WWW.DISS.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
(Авторефераты, диссертации, методички, учебные программы, монографии)

 

На правах рукописи

ВОЛЬВАК Нина Петровна

ФАКТОР АДРЕСАТА

В ПУБЛИЧНОМ АРГУМЕНТИРУЮЩЕМ ДИСКУРСЕ

Специальность 10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Владивосток 2002 1

Работа выполнена на кафедре современного русского языка Института русского языка и литературы Дальневосточного государственного университета

Научный руководитель – доктор филологических наук Е.А. Стародумова

Официальные оппоненты – доктор филологических наук, профессор О.В. Кукушкина - кандидат филологических наук, доцент О.Ш. Надибаидзе

Ведущая организация – Камчатский государственный педагогический университет, кафедра русского языка

Защита диссертации состоится 2 декабря 2002 года в 14 часов, на заседании диссертационного совета ДМ 212.056.04 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора филологических наук в Дальневосточном государственном университете по адресу: 690600, г. Владивосток, ул. Алеутская, 56, ауд. 422.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Дальневосточного государственного университета.

Автореферат разослан « » 2002 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, Г.Н. Сергеева кандидат филологических наук, профессор

ОБШАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Ориентированность современной лингвистики на коммуникативные аспекты языка сделало актуальным изучение адресата как равноправного участника речевого акта. Автор речи и ее адресат – непременные факторы текстообразующей деятельности.

Целью говорящего является достижение понимания со стороны адресата. Все элементы структуры речевого акта говорящий подчиняет этой цели, и в первую очередь язык. Актуализация адресата создает адресованность высказывания. Язык как система обладает широкими возможностями для выражения адресованности: обращения, местоимения, глагольные формы, вопросы, побудительные конструкции и т.д.





Являясь универсальной категорией, адресованность может проявляться в большей или меньшей степени в речевых жанрах разных сфер общения и иметь специфику в средствах выражения. Жестко адресованными являются речевые акты в интерперсональном общении, меньшая степень адресованности возможна в опосредованных текстом речевых актах.

Объектом исследования является публичный аргументирующий дискурс, представляющий интерес с точки зрения адресатности по нескольким причинам. Публичная речь совмещает черты, присущие интерперсональному общению и средствам массовой коммуникации. Это находит отражение в характере взаимодействия говорящего и адресата, что проявляется в речевой тактике говорящего. Появившиеся в последние два десятилетия работы, направленные на изучение адресатной семантики, выполнены преимущественно на материале научных, художественных и письменных публицистических текстов. Полученные результаты позволяют говорить об универсальном характере адресатности, но в то же время и о специфике адресатной семантики в разных сферах речевого общения, что подталкивает к исследованию данной проблематики применительно к другим речевым сферам и поиску эксплицитных и имплицитных средств ее реализации.

Актуальность настоящего исследования объясняется рядом причин. Тема отражает общую направленность интересов современной лингвистики к коммуникативным аспектам языка и в частности к адресатной семантике текстов разных речевых сфер. На важность проблематики указывают имеющиеся как в отечественной, так и в зарубежной лингвистике работы, посвященные проблемам адресатности и средств ее реализации. Этот вопрос еще не был с должной полнотой освещен относительно публичной речи, которая является неотъемлемым элементом общественной жизни демократического общества, что ставит исследователей перед необходимостью изучения этого социально-лингвистического феномена.

Специфика работы заключается в ее междисциплинарном характере. С одной стороны, сложность и многогранность ораторской деятельности предполагает комплексный подход к изучению продукта этой деятельности – публичной речи, которая включается в сферу научных интересов не только лингвистов, но и психологов, социологов, культурологов. С другой стороны, сам предмет исследования – фактор адресата в публичном дискурсе, - ориентированный на коммуникативную природу языка, предполагает обращение к таким современным лингвистическим дисциплинам, как прагматика, теория речевых актов, психолингвистика, социолингвистика, теория диалога, теория текста.

Цель исследования - выявить фактор адресата в синтаксической и семантической структуре публичного аргументирующего дискурса. Указанная цель обусловила следующие задачи:

1. Определить специфику публичной аргументирующей речи как разновидности публичного общения.

2. Установить специфику адресата аргументирующей речи 3. Проанализировать способы репрезентации разных типов адресатов в структуре публичного дискурса.

4. Рассмотреть сущностные характеристики диалогичности как речевой реализации коммуникативности применительно к публичному дискурсу.





5. Выявить и описать языковые средства адресации и диалогизации публичного дискурса как эксплицитно и имплицитно представленную диалогичность.

6. Установить специфические особенности адресатной семантики публичного дискурса.

Материал исследования. Материалом для анализа послужили тексты публичных выступлений писателей, журналистов, общественных деятелей, опубликованные в печати. Использованные нами тексты, в основе которых лежит художественнопублицистический стиль, отличаются острой гражданской направленностью, ярко отражают личностную нравственную позицию автора, имеют полемическую заостренность. Критерием для отбора текстов явилось наличие в них аргументации, нацеленной на убеждение адресата и воздействие на его эмоционально-волевую сферу. Кроме того, мы ориентировались на нравственный авторитет и риторическое мастерство авторов выступлений. Все анализируемые тексты можно использовать в качестве образцовых при обучении ораторскому искусству. Проанализировано 50 публичных речей 20 авторов.

Научная новизна работы заключается, во-первых, в обращении к современному фактическому материалу публичной речи, который с точки зрения адресатной семантики специально не изучался, во-вторых, в систематизации приемов диалогизации и адресации публичной речи, в-третьих, в установлении специфических особенностей адресатной семантики публичного аргументирующего дискурса.

Теоретическая значимость работы состоит в обосновании адресатности и диалогичности как универсальных категорий языка на философском, психологическом и лингвистическом уровнях.. Хотя в теоретическом плане обозначенная проблематика находится на междисциплинарном стыке целого ряда сопредельных гуманитарных дисциплин, научную значимость работа имеет прежде всего для лингвистики:

в ней систематизированы и представлены высказывания разных типов – вопросительные, побудительные, повествовательные, - которые рассматриваются с точки зрения их функционирования в публичном дискурсе как проявление его адресатности и диалогичности. Представленное в работе системно-структурное описание средств диалогичности публичного дискурса дает возможность дополнить представление о способах репрезентации диалогических отношений в монологической речи разных речевых жанров. Многие явления, которые традиционно рассматриваются с точки зрения формального синтаксиса, получают в настоящей работе освещение с коммуникативной точки зрения.

