WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

На правах рукописи

Клюшников Станислав Сергеевич

ИНСТИТУТ ДОСУДЕБНОГО СОГЛАШЕНИЯ

О СОТРУДНИЧЕСТВЕ И ЕГО

УГОЛОВНО-ПРАВОВОЕ ЗНАЧЕНИЕ

Специальность 12.00.08 – уголовное право и криминология; уголовноисполнительное право

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Краснодар 2013 2

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Кубанский государственный университет»

Научный руководитель: Коняхин Владимир Павлович, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ

Официальные оппоненты: Тарханов Ильдар Абдулхакович, доктор юридических наук, профессор, декан юридического факультета Казанского (Приволжского) федерального университета, заслуженный юрист Республики Татарстан Соболев Вячеслав Васильевич кандидат юридических наук, доцент, декан факультета повышения квалификации судей Северо-Кавказского филиала ФГБОУ ВПО «Российская академия правосудия»

заслуженный юрист РФ

Ведущая организация : ФГБОУ ВПО «Российская правовая академия Министерства юстиции Российской Федерации»

Защита диссертации состоится 20 декабря 2013 г. в 12-00 часов на заседании диссертационного совета Д 220.038.11 при ФГБОУ ВПО «Кубанский государственный аграрный университет» по адресу: 350044, г. Краснодар, ул. Калинина, 13, ауд. 215.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Кубанский государственный аграрный университет» и на сайте: www.kubsau.ru Автореферат разослан «19» ноября 2013 г.

Ученый секретарь диссертационного совета Шульга Андрей Владимирович

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность диссертационного исследования. Неотвратимость и справедливость наказания - важные принципы уголовного права, сформулированные еще в XVIII в. Чезаре Беккариа, не утратили своей актуальности и в XXI в. Однако генезис уголовно-правовой системы современности сформировал концептуальное понимание о том, что профилактика преступного поведения не может сводиться лишь к назначению уголовных наказаний. В деле противодействия криминальным проявлениям получают распространение новые подходы, в том числе и компромиссные, основанные на договоре с лицом, совершившем преступление.

Важным способом нейтрализации преступности является обеспечение положительного посткриминального поведения лица, виновного в совершении противоправного деяния, посредством применения уголовно-правовых и процессуальных механизмов регулирования отношений, возникающих в связи с совершенным преступлением. Кроме того, в условиях тотального роста транснациональной организованной преступности необходимы разработки и различных институтов, позволяющих привлекать к сотрудничеству лиц, состоящих в преступных организациях и сообществах. К таковым относится институт досудебного соглашения о сотрудничестве. Несмотря на то, что в отечественном уголовном праве учет постпреступного поведения виновного традиционно включался в сферу правовой оценки, названный институт появился в законодательстве лишь в 2009 г. Причиной этого послужили изменившиеся подходы к оценке сущности уголовного судопроизводства и целей наказания, а также происходящие процессы консолидации частного и публичного права. В правовой доктрине не утихают споры о целесообразности подобной законодательной новеллы. В уголовно-правовой и процессуальной науке немало сторонников и противников этого института. Но уже сейчас по истечении 4 лет практического его применения, такое соглашение о сотрудничестве заключается примерно в 35 % уголовных дел ежегодно.

Это свидетельствует о его востребованности и эффективности.

Вместе с тем, сконструированное во многом по образу и подобию итальянского «abbreviato» и «patteggiamento», отечественное досудебное соглашение о сотрудничестве на практике столкнулось с многочисленными проблемами, обусловленными отсутствием его четкой формализации в законе. Кроме того, сложный характер рассматриваемого института создает проблему, как межотраслевой интеграции, так и дифференциации. Дефиниция «досудебного соглашения о сотрудничестве» вопреки юридической логике закреплена в УПК РФ. Помимо этого, определенные трудности внутриотраслевой консолидации уголовно-правовых предписаний возникают при назначении наказания лицу, заключившему досудебное соглашение о сотрудничестве, поскольку законодатель ввел в УК РФ необоснованные изъятия из общих начал назначения наказания.

Несмотря на остроту обозначенной проблематики, уголовно-правовое ее осмысление в отечественной правовой доктрине носит достаточно фрагментарный характер. В основном на монографическом уровне исследуются уголовно-процессуальные аспекты досудебного соглашения о сотрудничестве.

Все это предопределяет необходимость в научных разъяснениях и практических рекомендациях, обуславливает поиск путей совершенствования уголовно-правовой регламентации института досудебного соглашения о сотрудничестве. Указанные обстоятельства обусловили выбор темы настоящего исследования и ее актуальность.

Целью диссертационного исследования является комплексный анализ института досудебного соглашения о сотрудничестве и выработка на этой основе предложений по дальнейшему совершенствованию УК РФ и практики его применения.

Достижение указанной цели определило постановку и решение следующих задач:

- провести сравнительный историко-правовой анализ института досудебного соглашения о сотрудничестве в рамках отечественного уголовного законодательства;

- раскрыть юридическую природу, признаки и уголовно-правовое значение института досудебного соглашения о сотрудничестве;

- установить структуру института досудебного соглашения о сотрудничестве;

- выявить особенности законодательного описания института досудебного соглашения о сотрудничестве в УК отдельных зарубежных стран;

внести предложения по оптимизации норм УК РФ, регламентирующих институт досудебного соглашения о сотрудничестве.

В качестве объекта диссертационного исследования выступает досудебное соглашение о сотрудничестве как социально-правовое явление, нашедшее отражение в уголовном и уголовно-процессуальном законе и порождающее общественные отношения, связанные с его реализацией в ходе судебно-следственной практики.

