель д. и. н., профессор Ю. В. Кривошеев Санкт-Петербург 2014 СОДЕРЖАНИЕ Введение.. Глава 1. Петербургский городской музей. 1.1. Создание Петербургского...»

«БАШИЕР НИЖУД ХАССАН Проблемы экономического развития царства Мероэ (VIII в. до н.э. – IV в. н.э.). Специальность 07.00.03 – всеобщая история (Древний мир и Средние века) Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель доктор исторических наук, профессор Кормышева Э.Е. Москва - ОГЛАВЛЕНИЕ...»

«ПИМЕНОВА ЕКАТЕРИНА ЛЕОНИДОВНА ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯЕ И РАЗВИТИЯ Е ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ТУРИЗМА В РОССИИ НА РУБЕЖЕНА РУБЕЖЕ ХХ -– XXI ВЕКОВ (НА ПРИМЕРЕ УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ) Специальность 07.00.02 – отечественная история Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель : доктор исторических наук, профессор Мерзлякова Г.В....»








 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.