Практическая значимость работы заключатся в том, что результаты исследования могут найти спрос у читателей разных категорий. Прежде всего они могут быть использованы при обучении ораторской речи в курсе «Риторика»; могут найти применение в курсах по русскому языку, культуре речи, психологии межличностных отношений. Данные о средствах создания диалогичности могут быть полезны при проведении занятий по этикету, психологии, деловой риторике для руководящих работников, менеджеров, деловых людей и т.д.

Положения, выносимые на защиту:

1. Адресатная семантика аргументирующего дискурса имеет особенности в силу специфики адресата.

2. Сущностным свойством публичного дискурса является полилогичность как постулирование неоднородного адресата, отраженного в семантической и синтаксической структуре текста.

3. Языковые средства создания диалогичности аргументирующего дискурса имеют особенности, обусловленные спецификой отношений между говорящим и адресатом в публичном общении.

Апробация работы. Основные результаты диссертации получили апробацию в читаемом диссертантом авторском курсе по риторике, в многочисленных выступлениях перед работниками образования и социальной сферы г. ЮжноСахалинска; в докладах, прочитанных на двух научно-практических конференциях преподавателей и студентов Сахалинского государственного университета (октябрь 2000г., март 2002г.) и в шести публикациях.

Структура работы. Работа состоит из Введения, трех глав, Заключения, Библиографического списка, включающего 245 наименований, и Списка источников языкового материала.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обоснована актуальность темы, научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы, определяются цели и задачи исследования.

В Первой главе «Коммуникативный статус адресата. Некоторые подходы к проблеме адресатной семантики» обосновывается проблема адресата и адресатности как идея воспринимающего сознания на философском, психологическом и лингвистическом основаниях.

Самой природой слова обусловлено соединение двух сознаний – творящего и воспринимающего. Идея воспринимающего сознания трансформировалась первоначально как идея Другого в философии субъективного идеализма, экзистенциализма, в диалогической философии; впоследствии стала активно разрабатываться в психологии.

Мартин Бубер, стоявший у истоков диалогической философии, ввел в общекультурный оборот «диалогический принцип», который лежит в основе многих современных лингвистических исследований.

Современная лингвистика, признавая важность фактора адресата, все же уделяет больше внимания первому субъекту речи – Говорящему – как инициатору речевого общения. Так, в прагматике центральной категорией, «Эго всего текста» является «творящий текст человек» (Ю.С. Степанов). В теории речевых актов роли говорящего и воспринимающего субъектов более уравновешенны. Речевой акт может быть понят и однозначно воспринят только адресатом. Поэтому категория прагмасемантического адресата в теории речевых актов актуализируется, хотя и не выдвигается на первый план.

Гораздо меньше, чем автор, изучен адресат и как текстовая категория. Проблема текстового адресата разработана наиболее глубоко в области поэтики художественного текста. Другие функциональные разновидности языка с точки зрения адресатной семантики по существу только начинают изучаться. Данные имеющихся на сегодняшний день работ позволяют утверждать, что каждой сфере применения языка свойственна специфическая структура адресата и его роль в построении речевого произведения неодинакова.

Один из способов воздействия адресата на автора проявляется в том, что автор, создавая свое произведение, вольно или невольно ориентируется на определенного адресата, его знания, навыки, опыт, особенности его восприятия. С одной стороны, это учет социальных характеристик адресата, что выражается в выборе адекватных языковых средств с этическими ограничениями, с другой стороны, это ориентировка на апперцепционные его возможности, проявляющиеся в том, что продуцируется текст, доступный пониманию реципиента. При переходе на позиции слушающего понимание становится центральной категорией. Понимание, по М.М. Бахтину, всегда в какой-то мере диалогично: «при объяснении - только одно сознание, один субъект; при понимании – два сознания, два субъекта». Понимание возможно только в том случае, если получатель речи признается полноправным и активным участником процесса общения, если учитываются различные параметры его личности. Ориентация на конкретного адресата отражается не только в содержании сообщения, но и в его языковой структуре.

Те слова, конструкции, порядок их сочетания, интонационные модели, которые сознательно, намеренно отбирает говорящий, в определенной коммуникативной ситуации становятся символами его социальных и психологических качеств и его социальных отношений с собеседником. Таким образом, фактор адресата проявляется как в речевой деятельности говорящего, так и в продукте этой деятельности - тексте.

Актуализация роли адресата в высказывании создает адресованность - одну из сущностных его характеристик. Язык как система располагает широкими возможностями проявления адресованности на всех уровнях: фонетическом, лексическом, словообразовательном, синтаксическом. Существенность фактора адресованности заключается в том, что он обусловливает коммуникативную природу любого высказывания. Изучение высказывания в отношении к адресату дает возможность выяснить, как под влиянием фактора адресата формируется речеповеденческий потенциал говорящего.

Во Второй главе «Фактор адресата в публичной речи» мы показываем специфику адресатности публичного аргументирующего дискурса и выявляем факторы, обусловливающие эту специфику.

Объектом нашего наблюдения стали публичные речи, объединенные условным названием «аргументирующая речь». Речь, в основе которой лежит аргументация, направленная на убеждение и изменение поведения адресата, является убеждающей.

Целевая установка убеждающей речи складывается из двух компонентов: задачи, направленной на сознание адресата, и сверхзадачи, направленной на эмоционально-волевую сферу, на подсознание. Воздействие на аудиторию будет эффективным только в том случае, если говорящий хорошо представляет себе возможности слушающего.