Предметом исследования являются:

- совокупность нормативных правовых актов, так или иначе связанных с регламентацией института досудебного соглашения о сотрудничестве;

- материалы следственной и судебной практики по вопросам уголовноправовой оценки досудебного соглашения о сотрудничестве;

- тенденции развития и особенности легального описания досудебного соглашения о сотрудничестве в российском и зарубежном уголовном законодательстве;

- юридико-технические условия эффективности применения норм о досудебном соглашении о сотрудничестве.

Степень научной разработанности темы. Основу диссертационной работы составили труды отечественных ученых-юристов по общим проблемам позитивного (постпреступного) поведения лица, совершившего преступление: Х.Д. Аликперова, Ю.В. Голика, В.А. Елеонского, И.Э. Звечаровского, Р.М. Мелтоняна, Р.А. Сабитова, И.А. Семенова, И. А. Тарханова и др.

Кроме того, были изучены работы, раскрывающие общие начала назначения наказания и содержание смягчающих наказание обстоятельств: Е.В.

Благова, Л.А. Долиненко, В.И. Зубковой, А.В. Ищенко, И.И. Карпеца, Л.Л.

Кругликова, Н.Ф. Кузнецовой, А.А. Мясникова, О.А. Мясникова, Л.А. Прохорова, Р.А. Рагимова, В.И. Селиверстова, П.П. Серкова, В.В. Соболева, М.Н. Становского, М.Т. Ушаковой, Г.И. Чечеля, А.П. Чугаева, М.Д. Шаргородского, А.А. Шишкина, и др.

Автором также исследованы доктринальные источники, которые непосредственно посвящены научному осмыслению института досудебного соглашения о сотрудничестве: А.С. Алесандрова, В.М. Баранова, М.М. Головинского, Н.П.Кириллова, Н.А. Колоколова, А.В. Пиюка, А.В. Савкина, А. В.

Сорокина, Р.А. Нищенко, С.П. Щербы, В.В. Хатуаева и др.

Обзор монографических и диссертационных исследований, иных публикаций позволяет сделать вывод, что они в большинстве своем носили достаточно фрагментарный характер и в основном касались уголовнопроцессуальных аспектов досудебного соглашения о сотрудничестве. Другими словами, комплексный межотраслевой анализ этого института до сих пор в отечественном правоведении еще не проводился.

Методология и методы исследования. Методологической основой исследования являются общенаучные методы познания, прежде всего системный подход к изучению проблемы досудебного соглашения о сотрудничестве, а также положения, выработанные в философии, социологии, истории и различных отраслях права, базирующиеся на принципах материалистического научного познания (исследования) сущности уголовно-правовых институтов как специфических общественных явлений. В частности, при проведении исследования использовались формальные (диалектический, историко-правовой, сравнительно-правовой, логико-юридический анализ и др.) и содержательные (философский, социологический и криминологический анализ) методы познания.

Нормативной базой исследования является Конституция РФ, действующее российское уголовное и уголовно-процессуальное законодательство, уголовное законодательство 13 зарубежных государств (Австралии, Великобритании, Грузии, Израиля, Испании, Италии, Республики Беларусь, Республики Болгария, Республики Польша, Украины, США, Франции, ФРГ) и уголовно-процессуальное законодательство 4 зарубежных государств (Италии, Испании, США, Франции).

Эмпирическую базу исследования составили: опубликованная за период с 2009 по 2013 гг. практика Верховного Суда РФ; практика за тот же период Московского областного суда, Семилукского суда Воронежской области, Хостинского и Центрального районных судов г. Сочи, (всего изучено 95 уголовных дел); официальная статистика преступности за период с по 2013 гг., результаты авторского анкетирования сотрудников Следственного управления Следственного комитета РФ по Московской области и федеральных судей (всего 110 респондентов).

Научная новизна диссертационного исследования заключается в том, что оно является одним из первых комплексных межотраслевых исследований теоретических и практических аспектов института досудебного соглашения о сотрудничестве, возникших после его законодательного закрепления в 2009 г.

В отличие от общепринятого подхода данный институт рассматривается через призму межотраслевой интеграции и дифференциации УК и УПК РФ, а также целого ряда других нормативных предписаний, применение которых прямо или косвенно сопряжено с институтом досудебного соглашения о сотрудничестве.

В работе предлагается относительно новое легальное определение досудебного соглашения о сотрудничестве; представлено системное понимание указанного института, его признаков и структуры; обосновывается изменение порядка назначения наказания при наличии досудебного соглашения о сотрудничестве. При этом учитывались последние достижения отечественной уголовно-правовой доктрины, новейший зарубежный законотворческий опыт, а также современные потребности федеральной и региональной (в том числе, на примере Московской области и Краснодарского края) судебной практики. Разработанная в ходе исследования авторская концепция института досудебного соглашения о сотрудничестве позволила сформулировать ряд предложений по совершенствованию действующего уголовного законодательства РФ и практики его применения.

В частности, критерию научной новизны соответствуют авторские предложения: о закреплении дефиниции досудебного соглашения о сотрудничестве в УК РФ; дополнении перечня обстоятельств, смягчающих наказание; оптимизации положений УК РФ, относящихся к назначению наказания при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве.