Как и в интерперсональной коммуникации, оратор всегда ориентируется на конкретного (но не обязательно присутствующего) адресата, обладающего интеллектуально-психическими особенностями и социальными параметрами. Аргументирующе-убеждающая речь, направленная на воздействие, предполагает сопротивление такому воздействию, т. е. оппонента – в этом ее особенность (под оппонентом мы понимаем любое противостояние авторской позиции). Оппонент может быть как явный, так и скрытый, но учет его обязателен, т.к. против него и будет направлена стратегия речи. Игнорирование оппозиции на этапе замысливания речи приводит к тому, что убеждающая речь может превратиться просто в ритуальную, парадную речь, в «риторический всплеск» (Н.Д. Арутюнова ).

Убеждающая речь по своей природе конструктивна, т.е. направлена не на разрушение, а на формирование правильных взглядов на поставленную проблему, на поиск путей ее решения, поэтому борьбу с позицией оппонирующей части аудитории нужно рассматривать лишь как способ воздействия на всю аудиторию.

Любая аудитория имеет формально-демографические и социальнопсихологические признаки. Первую ступень изучения аудитории представляет формально-демографическая характеристика – пол, возраст, национальная или региональная принадлежность, общий уровень образованности и культуры и т.д.

Портрет аудитории будет неполным без учета социально-психологических параметров: а) мотивации слушания; б) готовности к восприятию предмета речи; в) эмотивной характеристики.

Эмотивная характеристика аудитории - возможное настроение и отношение аудитории к предмету речи и к самому оратору – зависит от соотношения в данной аудитории разных типов слушателей: 1) конструктивного; 2) конфликтного; 3) «соглашательского; 4) инфантильного. Каждой группе слушателей свойственен определенный тип реакции на речь и личность оратора. Конструктивная реакция характеризуется установкой на понимание, готовностью к сотрудничеству. Конфликтная реакция характеризуется установкой на негативное отношение к выступлению оратора. Негативная реакция на содержательный аспект ораторской речи является естественной и закономерной, так как убеждающая речь, направленная на воздействие, предполагает сопротивление этому воздействию. Третий тип реакции – соглашательский (колеблющийся адресат) – характеризуется колебанием, неуверенностью, отсутствием твердой позиции. Инфантильная (или равнодушная) реакция характеризуется полным отсутствием интереса к обсуждаемой проблеме, если не задеты личные интересы и потребности.

Публичная речь не рассчитана на пассивное восприятие. Но если первые две группы – конструктивная и конфликтная – изначально настроены на активное слушание и восприятие речи оратора, то другие две группы, особенно инфантильная, требуют особых усилий по активизации внимания и мыслительной деятельности.

Позиция адресата в цепи цель – замысел – текст – реакция для оратора оказывается приоритетной. Зависимость построения публичной речи от фактора адресата столь велика, что адресат не может рассматриваться иначе, как функционально равный первому субъекту речи.

Наличие оппонента обусловливает полемический характер убеждающей речи, что находит отражение в первую очередь во внутренней диалогизации ораторского монолога. Мы считаем, что именно диалогичность, отражающаяся в языке как взаимодействие разных сознаний, демонстрирует справедливость тезисов о важнейшей роли адресата в построении речевого произведения.

Во второй части второй главы дается теоретическое обоснование диалогичности как фундаментального свойства любой речи, аргументирующей речи в особенности.

В Третьей главе «Основные средства создания диалогичности публичного аргументирующего дискурса» представлено системно-структурное описание средств адресации и диалогизации аргументирующего дискурса.

Мы считаем, что диалогичность публичной речи является ее сущностным свойством, без которого она теряет важные для эффективности публичного общения качества. Специфика отношений между автором и неоднородным адресатом находит отражение в способах адресации и диалогизации аргументирующего дискурса.

На основе анализа нашего материала мы пришли к выводу, что диалогичность аргументирующего дискурса создается на синтаксическом и семантическом уровне, причем адресат может быть представлен как эксплицитно, так и имплицитно. Диалогические отношения репрезентируются всеми типами высказываний – повествовательными, вопросительными, побудительными. Наш материал показывает, что основным средством диалогизации аргументирующего дискурса являются вопросительные высказывания (ВВ). Свойство вопросов создавать диалогические отношения отмечается многими исследователями. Наш подход к описанию ВВ отличается от других акцентом на их адресатной семантике. Мы классифицировали и описали функционирующие в аргументирующем дискурсе вопросы с учетом специфики адресата и особого характера отношений между автором и адресатом в публичном общении.

Деление вопросов получилось многоуровневое. Первый уровень предполагает деление всех вопросов на две группы: 1) вопросы, на которые в тексте есть ответ, функционирующие в составе вопросно-ответного комплекса (ВОК); 2) вопросы, не имеющие в тексте ответа (риторические вопросы и вопросы с иллокутивным значением побуждения).

На втором уровне вопросы, функционирующие в составе ВОК, в зависимости от характера адресата мы делим на четыре группы: 1) вопросы к недифференцированному адресату; 2) вопросы к дифференцированному адресату; 3) вопросы от адресата; 4) авторские (интродуктивные) вопросы.

В ВОК чужое мнение фиксируется не только в вопросе, но и в ответной части. Поэтому особо выделяется ВОК, в котором адресат-оппонент репрезентируется в ответе.

Третий уровень предполагает дальнейшее деление вопросов по признаку наличия / отсутствия полемической направленности ВВ и способа представления адресата. Вопросы от адресата: 1) стимулируют спор – это вопросы от оппонента, представленного, как правило, эксплицитно; 2) не имеют полемической направленности, они направлены на прояснение авторской позиции, адресат в них может быть представлен эксплицитно и имплицитно. Вопросы, имеющие полемическую направленность, мы называем условно вопросами от оппонента, вопросы без полемической направленности – вопросами от адресата.

Вопросительные высказывания, функционирующие в публичном дискурсе, по-разному создают диалогические отношения. Простейшие вопросно-ответные блоки, когда на конкретно поставленный вопрос следует конкретный ответ, формулируемые от лица автора, не создают истинной диалогичности, это скорей имитация диалога: авторский вопрос не является реакцией на чужое высказывание. Функция подобных вопросов 1) эмоционально-усилительная; 2) композиционно-структурная.

1) Сколько ныне живущих писателей обзавелись «собраниями в пяти, а то и в десяти томах! Между тем тридцатитомное собрание сочинений Достоевского выпускается вот уже 15 лет! Допустимо ли это? Конечно, недопустимо (Лихачев).

2) Перехожу ко второму вопросу. Что такое прогресс? Если отбросить оценки, то реальное содержание прогресса – дифференциация (Померанц).

Такие вопросы можно устранить из текста без потери смысла.

Внутренняя же диалогичность возникает как отклик на чужое слово, поэтому ее создают в аргументирующем дискурсе более сложные по характеру построения, отражающие специфику отношений между оратором и аудиторией.

Вопросы могут быть обращены ко всей аудитории – недифференцированный адресат, или к какой-то ее части – дифференцированный адресат. Недифференцированный адресат может включать в себя не только конкретную параметризованную аудиторию, но и любого человека вообще, в том числе и самого автора.

Дифференцированный адресат – это, как правило, лица, с которыми автор полемизирует: задает им вопросы, отвечает на вопросы реального или воображаемого оппонента. Оппоненты – это не обязательно физически присутствующие в данной аудитории конкретные люди. Оппонентом может быть конкретное отсутствующее лицо или группа лиц, а также «общее мнение» как «совокупность лиц, образующих некий социум с общими стереотипами» (Е.М. Вольф).

Наиболее простым способом репрезентации адресата является обращенность к нему с помощью вопроса, в котором адресат эксплицирован местоимением 2-го лица или формами глагола. Такие вопросы, как правило, эксплицируют недифференцированного адресата: …Но раз старые пути негодны, где же новые? Есть ли они у вас? Если есть, продуманы и осознаны ли? Боюсь, что нет. Задача возрождения России падает на ваши плечи, задача – бесконечно трудная и тяжелая. Сумеете ли вы выполнить ее? Сможете ли выдержать этот экзамен истории?

(П.Сорокин).

Вопросно-ответная структура текста, когда и в вопросе и в ответе слышен голос самого автора, но вопросы имеют определенно направленную обращенность, является наиболее распространенным средством диалогизации ораторской речи:

Ну, скажите, пожалуйста, возможно ли так, чтобы в архитектуре обсуждался проект первого этажа здания и не говорилось о том, сколько еще будет этажей в этом здании и какие они будут? Это же невозможные вещи (Лихачев).

Адресат в вопросительных высказываниях может быть представлен дифференцированно. В таком случае вопрос обращен не вообще к каждому присутствующему в аудитории слушателю, а к какой-то ее части, например, к оппоненту: Вот тогда – 15 миллионов выселяли лучших крестьян, кормильцев, хлеборобов, бросали в телеги на мороз двухлетних, трехлетних младенцев с семьями и высылали. И мне кричат из аудитории: то было время войны! Когда, говорю, войны? В 30-м году?

Ошалели. Вот так мне ответили: «То было время войны»! На войну списали. А после войны? А в 48-м году? (Солженицын).

В вопросительных высказываниях, обращенных к оппонентам, эксплицируется негативное отношение автора к какому-либо факту, положению, мнению. ВВ не являются в этом случае собственно вопросительными, их основная функция оценочная, верификативная. «Негативные» вопросы к оппоненту могут строиться путем соединения вопросительного слова, относящегося к модусу, с диктумом (или его элементом) предшествующего высказывания, которое выражает позицию оппонента, вызывающую резкое несогласие автора: А еще вспомним: в 1993 году высочайше было заявлено: министры тоже могут баллотироваться. Простите, как это так? Как это: министр может баллотироваться? Тогда он должен отказаться от своего министерства, а иначе он что же? законодательная и исполнительная власть в одном лице? Как сейчас и есть (Солженицын).

Резко отрицательную оценку выражают ВВ, апеллирующие к отдельным элементам предшествующего высказывания и выражающие «эмфатическое несогласие с репликой собеседника» (Е.В. Падучева), а в монологической речи – с позицией или мнением оппонента. Такого рода конструкция представляет собой соединение вопросительного слова «какой» с тем элементом предшествующей реплики, который вызывает у автора негативное отношение. Как правило, после вопроса следует разъяснительная часть, в которой содержится обоснование подобной оценки:

Хуже того, мы в те дни еще и швырнули 25 миллионов своих соотечественников, как собак: сказали, что мы «признали границы». Какие границы?! Фальшивые ленинские границы, которые проведены были со злорадной целью урезать русский народ и наказать всех, кто боролся с большевизмом? (Солженицын).

Семантика ВОК осложняется, когда главный компонент вопроса, состоящий из показателя модальности и пропозициональной части «раздваивается»: пропозициональный компонент вопроса отражает позицию оппонента, а модальный компонент – позицию автора текста. Таким образом, главный компонент семантического представления направлен не на получение ответной реакции, а на опровержение позиции оппонента: Знаю, слишком знаю, что слова мои могут показаться восторженными, преувеличенными и фантастическими. …Главное, все это покажется самонадеянным: «Это нам-то, дескать, нашей-то нищей, нашей грубой земле такой удел? Это нам-то предназначено в человечестве высказать новое слово?» Что ж, разве я про экономическую славу говорю? Про славу меча или науки? …(Достоевский).

Вопросы от лица оппонента почти всегда имеют ответную авторскую реакцию, как правило, выражаемую в резкой, категоричной форме, что создает эффект полемики, разворачивающейся в присутствии наблюдателей: Скажут нам: что ж может литература против безжалостного натиска открытого насилия? А не забудем, что насилие не живет одно и не способно жить одно: оно непременно сплетено с ложью (Солженицын).

Анализ материала показывает, что, в отличие от эксплицированного оппонента, имплицитно представленный оппонент не бывает конкретным. Это, как правило, устоявшееся мнение, жизненная позиция, программа действий.