Научная новизна диссертационного исследования нашла отражение в положениях, выносимых на защиту.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Становление поощрительных норм, стимулирующих положительное постпреступное поведение виновного, в уголовном праве России носило поступательный характер и в своем развитии прошло следующие основные этапы: 1) формирование общего подхода к правовой оценке позитивного посткриминального поведения виновного как обстоятельства смягчающего наказание (договорные начала наказания за «обиду» в Русской правде; «явка с повинной» в ст. 96 Артикула Воинского); 2) возникновение «зачатков» института досудебного соглашения о сотрудничестве в ч.3 ст.157 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., в которой впервые к смягчающим обстоятельствам были отнесены «признание вины» и «выдача сообщников преступления»; 3) законодательное закрепление в 2009 г. досудебного соглашения о сотрудничестве как обстоятельства, смягчающего наказание (ч. 2, 4 и 5 ст.62 УК РФ; ст.63 УК РФ).

2. Досудебное соглашение о сотрудничестве - это межотраслевой, договорный, компромиссный, поощрительный институт. Его структура представлена нормативными предписаниями различной отраслевой принадлежности и включает: дефиницию (п. 61 ст. 5 УПК РФ); правила назначения наказания (ч.2 и 4 ст.62, ст.63 УК РФ); процедурные предписания (гл.40 УПК РФ). Он имеет уголовно-правовое «ядро», что требует его исключения из п.61 ст. 5 УПК РФ и закрепления его понятия в ст. 63 УК РФ в следующей редакции:

Статья 63. Досудебное соглашение о сотрудничестве «1. Досудебным соглашением о сотрудничестве признается соглашение, заключенное в установленной законом процессуальной форме, в соответствии с которым:

а) лицо, совершившее преступление, возлагает на себя обязательства по деятельному раскаянию, активному способствованию раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления и розыску имущества, добытого в результате преступления, а также по возмещению причиненного ущерба;

б) уполномоченные государственные органы принимают на себя обязательства по освобождению такого лица от наказания, если преступление совершено впервые, является небольшой или средней тяжести, либо при невозможности полного освобождения от наказания, по его смягчению, если в действиях такого лица нет состава иного преступления.

2. Если лицо, совершившее преступление, не выполнило условия досудебного соглашения о сотрудничестве, суд назначает ему наказание в общем порядке без применения положений частей второй и четвертой статьи настоящего Кодекса».

3. Досудебное соглашение о сотрудничестве выступает в качестве объективной и субъективной причины существенного снижения общественной опасности личности виновного, что порождает необходимость смягчения наказания без каких-либо дополнительных оговорок и ограничений. В связи с этим целесообразно дополнить ч. 1 ст. 61 УК РФ новым смягчающим обстоятельством – «заключение досудебного соглашения о сотрудничестве» (п.

«и»). Кроме того, из ч. 2 ст. 62 УК РФ следует исключить указание на отсутствие отягчающих обстоятельств, изложив ее в следующей редакции:

«В случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве срок или размер наказания не могут превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса».

4. Уголовно-правовые нормативные предписания о порядке назначения наказания в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве носят непоследовательный и коллизионный характер. Законодатель необоснованно прибегает к оценочным формулировкам (типа «какие-либо иные существенные обстоятельства» (ст. 63 УК РФ)) либо допускает необоснованные изъятия из общих начал назначения наказания (в частности, неприменение ст. 64 УК РФ при назначении наказания лицу, нарушившему досудебное соглашение о сотрудничестве). В контексте изложенного дальнейшее совершенствование законодательного описания рассматриваемого института должно происходить по трем направлениям: 1) минимизации в использовании оценочных понятий и признаков; 2) максимальной формализации оснований, условий и последствий его применения; 3) гармонизации со всеми смежными нормами и институтами уголовного и уголовнопроцессуального права.

5. Заслуживает самого пристального внимания опыт регламентации института досудебного соглашения о сотрудничестве в странах общего права, а, именно:

- обладание таким соглашением всеми признаками договора между прокурором и обвиняемым;

- придание возмещению вреда потерпевшему статуса обязательного условия заключения соглашения (сделки);

- дифференциация соглашения (сделки) на два вида - 1) о признании вины, которая реализуется в трех подвидах: о признании вины в обмен на смягчение обвинения, о признании вины в обмен на снижение наказания, о признании вины в обмен на смягчение обвинения и снижение наказания; 2) о сотрудничестве со следствием: сотрудничество, в рамках которого лицо не может преследоваться за содеянное, сотрудничество в рамках соглашения о признании вины;

- право суда назначить наказание ниже уровня, установленного законом в качестве минимального наказания, как поощрение за существенное содействие подсудимого расследованию или уголовному преследованию другого лица, совершившего преступление (& 3553(е)) Свода законов США.

6. Интерес представляет также специфика досудебного соглашения о сотрудничестве в странах континентальной системы права, которая заключается в следующем:

- как правило, это «сделка с правосудием», выражается в договоре с прокуратурой, результатом которого выступает снятие с обвиняемого части обвинений либо изменение квалификации преступления на менее тяжкое в обмен на признание им своей вины;

- применение данного института ориентировано в большей степени на дела о преступлениях, за которые предусмотрены незначительные меры наказания (исключение составляет итальянское «abbreviato»);

- условием заключения сделки не является признание вины, достаточно лишь согласия с обвинением (итальянское «abbreviato» и «patteggiamento»;

испанское «conformidad»; немецкое «absprachen»);

- заключение сделки предполагает наступление четко описанных в законе последствий для виновного: в итальянском «patteggiamento» и французском «reconnaisance prelable de coupabilit» суд обязан снизить наказание на две трети по сравнению с той мерой, которую предусматривает уголовный закон за данное преступление; испанский «juicios rpidos» предусматривает уменьшение размера наказания на одну треть;

- признание вины обвиняемым позволяет, при согласии прокурора, назначить наказание в виде тюремного заключения сроком не более одного года и не более половины срока, который подсудимый мог бы получить; при этом наказание в виде тюремного заключения может быть условным (ст.

495-8 УПК Франции).

Теоретическая значимость исследования состоит в том, что в работе предпринята попытка комплексного анализа института досудебного соглашения о сотрудничестве, практической деятельности по назначению наказания при заключении подозреваемым, обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве. Основываясь на изучении мнений известных ученыхюристов, точек зрения сотрудников судебно-следственных органов РФ, автор сформулировал собственные предложения теоретического и практического характера, направленные на развитие и совершенствование уголовноправовой регламентации института досудебного соглашения о сотрудничестве.

Практическая значимость исследования заключается в том, что выводы и рекомендации, изложенные в диссертации, могут быть использованы в ходе дальнейшего совершенствования Уголовного кодекса РФ; при подготовке разъяснений Пленума Верховного суда РФ; в правоприменительной деятельности представителей следственных и судебных органов; в научноисследовательской работе по данной проблематике; в учебном процессе при преподавании курса уголовного права и спецкурса «Назначение наказания».

Апробация результатов исследования.

Диссертация подготовлена и обсуждена на кафедре уголовного права и криминологии Кубанского государственного университета, на заседании которой проходило ее обсуждение.

Основные результаты диссертационного исследования отражены в научных статьях автора (общим объемом 2,1 п.л.), 3 из которых опубликованы в изданиях, рекомендованных ВАК. Его основные положения нашли отражения в материалах 2 международных научно-практических конференций («Право и правосудие: теория, история, практика» г. Краснодар, 27 мая 2011 г., «Уголовное право: стратегия развития в XXI в.» г. Москва, 24-25 января 2013 г.), одной всероссийской научной конференции «Современные проблемы уголовной политики» г. Краснодар, 25 октября 2012 г. Кроме того, автор принимал участие в работе 4 Российских конгрессов уголовного права, которые проводились в г. Москва: «Научные основы уголовного права и процессы глобализации» (27-28 мая 2010 г.); «Уголовное право: истоки, реалии, переход к устойчивому развитию» (26-27 мая 2011 г.); «Современная уголовная политика: поиск оптимальной модели» (31 мая- 1 июня 2012 г.), «Проблемы кодификации уголовного закона: история, современность, будущее (посвящается 200-летию проекта Уголовного уложения 1813 года)»

(30–31 мая 2013 г.).

Отдельные результаты диссертационного исследования внедрены в учебный процесс Кубанского государственного университета и Краснодарского университета Министерства внутренних дел Российской Федерации при преподавании уголовного права и связанных с ним спецкурсов.

Структура диссертации соответствует логике построения научного исследования и состоит из введения, трех глав, включающих 7 параграфов, заключения, библиографического списка из 206 наименований и 2 приложений.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определяются его цели и задачи, описываются методологическая и информационная базы, раскрывается научная новизна, формулируются основные положения, выносимые на защиту, приводятся сведения о теоретической и практической значимости, а также данные об апробации результатов диссертационного исследования.

Глава 1 «Социальная обусловленность и юридическая природа института досудебного соглашения о сотрудничестве» включает три параграфа. В первом параграфе представлен ретроспективный анализ развития поощрительных норм в отечественном уголовном праве, начиная с Русской Правды и заканчивая Уголовным кодексом РФ 1996 г. (вплоть до его современной редакции).

Анализ всех изученных правовых памятников свидетельствует о том, что законодательное закрепление в 2009 г. института досудебного соглашения о сотрудничестве в УК и УПК РФ явилось логическим продолжением устоявшегося вектора развития поощрительных норм, стимулирующих положительное посткриминальное поведение лица, совершившего преступление.

Уже в Русской Правде были заложены договорные начала индивидуализации наказания, которые основывались на учете поведения виновного и мнения потерпевшего (1) заглаживание причиненного вреда, 2) примирение с потерпевшим), поскольку вплоть до XVII в. преступление оценивалось с точки зрения «обиды», причиненной последнему.

Точкой отсчета развития института досудебного соглашения о сотрудничестве следует считать ст.96 Артикула Воинского 1715 г., где впервые появилось указание на явку с повинной, как обстоятельство, смягчающее наказание. Значительный вклад в формирование института досудебного соглашения о сотрудничестве был сделан после принятия Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., в котором впервые к смягчающим обстоятельствам были отнесены «признание вины» и «выдача сообщников преступления» (ч. 3 ст. 157 Уложения).

Некоторый регресс в развитии института досудебного соглашения имел место в период 1918- 1960 гг. поскольку советское законодательство вопреки сложившейся традиции регламентации поощрительных норм учитывало позитивное посткриминальное поведение виновного в довольно редких случаях (явка с повинной, добровольный отказ). Так, Общая часть УК РСФСР 1960 г.

(ст. 38) предусматривала в качестве обстоятельств, смягчающих ответственность, только явку с повинной, чистосердечное раскаяние и добровольное возмещение виновным нанесенного ущерба. В Особенной части этого кодекса содержались три статьи, в соответствии с которыми виновного освобождали от уголовной ответственности при его добровольной явке с повинной (ст. 174, 218) или деятельном раскаянии (ст.213). Ни о каком договоре с преступником с последующим снижением и, тем более, освобождением от наказания речи быть не могло, поскольку в советский период доминировала концепция публичного характера уголовно-правовых отношений.