Позиция оппонента может быть представлена в развернутом виде - цепочкой предложений, образующих композиционное единство: Каковы ж в этом жестоком, динамичном, взрывном мире, на черте его десяти гибелей – место и роль писателя? Уж мы и вовсе не шлем ракет, не катим даже последней подсобной тележки, мы и вовсе в презренье у тех, кто уважает одну материальную мощь. Не естественно ли нам тоже отступить, разувериться в неколебимости добра, в недробимости правды и лишь поведывать миру свои горькие сторонние наблюдения, как безнадежно исковеркано человечество, как измельчали люди и как трудно среди них одиноким тонким красивым душам? (Солженицын).

Вопросы «от адресата» могут и не иметь полемической направленности. Их можно рассматривать как собственно вопросы – диктальные и модальные, - пропозициональный компонент которых направлен на прояснение, уточнение позиции, мнения, оценки оратора. Конструкции с собственно вопросительным значением обычно имеют вопросительные формы, совпадающие с формами устного диалога.

Вопросы «от адресата» могут быть реальные (1) и гипотетические (2): 1) И всюду меня спрашивали, всюду и везде: так что же нам делать? Я отвечал везде: только не насильственным путем! Только не революционным путем! Только никаких новых чисток! А тогда спрашивают: какой, какой нам выход? Где искать ключ? Я находил такой ключ: не пропускайте местных выборов (Солженицын). 2) Вы спросите меня, что же позитивное я вижу в этом грозном сообщениипредупреждении? А то, что об этом говорят и думают уже не только отдельные люди – постепенно человечество начинает понимать опасность жизни в созданной технократической среде обитания (Лихачев).

Многие исследователи обращают внимание на употребление в монологической речи интродуктивных, или авторских, вопросов. Исследуемый нами материал показывает, что в публичном дискурсе автокоммуникация имеет особенности.

Если в художественных, поэтических, публицистических произведениях диалог автора с самим собой - это, как правило, спор «между разными сторонами человеческого я» (И.И. Ковтунова), то в публичном аргументирующем дискурсе спор автора с собой – со своим внутренним оппонентом – невозможен. Поиск правильного решения, сомнения, колебания – вся внутренняя напряженная работа мысли автора на подготовительном этапе для слушателя остается «за кадром». Это требование обусловлено двумя причинами: во-первых, восприятие речи на слух требует определенной структурно-композиционной простоты; во-вторых, воздействие на аудиторию тем сильнее, чем тверже оратор демонстрирует свою убежденность в излагаемой позиции.

Все многообразие употреблений интродуктивных вопросов в публичном дискурсе можно свести к двум функциям: 1) структурно-композиционной и 2) контрастно-сопоставительной.

В первой функции вопросы употребляются с целью поэтапной подачи новой информации: В какой мере это было неизбежным? Чтобы подойти к ответу, сравним две соседние страны: Германию и Данию. … Я хочу поставить два вопроса. Во-первых, был ли Сталин прогрессивным деятелем? Во-вторых, куда нас влечет его тень, его облик? (Померанц).

Во второй функции авторские вопросы используются как способ развертывания аргументации в виде смысловой модели «Сопоставление», когда с помощью вопроса проводится резкая граница между тем, что, по мнению говорящего, соответствует норме, и тем, что есть в реальности: Когда-то наш великий русский педагог Ушинский писал: «Задача школы – превратить эгоистическое сердце в сердце всескорбящее». И ведь верно, это ведь подороже образования. А что делаем мы? А мы сейчас наоборот: заглушаем нравственные ростки в детях и готовим их к эгоистической жизни, к эгоизму (Солженицын).

Особую роль в диалогизации публичного дискурса играет вопросный ряд.

Между высказываниями в вопросном ряду могут устанавливаться разнообразные отношения. Некоторые из них обусловлены особенностями публичной речи.

Например, следующий за авторским вопросом ответ в виде вопросапредположения может снимать категоричность суждения (1); в ответе, построенном в виде вопроса-предположения, может, напротив, в эмоциональной, категоричной форме утверждаться положение, соответствующее, по мнению автора, идеализированной норме, но пренебрегаемое теми, кто должен следовать данному положению (2); форма вопроса может подчеркивать нелепость, аномальность выдвинутого предположения (3): 1) Когда же послабилось внешнее давление – расширился мой и наш кругозор, и постепенно, хотя бы в щелочку, увиделся и узнался тот «весь мир».

И поразительно для нас оказался «весь мир» совсем не таким, каким мы ожидали, как мы надеялись. …Как же это случилось? Отчего же зинула эта пропасть?

Бесчувственны были мы? Бесчувствен ли мир? Или это – от разницы языков? Отчего не всякую внятную речь люди способны расслышать друг от друга? (Солженицын). 2) Теперь спрашивается: если сейчас начинается, за 8 месяцев, избирательная тряска, то вот эти 8 месяцев депутаты, кандидаты – каждый свой шаг, каждое свое выступление, каждое свое голосование с чем будут соизмерять? С пользой для отечества? С нуждами народа? Очень сомневаюсь (Солженицын). 3) И еще одно: почему мы боимся мертвых? Почему мы так плохо храним родные могилы? Что мы, суеверны? Верим в приведения, в вурдалаков? (Лихачев).

Нами установлено всего семь типов отношений, возникающих между вопросительными высказываниями в вопросном ряду.

В публичном дискурсе также функционируют вопросы, не имеющие в тексте ответа. Это риторические вопросы и вопросы с иллокутивным значением побуждения.

Риторическим вопросам в публичном дискурсе свойственна оценочная функция, что позволяет использовать их в качестве верификативных высказываний, а значит, и в качестве средства диалогизации. Оценочная функция РВ определяет их место в композиционной структуре публичного дискурса. Часто РВ з а в е р ш а е т ся рассуждение автора по какой-либо проблеме. Суждение, заключенное в РВ, несет в себе в этом случае разную смысловую нагрузку. В одних случаях оно может быть воспринято как неизбежный вывод, вытекающий из предыдущего рассуждения. Форма РВ придает сообщаемой информации большую убедительную силу:

(Речь идет о значении древнерусской литературы) …Она укрепила у народа сознание своего единства, напоминала о славной истории, продолжала культурные и политические традиции. Это чудо какое-то. И как же не приобщать молодежь к этому чуду, формирующему национальное самосознание и патриотизм?! (Лихачев).