Начиная с 2007 г. наблюдается новый импульс в развитии института досудебного соглашения о сотрудничестве - возобновление научных дискуссий относительно целесообразности легального закрепления последнего, которые нашли свое логическое продолжение и реализацию в федеральном законе от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ.

Во втором параграфе 1 главы анализируется вопрос о правовой природе института досудебного соглашения о сотрудничестве. В частности, отмечается, что отечественный законодатель вопреки устоявшейся традиции придал рассматриваемому институту преимущественно уголовнопроцессуальное значение, поскольку поместил его дефиницию в п. 61 ст. УПК РФ. В результате была нарушена единая система поощрительных норм в УК РФ. Кроме этого, дисбаланс в формализации досудебного соглашения о сотрудничестве в пользу УПК создает определенные проблемы в использовании юридической терминологии. Так, в определении сторон названного соглашения законодатель использует формулировку «сторона защиты», а не категорию материального уголовного права – «лицо, совершившее преступление».

Помимо этого, сопоставительный анализ норм УПК и УК РФ позволяет сделать вывод о большом количестве изъянов и иных упущений в регламентации «досудебного соглашения о сотрудничестве»:

1) в п. 61 ст. 5 УПК РФ содержится указание на то, что в ходе досудебного соглашения о сотрудничестве «…стороны согласовывают условия ответственности», что напрямую противоречит положениям головного закона в части общих начал назначения наказания (ст.60 УК РФ). Кроме того, назначение наказания относится к прерогативе суда, а не сторон защиты и обвинения. Ко всему прочему, неочевидно и смысловое содержание словосочетания «условия ответственности», поскольку УК РФ таких условий не знает;

2) статьи 62 и 63 УК, регламентирующие порядок назначения наказания при наличии досудебного соглашения о сотрудничестве, никак не коррелируют с его условиями, установленными п. 61 ст. 5, пп. 6 и 7 ч. 2 ст. УПК. В результате этого, возможность смягчения наказания в данном случае не поставлена в прямую зависимость от добросовестности исполнения досудебного соглашения. Во главу угла здесь поставлено отсутствие отягчающих и наличие смягчающих обстоятельств. Кроме того, поводом для назначения наказания на общих основаниях для лица, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве, может выступать сокрытие «каких-либо иных существенных обстоятельств», установление которых отнесено к компетенции правоприменителя. При этом законодатель не указывает на «заведомость»

предоставления ложных сведений следователю либо прокурору.

По мнению автора, в настоящее время досудебное соглашение о сотрудничестве характеризуется следующими признаками:

это межотраслевой институт, поскольку регламентируется нормами УК и УПК РФ;

это договорный институт, так как его содержание предопределяется договорными принципами (должны четко устанавливаться: предмет, стороны, свобода их волеизъявления, права и обязанности участников договора и последствия несоблюдения взятых обязательств);

это компромиссный институт, ибо его главная цель заключается в компромиссе во благо общества в целом и отдельных граждан, в частности (снижение последствий преступного деяния, обеспечение неотвратимости наказания, возмещение вреда потерпевшему и т.п.);

это поощрительный институт, поскольку его суть сводится к поощрению (стимулированию) позитивного посткриминального поведения виновного.

Таким образом, по своей правовой природе институт досудебного соглашения о сотрудничестве, будучи комплексным, имеет уголовно-правовое «ядро», что требует исключения его дефиниции из п. 61 ст. 5 УПК РФ с последующим закреплением в ст.63 УК РФ. В ближайшей перспективе дальнейшее совершенствование законодательного описания рассматриваемого института должно происходить по трем направлениям: 1) унификация терминологии, минимизация в использовании оценочных понятий и признаков, устранение фразеологических оборотов, присущих только процессуальному законодательству; 2) максимальная формализация оснований, условий и последствий его применения; 3) гармонизация со всеми смежными нормами и институтами уголовного и уголовно-процессуального права.

В отдаленной перспективе законодатель должен отказаться от эксперимента по созданию «гибридного» правового института, определив его юридическую природу исключительно как уголовно-правового, реализуемого в установленной законом процессуальной форме.

Подводя итог, автор формулирует новую редакцию ст. 63 УК РФ.

Третий параграф первой главы посвящен структуре института досудебного соглашения о сотрудничестве. В частности, отмечается, что первичной правовой общностью, объединяющей в себе правовые нормы, является правовой институт. Теоретико-прикладное значение последнего нельзя недооценивать, поскольку эффективность правового регулирования общественных отношений достигается не только посредством совершенствования законодательства, но и за счет усиления взаимодействия структурных элементов системы права, ее совершенствования, находящейся в зависимости от удачной структуры взаимодействующих элементов, и, в частности, правовых институтов.

Автор осуществил анализ признаков правового института, указав, что к таковым относятся: относительная самостоятельность, специфичность способа правового регулирования, наличие или принципиальная возможность формирования общих понятий в рамках видовых явлений. При этом подчеркивается, что не любое произвольное сочетание правовых норм образует правовой институт, а только та совокупность норм, которые связанны между собой своим юридическим содержанием и непосредственным отношением к регулируемым ими общественным отношениям.

Диссертант обращает внимание на то, что вся совокупность правовых норм, образующих институт досудебного соглашения о сотрудничестве, существует не хаотично, а, напротив, выстраивается в целостную систему. Будучи первичной правовой общностью и структурным элементом системы уголовного и уголовно-процессуального права, рассматриваемы институт также обладает собственной структурой. Последняя, на взгляд диссертанта, исходя из внешней формы в нормативных правовых актах разной правовой принадлежности, складывается из нормы-дефиниции (п.61 ст.5 УПК РФ);

норм – правил назначения наказания (ч.2 и 4 ст.62, ст.63 УК РФ) и процедурных норм (гл.40 УПК РФ).