В других случаях РВ, завершая собой смысловой фрагмент текста, сводит к а б с у р д у обрисованное положение дел, выражающее оспариваемую автором позицию оппонента: Украину большевики захватили, - правда, по-настоящему подавили Украину, - взамен надо ей дать какую-нибудь цацку. 5-6 русских областей добавил Украине Владимир Ильич. Прирезал и сказал: «Это Украина». А Хрущев жестом пьяного сатрапа подарил еще и Крым. Где, в какой стране бывает, чтобы такой полуостров «подарить»? (Солженицын).

Не имеют в тексте ответа также вопросы с иллокутивным значением побуждения. Их использование в ораторской речи обусловливается стремлением говорящего снизить категоричность и прямолинейность воздействия на аудиторию.

Таким образом, большинство вопросов, функционирующих в аргументирующем дискурсе, направлены на создание внутренней диалогичности, отражающей учет адресата в речи.

Широкими возможностями для создания диалогических отношений обладают также разные по структуре повествовательные высказывания, которые изучены лингвистами с этой точки зрения меньше, чем вопросительные высказывания.

Как и вопросы, повествовательные высказывания передают всегда адресованный смысл, поэтому обладают свойством создавать диалогические отношения с единомышленниками и с оппонентами. Такие высказывания создают верификацию, которая может быть представлена эксплицитно и имплицитно. Эксплицитно представленные верификативные высказывания – это двухкомпонентные циклы, в которых содержатся «чужая» моделируемая реплика-стимул и реплика-реакция автора.

Высказывания, имплицитно представляющие верификацию, являются однокомпонентным циклом, в котором содержится только ответная реплика, стимулирующая же реплика опускается.

Мнение единомышленников, как правило, эксплицируется в виде цитаты или в свободном пересказе без цитирования. Оппонент же может быть представлен как эксплицитно, так и имплицитно.

Чаще всего оппонентом автора выступает не конкретное лицо, а «общее мнение».

Указание на «общее мнение» мы классифицируем с точки зрения его выражения.

1) Автор, указывая на мнение, с которым он не согласен, ведет открытый диалог-спор. Часто это двухкомпонентные высказывания, в которых в стимулирующей реплике, вводящей в текст чужое высказывание, позицию подлежащего замещают субстантивированные прилагательные и существительные неопределенной семантики многие, некоторые, иные, кое-кто, большинство и т.п., указывающие на второго субъекта спора. Позиция сказуемого в таких случаях замещена глаголами мыслительной деятельности или глаголами «речевого общения», в число которых входят как глаголы говорения, так и глаголы, в семантике которых предполагается наличие речевого акта и одновременно содержится его оценка: 1. Многие твердят: «Сперва накормить народ, а потом уже заботиться о культуре».

Отсюда «остаточный» принцип в отношении к культуре (Лихачев). 2. А другие талдычат: патриотизм – это позорное пятно, мы ни на что свое не способны, мы должны без оглядки – все, все, все перенимать с Запада (Солженицын).

2) Второй субъект спора может иметь косвенное выражение, занимая позицию дополнения: 1) Некоторых пугает угроза нигилизма, идеологический вакуум.

Но доморощенные культы не способны заполнить вакуум, они распадаются на карточные домики (Померанц).

3) «Общее мнение» может постулироваться в структуре предложения без указания на второго субъекта спора, замещающего позицию подлежащего или дополнения:

а) «Общее мнение» постулируется неопределенно-личным предложением: 1.

Говорят у нас теперь: «Никто не забыт, ничто не забыто». О,.многое забыто!

(Солженицын). 2. Сейчас вот спорят здесь, имеем ли мы свободу, что понимать под свободой? Говорят – права человека. Вот свобода печати. Может быть, у нас есть свобода печати, а скорее – нет. Ведь газеты и на Западе до известной степени зависят от того, кто дает деньги, что там говорить (Солженицын)..

б) Указание на «общее мнение» осуществляется посредством особых конструкций, в которых позиция подлежащего замещена предикативной единицей, в которой представлено мнение оппонента: 1. Везде звучало – и в этом зале тоже – «нет, у нас была свобода, мы ее потеряли 3-4 октября». Простите, пожалуйста, раньше мы могли свободу потерять или приобрести в августе 91-го. И тогдато мы ее и упустили (Солженицын). 2. Со всех сторон слышно: у нас теперь демократия! Все пользуются этим словом, хотя в общем-то мало кто его понимает.

И в общем-то подлинная демократия у нас еще не начиналась (Солженицын).

в) На «общее мнение» могут указывать существительные ментальной семантики: мнение, тезис, утверждение, споры и т. п., которые находятся в главном компоненте сложноподчиненного предложения и требуют распространения либо определительным или изъяснительным придаточным, либо компонентом, заключающим прямую речь, содержащими оспариваемое автором мнение: 1. На сегодняшний момент чрезвычайно распространено убеждение, будто писатель, поэт в особенности, должен пользоваться в своих произведениях языком улицы, языком толпы. При всей своей кажущейся демократичности и осязаемых практических выгодах для писателя утверждение это вздорно и представляет собой попытку подчинить искусство, в данном случае литературу, истории (Бродский).

г) Указание на мнение оппонента может выражаться с помощью страдательных оборотов: 1. Между тем здоровая мысль о том, что не следует создавать «бума», ажиотажа иногда понимается превратно: под этим флагом в иных журналах и издательствах «перекраиваются» планы, выбрасываются произведения, которые столь долгое время ждали своего часа и которых ждали и ждут читатели (Лихачев). 2. Свой гонорар писатель должен получать только в результате огромного труда. У нас же писательство рассматривается как своего рода «кормушка»: выпускают книжки, локтями пробивают себе дорогу в Союз писателей, чтобы нигде не работать, забывая о том, что хлеб искусства - черствый и трудный хлеб (Лихачев).