Не отрицая межотраслевое содержание досудебного соглашения о сотрудничестве автор, в то же время, обращает внимание на проблему его регламентации в России. В частности, высказывается точка зрения о том, что законодатель, руководствуясь зарубежным опытом, «слепо» перенял его, упустив из виду специфику отечественной правовой системы. В результате, дефиниция досудебного соглашения о сотрудничестве, как уже упоминалось ранее, помещена в источнике уголовно-процессуального права УПК РФ. Тем самым создан уникальный, хотя и сомнительный прецедент, связанный с тем, что нормы материального права не предопределяют содержание процессуального, а напротив, выступают гарантом его реализации.

Глава 2 «Уголовно-правовое значение института досудебного соглашения о сотрудничестве» включает 2 параграфа.

В первом параграфе 2 главы досудебное соглашение о сотрудничестве рассматривается как вид обстоятельства, смягчающего наказание. Прежде всего, обращается внимание на то, что факт заключения досудебного соглашения о сотрудничестве свидетельствует о положительном постпреступном поведении подозреваемого или обвиняемого, который добровольно изъявляет желание по содействию следствию, изобличению сообщников преступления, что дает основание для оценки этого соглашения в качестве обстоятельства, смягчающего наказание. Досудебное соглашение о сотрудничестве выступает в качестве объективной и субъективной причины существенного снижения общественной опасности личности виновного, что порождает необходимость смягчения наказания, без каких-либо дополнительных оговорок и ограничений. В этой связи следует исключить из ч. 2 ст. 62 УК РФ указание на отсутствие отягчающих обстоятельств, и изложить ее в следующей редакции:

«В случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве срок или размер наказания не могут превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса».

На основе анализа правоприменительной практики диссертант делает вывод о том, что суды достаточно часто учитывают при назначении наказания смягчающие обстоятельства, не предусмотренные в законе: «ранее не судим» 38,9 %; «совершение преступления впервые небольшой тяжести» - 4, %; «положительная характеристика с места жительства (работы, учебы)» чистосердечное раскаяние» - 15,8%; «признание своей вины» – 51, %; «возмещение вреда, причиненного преступлением» - 26,3%; «удовлетворительная характеристика» – 16,8 %; «преступление не было окончено» – 3, %; «на иждивении виновного находятся малолетние дети» – 11,6 %. Чаще всего в судебной практике в подобном качестве признаются такие обстоятельства, как чистосердечное раскаяние и признание вины, что вызывает у диссертанта негативную оценку, в том числе и критические замечания.

Помимо этого, отмечаются и иные судебные издержки, свидетельствующие о формализме постановления приговора. Так в 50,5 % уголовных дел мера наказания вообще не была мотивирована, в том числе в 36,8 % в связи с отсутствием смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.

В итоге автор констатирует, что, несмотря на открытый перечень смягчающих обстоятельств, наиболее значимые, подлежащие обязательному учету при назначении наказания должны быть формализованы в законе. В полной мере указанное относится и к досудебному соглашению о сотрудничестве. В связи с этим предлагается дополнить ч. 1 ст.61 УК РФ пунктом «и» заключение досудебного оглашения о сотрудничестве».

Второй параграф 2 главы посвящен рассмотрению актуальных проблем назначения наказания при наличии досудебного соглашения о сотрудничестве. На основе комплексного анализа соответствующих нормативных предписаний сделан вывод о том, что сформулированные законодателем условия смягчения наказания (отказа от смягчения) для лиц, заключивших досудебное оглашение о сотрудничестве, характеризуются чрезмерной ситуативностью. Дело в том, что во многом оценка результатов этого сотрудничества отдана на усмотрение правоприменителю, поскольку законодатель зачастую прибегает к оценочным формулировкам типа, «какие-либо иные существенные обстоятельства» (ст. 63 УК РФ). Акцентируется внимание на излишнее указание в ч. 2 ст. 62 УК РФ по поводу отсутствия отягчающих обстоятельств, что делает институт досудебного соглашения о сотрудничестве малопривлекательным для обвиняемого (подозреваемого). В то же время согласно ч. 4 ст. 62 УК РФ факт заключения досудебного соглашения о сотрудничестве признается уникальным смягчающим наказание обстоятельством.

Наличие обстоятельств, отягчающих наказание, в такой ситуации никакого значения не имеет. Следовательно, досудебное соглашение подозреваемого или обвиняемого со стороной обвинения выгодно, например, убийцам, вновь совершившим убийство, и совершенно не выгодна судимому за мошенничество и вновь совершившему мошенничество. Формальное применение нормативных предписаний УК РФ о назначении наказания при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве приводит к тому, что за преступление более тяжкое (квалифицированное убийство) может быть назначено наказание менее строгое, чем за менее тяжкое преступление (особо квалифицированный разбой). Данное внутреннее противоречие значительно обостряется при назначении наказания по совокупности преступлений.

Помимо этого, как полагает диссертант, в уголовном законе имеют место необоснованные изъятия из общих начал назначения наказания (например, неприменение ст. 64 УК РФ при назначении наказания лицу, нарушившему досудебное соглашение о сотрудничестве).

Вместе с тем, автор высказывает мнение, согласно которому при наличии досудебного соглашения о сотрудничестве по усмотрению суда могут быть назначены более мягкое наказание, чем предусмотрено за данное преступление, условное осуждение или соответствующее лицо может быть освобождено от отбывания наказания. Окончательное решение этого вопроса должно быть напрямую связано с должным выполнением подозреваемым (обвиняемым), взятых на себя при заключении соглашения («сделки») обязательств. Анализ судебно-следственной практики показал, что среди условий заключения досудебного соглашения о сотрудничестве для указанных лиц чаще всего фигурируют следующие: дать правдивые показания о своей преступной деятельности – 75,6 %; дать правдивые показания о преступной деятельности всех соучастников преступления – 92,7 %; подтвердить свои показания в суде – 68,3 %; подтвердить свои показания на очной ставке – 63,4 %;

подтвердить свои показания при проверке показаний на месте – 53,7 %; дать правдивые показания о лицах, которым сбыл похищенное - 63,4 %; предоставить следствию неопровержимые факты, изобличающие соучастников преступления – 97,7 %; сообщить о способе преступления – 78 %; сообщить о месте сокрытия орудий преступления – 92,7 %; загладить причиненный вред – 90,2 %. При этом обязательства со стороны прокурора прописываются в соглашении, как правило, лишь в самом общем виде. Это свидетельствует об отсутствии главного элемента паритетного соглашения сторон – взаимного характера взятых на себя обязательств.

В этой связи сделан вывод о том, что для обеспечения заинтересованности стороны защиты в заключении досудебного соглашения о сотрудничестве законодатель должен пересмотреть содержание ст. 63 УК РФ, максимально формализовав все существенные условия и последствия оформления такого соглашения (сделки). Кроме того, очевидно, что расторжение ранее заключенного соглашения в одностороннем порядке может происходить лишь при наличии достаточно веских оснований. На основании проведенного анализа предлагается новая редакция ст.63 УК РФ.

Глава 3 «Зарубежный опыт регламентации института досудебного соглашения о сотрудничестве» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе 3 главы рассмотрен опыт регламентации «сделки с правосудием» на примере стран, принадлежащих к англо-саксонской системе права, то есть в Австралии, Великобритании, Индии, Канаде и США. На основе осуществленного автором компаративистского анализа делается вывод о том, что регламентация института досудебного соглашения о сотрудничестве в перечисленных государствах и России, обладает рядом общих черт. Прежде всего, это проявляется в том, что заключение «сделки с правосудием» ставится в зависимость от добровольного положительного постпреступного поведения виновного (активное способствование раскрытию преступления; признание вины; изобличение соучастников преступной деятельности). Сделка о признании вины во многом сходна с отечественной процедурой особого производства гл.40 УПК, а соглашение о сотрудничестве - с российским институтом деятельного раскаяния. Кроме того, при заключении досудебного соглашения не принимаются во внимание мнение потерпевшего и суда. Таким образом, данная процедура в полном объеме отнесена к компетенции следственных органов и прокуратуры. В качестве последствия заключения названного соглашения выступает смягчение наказания.

Вместе с тем, в решении данного вопроса имеются и существенные различия:

- для стран общего права институт досудебного соглашения о сотрудничестве в полной мере обладает всеми признаками договора между прокурором и обвиняемым, поскольку он направлен на признание вины. В отечественной согласительной процедуре сохраняются лишь условные элементы сотрудничества, так как в силу предписаний УПК РФ соглашение имеет целью получение помощи от лица в расследовании преступления и изобличении его соучастников;

- согласно ч. 2 ст.317.1 и ст.317.7 УПК РФ круг субъектов заключения соглашения значительно шире, поскольку инициатором его может выступать следователь, а суду принадлежит ведущая роль в реализации «смягчения наказания» в отношении лица, заключившего «сделку»;

- в отличие от американского соглашения о признании вины субъектом заключения сделки в России может выступать не только обвиняемый, но и подозреваемый;

- обязательным условием заключения сделки в США выступает возмещение вреда потерпевшему;

- различается и процедура реализации последствия заключения соглашения о сотрудничестве. В США, в частности, осуществлена дифференциация таких последствий в зависимости от того, кто выступает стороной сделки - подозреваемый или обвиняемый. Так, если соглашение заключается с обвиняемым или осужденным, наказание смягчается, если с подозреваемым уголовное преследование в отношении него прекращается.

На взгляд диссертанта, самого пристального внимания заслуживает опыт регламентации досудебного соглашения о сотрудничестве в странах общего права, а именно, в США:

- обладание таким соглашением всеми признаками договора между прокурором и обвиняемым;

- придание возмещению вреда потерпевшему статуса обязательного условия заключения соглашения (сделки);

- дифференциация соглашения (сделки) на два вида - 1) о признании вины, которая реализуется в трех подвидах: о признании вины в обмен на смягчение обвинения, о признании вины в обмен на снижение наказания, о признании вины в обмен на смягчение обвинения и снижение наказания; 2) о сотрудничестве со следствием: сотрудничество, в рамках которого лицо не может преследоваться за содеянное, сотрудничество в рамках соглашения о признании вины;

- право суда назначить наказание ниже уровня, установленного законом в качестве минимального наказания, как поощрение за существенное содействие подсудимого расследованию или уголовному преследованию другого лица, совершившего преступление (& 3553(е)) Свода законов США.