д) Мнение или позиция оппонента могут быть заключены в полупредикативном компоненте, выраженном причастным оборотом: Есть голоса, призывающие вернуться к традиционным и, возможно, более безопасным формам земледелия. Но возможно ли это осуществить в мире, где и сейчас сотни миллионов людей страдают от голода? Несомненно, наоборот, необходима дальнейшая интенсификация и распространение ее на весь мир, на все развивающиеся страны (Сахаров).

е) Отношение автора к мнению оппонента может заключаться в лексическом значении слова-предиката, имеющего оценочный характер типа (не) согласен;, (не) нравится и т.п.: 1. Я не согласен с тем, что писатель – это профессия. Писатель – это судьба. Это жизнь (Лихачев). 2. Я далек от идеи поголовного обучения стихосложению и композиции; тем не менее подразделение общества на интеллигенцию и на всех остальных представляется мне неприемлемым (Бродский).

ё) Позиция или мнение оппонента могут быть выражены в придаточной части компаративного сопоставительного предложения, в котором «сопоставляются два действия или состояния с точки зрения предпочтительности одного другому»:

Мне кажется, что диалог с мировыми культами, в активе которых искусство Баха, Рублева, Данте, - более достойный путь, чем восстановление культа деспота и убийцы (Померанц).

4) Отмежеваться от оценки, высказанной другим субъектом или «общим мнением», автор может с помощью частиц мол, дескать, якобы, которые указывают на источник сообщения с оттенком недостоверности, а также с помощью частиц вроде бы, как бы: Обилие информации, по-моему, не всегда есть благо. Ведь считалось в 19веке, что придет наука, она все решит, все проблемы снимет. Мол, все будем знать, все решим… Это все равно что лозунг: «Давайте, все будут иметь высшее образование, и тогда никаких проблем не будет!» (Залыгин).

Разная степень согласия с чужим мнением может эксплицироваться с помощью вводно-модальных слов конечно, конечно же, действительно, да, допустим, кажется, казалось бы.

Тактика ведения спора в таких случаях заключается в том, автор частично разделяет чужое мнение и оспоривает только какой-то аспект обсуждаемого положения дел. Для такой тактики существенным является значение допущения, которое по-разному проявляется в случае с конечно, действительно, да и с допустим. Допуская другой взгляд, мнение, оценку, вводимую конечно, действительно, да, автор как бы согласен с ними, но затем выдвигает суждение, оспаривающее существенную сторону приводимого положения, обычно представляемое противительной конструкцией: Конечно же, человеку естественней рассуждать о себе не как об орудии культуры, но, наоборот, как о ее творце и хранителе, но если я сегодня утверждаю противоположное, то это не потому …(Бродский).

Допущение чужого мнения посредством слова допустим означает полное несогласие с ним автора. Такая экспликация имеет логическую подоплеку в способе апагогического доказательства: сначала делается апагогический шаг – допускается антитезис, затем приводятся противоречащие этому тезису аргументы: Допустим, художник никому ничего не должен, но больно видеть, как может он, уходя в своесозданные миры или пространства субъективных капризов, отдавать реальный мир в руки людей корыстных, а то и ничтожных, а то и безумных (Солженицын).

С помощью слова да автор как бы допускает чужое мнение, но допущение это только видимое: внешне соглашаясь с приведенным тезисом, он вкладывает в него иной смысл, чем его оппонент: Да, нам очень надо спешить. Нам надо спешить заполнить пропасть между властью и народом, заполнить народным самоуправлением. Нам надо спешить, работать и вытаскивать, работать и вытаскивать себя из этой пропасти экономической из этой неразберихи, из хаоса. А спешить с избирательной кампанией нам не надо – на это будет месяц последний (Солженицын).

Слова казалось, казалось бы, кажется вводят ту часть, которая отражает, как правило, «общее мнение», и автор только д о п у с к а е т право на его существование, но не с о г л а ш а е т с я с таким взглядом на положение дел: Казалось бы: облик современного мира весь в руках ученых, все технические шаги человечества решаются ими. Казалось бы: именно от всемирного содружества ученых, а не от политиков должно зависеть, куда миру идти… Но нет, ученые не явили яркой попытки стать важной самостоятельной действующей силой человечества (Солженицын).

Иначе представлен адресат в скрытой полемике, в которой не репрезентируется другая сторона, не воспроизводятся чужие слова, они только подразумеваются.

Но «вся структура речи была бы совершенно иной, если бы не было этой реакции на подразумеваемое чужое слово» (М.М. Бахтин). Скрытый диалог-спор с оппонентом обнаруживается в публичном дискурсе на синтаксическом и на семантическом уровне.

На наличие скрытого оппонента могут указывать отрицательные конструкции, которые, в отличие от утвердительных высказываний, обладают модальной окраской оценочного характера. Это свойство определяет их использование в качестве верификативных высказываний. В аргументирующем дискурсе диалогические отношения создаются отрицательно-противительными конструкциями и отрицательными конструкциями без противопоставления. Исследуемый нами материал показал, что отрицательные конструкции без противопоставления и с противопоставлением создают диалогические отношения по-разному.

В конструкции без противопоставления та часть, которая отрицается, представляет собой мнение или позицию оппонента, которые, по мнению автора, не соответствуют действительности. Другого утверждения в противовес оппонируемому мнению автор не выдвигает, оно вытекает только из контекста: Она, эта литература, не была ни бегством от истории, ни заглушением памяти (Бродский).

В убеждающей аргументирующей речи отрицание предполагает утверждение авторского мнения по оспариваемой проблеме. Поэтому в публичном дискурсе чаще используются отрицательные конструкции с противопоставлением, которые не только отрицают мнение оппонента, но и представляют противоположную позицию. Такие конструкции с противопоставительной семантикой, выражающие наличие двух противоположных взглядов и сопоставляющие их, придают тексту острую полемическую направленность и экспрессию.

Значение противопоставления выражается контрастно-сопоставительными конструкциями типа не …но; не …а; вовсе не … а; отнюдь не …а: Культурный человек не тот, кто много читал классических произведений, много слушал классическую музыку и т. д., а тот, кто обогатился всем этим, которому открылась глубина мысли прошедших веков, душевная жизнь других, который много понял и, следовательно, стал терпим к чужому, стал это чужое понимать (Лихачев).