Во втором параграфе 3 главы раскрывается специфика регламентации досудебного соглашения о сотрудничестве в странах континентальной системы права (на примере Испании, Италии, Республики Польша, Франции, ФРГ). На основе предпринятого анализа сформулирован вывод о том, что самая распространенная модель «сделки с правосудием» в названных странах представляет собой, как и в России, договор с прокуратурой. Согласно этому договору прокуратура снимает с обвиняемого часть обвинений или меняет квалификацию преступления на более либеральную в обмен на признание обвиняемым своей вины. В отличие от России, сделка может быть предложена любой из сторон. Ее условия обсуждаются обвиняемым и представителями прокуратуры, а затем утверждаются судьей, как правило, в открытом судебном заседании. Судья может отказать в утверждении сделки, но если он дал свое согласие, то обязан, со своей стороны, исполнить все ее условия.

Применение согласительных моделей правосудия стран континентальной Европы ориентировано в большей степени на дела о преступлениях, за которые предусмотрены незначительные меры наказания. Исключение составляет итальянское «abbreviato», применение которого возможно по делам о преступлениях любой тяжести, кроме дел о преступлениях, за которые может быть назначено наказание в виде максимального срока тюремного заключения.

Для рассмотрения дела в согласительной процедуре в большинстве стран не требуется, чтобы обвиняемый признал свою вину в совершении преступления. Так, итальянское «abbreviato» базируется на компромиссе сторон в выборе процедуры: обвиняемый заявляет ходатайство об ускорении производства, которое достигается благодаря тому, что суд при согласии прокурора ограничивается исследованием лишь тех доказательств, которые собраны на момент открытия предварительного слушания по делу. Объектом соглашения в итальянском «patteggiamento» является «обозначение наказания»

сторонами. Испанское «conformidad» не требует явного признания вины, но равносильно выводу о том, что у подсудимого нет возражений против предъявленного обвинения. И только в немецком «absprachen» речь идет именно о заключении сторонами сделки о виновности, хотя на законодательном уровне это не зафиксировано.

Таким образом, законодательство европейских стран обуславливает применение компромиссных моделей правосудия не признанием вины обвиняемым, а его формальным согласием с обвинением.

Следует обратить внимание на то, что в последние годы в уголовном процессе стран континентальной Европы намечается тенденция на развитие в компромиссных процедурах договорного начала по типу американской сделки о признании вины. В Испании, чтобы способствовать достижению «conformidad», прокурор и защитник ведут переговоры об ограничении обвинения до объема, который позволил бы разрешить дело в данной процедуре. Итальянское «patteggiamento» вполне может считаться аналогом американской сделки о признании вины, поскольку здесь суд утверждает, то есть придает силу приговора соглашению сторон, к которому они пришли до суда.

В странах континентальной системы права заключение сделки предполагает наступление четко установленных в законе последствий для виновного. Так, в итальянском «patteggiamento» и во французском «reconnaisance prelable de coupabilit» при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением суд обязан снизить наказание на две трети по сравнению с той мерой, которую предусматривает уголовный закон за данное преступление. Помимо этого с обвиняемого также не взыскиваются судебные издержки; судимость погашается в сокращенные сроки; не подлежат применению дополнительные меры наказания (за исключением в отдельных случаях конфискации имущества). Во Франции регламентация рассматриваемого института в некоторых случаях предполагает возможность замены уголовного наказания мерами административного характера, следовательно, фактически допускается депенализация деяния. Во французском «reconnaisance prelable de coupabilit» признание вины обвиняемым позволяет также, при согласии прокурора, назначить наказание в виде тюремного заключения сроком не более одного года и не более половины срока, который подсудимый мог бы получить, и это наказание в виде тюремного заключения может быть условным (ст. 495-8 УПК Франции). Испанский «juicios rpidos» предусматривает уменьшение размера наказания на одну треть. На взгляд диссертанта, положения УК перечисленных европейских стран об уголовно-правовых последствиях досудебного соглашения о сотрудничестве после дополнительной научной апробации в перспективе могут быть восприняты в РФ, как на доктринальном, так и на законодательном уровнях.

В заключении сформулированы основные выводы, сделанные в ходе проведенного диссертационного исследования, и высказываются рекомендации по совершенствованию действующего уголовного законодательства и практики его применения.

В двух приложениях приведены анкета, согласно которой проводился опрос респондентов и результаты его обобщения; программа изучения уголовного дела при наличии досудебное соглашения о сотрудничестве, а также при установлении судом обстоятельств, смягчающих наказание.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях автора:

Клюшников, С. С. Проблемы законодательной регламентации института досудебного соглашения о сотрудничестве в РФ / С. С. Клюшников // Общество и право. 2010. № 3. С. 132 - 134 (0,4 п. л.) Клюшников, С. С. Регламентация института досудебного соглашения о сотрудничестве в законодательстве США // Российский криминологический взгляд. 2012. № 2. (0,4 п. л.).

Клюшников, С. С. Правовая природа института досудебного соглашения о сотрудничестве / С. С. Клюшников // Российский следователь. 2012. № 23. С. 23-24 (0,25 п. л.) Клюшников, С. С. Досудебное соглашение о сотрудничестве, как вид обстоятельства, смягчающего наказание / С. С. Клюшников // Очерки новейшей камералистики. 2013. № 3. С. 78-82 (0,35 п. л.) Коняхин, В.П., Клюшников, С. С. К вопросу об оптимизации правовой регламентации института досудебного соглашения о сотрудничестве /В.П.Коняхин, С.С. Клюшников // Уголовное право: стратегия развития в XXI в.: материалы Х международной научно-практической конференции. М., 2013. С. 164-167 (0,45 п. л.).

Клюшников, С. С. Исторические предпосылки законодательного закрепления института досудебного соглашения о сотрудничестве / С. С.

Клюшников // Юридический вестник КубГУ. Краснодар. № 2 (15). 2013.

С. 38-40. (0,25 п. л.).



 









 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.