Утверждение оппозиционного авторского мнения во втором компоненте сопоставительно-противительной конструкции не всегда маркируется союзами, тогда на первый план выдвигается не противительное, а сопоставительно-оценочное значение: Нет малой кражи, нет малого воровства – есть просто воровство и просто кража. Не бывает малого обмана - есть просто обман, ложь (Лихачев).

Частичное согласие автора с чужим мнением может фиксироваться в конструкциях с сопоставительно-градационными двухместными союзными соединениями не только…но и; не столько …сколько. В публичном дискурсе для эксплицирования чужого мнения интерес представляет градация значимости. При градуировании значимости сообщаемое в одной части представлено как наиболее важное, весомое, убедительное, т.е. коммуникативно более значимое по сравнению с другой частью. Этот вид градации предполагает расчлененность градуируемого: в соотнесенных частях высказывания - две разные ситуации или два самостоятельных информативных фрагмента, каждому из которых соответствует отдельный экстралингвистический референт. Одна из соотносимых частей может представлять собой уже известное мнение, которого придерживаются многие. У автора есть свой взгляд на проблему, который фиксируется в другой из соотносимых частей. В результате дотекстовой сравнительной оценки информации два взгляда, фиксирующие положение вещей, градуируются по степени значимости. Результаты такого сопоставления отражаются в конструкции с градационными отношениями, в которой мнение автора, заключенное обычно во второй из соотносимых частей, оказывается, на его взгляд, более значимым: Будучи всегда старше, чем писатель, язык обладает еще колоссальной центробежной энергией, сообщаемой ему его временным потенциалом – то есть всем лежащим впереди временем. И потенциал этот определяется не столько количественным составом нации, на нем говорящей, хотя и этим тоже, сколько качеством стихотворения, на нем сочиняемого (Бродский). Таким образом, конструкции с градационно-сопоставительными союзами используются в публичном дискурсе как способ выражения отношения к чужому мнению.

На семантическом уровне оппонент может быть представлен имплицитно благодаря использованию оценочных слов с отрицательной модальностью: И не надо этого отчаяния и уныния, которые вообще являются величайшими грехами – «бесперспективность, все погибло, мы не состоялись как нация»,- ах, милые, еще как состоялись! Мы показали это еще в 17 веке, в нашу Смуту – поразительно!

(Солженицын).

Оценочные слова придают высказыванию экспрессию, которая появляется не сама по себе, а как ответная реакция на предтекст и выражает отношение говорящего к чужим высказываниям.

Средством диалогизации мы считаем также иронию. Ирония известна с древности как прием создания тонкой, скрытой насмешки над противником в споре, это делает возможным ее использование для создания скрытой полемики.

Побудительные предложения, являясь прямым средством адресации и диалогизации, не получают в публичном аргументирующем дискурсе широкого употребления в силу директивного характера. Выражаемая императивом однонаправленность действия, не подлежащего обсуждению, делает возможным его употребление в аргументируще-убеждающей речи только в том случае, если оратор выступает с позиции учителя, наставника или судьи. Уравновешенные роли коммуникантов не предполагают использования в аргументирующей речи императивных форм глагола в апеллятивной функции. Поэтому ораторы чаще используют глагольные формы «совместного действия», снимающие категоричность и позволяющие избегать назидательности. Употребление форм глаголов 2-го лица в публичном дискурсе обусловлено стремлением говорящего привлечь внимание адресата к наиболее важным моментам содержания текста.

Таким образом, исследуемый нами материал показал, что синтаксическая и семантическая структура аргументирующего дискурса напрямую обусловлена фактором адресата. Адресатная семантика ораторской речи имеет особенности по сравнению с другими речевыми сферами в силу специфики публичной речи как вида речевой деятельности и специфики отношений межу оратором и разными типами адресатов. Многоуровневая структура адресата, отраженная в языковых особенностях, позволяет говорить, как нам кажется, не о диалогичности, а о полилогичности как сущностном свойстве аргументирующего дискурса.

В Заключении содержится обобщенное представление основных результатов исследования, которое показало специфику фактора адресата в публичном аргументирующем дискурсе. Намечены возможные перспективы дальнейшего изучения адресатности в отношении других речевых жанров.

Библиография насчитывает 245 наименований отечественной и зарубежной научной литературы, словарей, учебных пособий.

Основные положения работы отражены в следующих публикациях:

1. Обучение устным речевым жанрам // Путь в риторику. Проблемы и трудности преподавания. Сб. материалов / сост. С.А. Минеева. – Пермь: ТОО ЗУУНЦ, 1994. – Вып.1. – С. 176-180.

2. Некоторые особенности употребления обращений в устной публичной речи // Межвузовский сборник научных статей / Сост. Г.Д. Ушакова. – ЮжноСахалинск: Изд-во СахГУ, 2001. - Вып. 11. – С. 62-65.

3. Особенности функционирования риторических вопросов в публичном дискурсе // Труды Дальневосточного государственного технического университета. - Вып. 131. – Владивосток, 2002. – С.243-247.

4. Вопросительные предложения как средство диалогизации публичного дискурса // «И новое младое племя…». Межвузовский сборник статей молодых ученых –русистов Дальнего Востока. – Хабаровск: Изд-во Хабаровского пед. унта, 2002. – С.30-37.

5. Фактор адресата как прагматический компонент дискурса // Актуальные проблемы методики преподавания филологических дисциплин в вузе и школе:

Сб. материалов 3 Маймановских чтений / Сост. и ред. Р.В. Якименко. – ЮжноСахалинск: Изд-во СахГУ, 2002. – С.144-145.

6. Специфика адресата публичной аргументирующей речи // Научнометодический ж-л «Сахалинское образование – 21 век» / Отв. секретарь В. М. Швецова. – Южно-Сахалинск, 2002, №4. – С. 12-16.

Фактор адресата в публичном аргументирующем дискурсе Утверждено диссертационным советом ДМ 212.056. Подписано в печать 24.09. Формат 60х84 1/16. Усл. печ. л., уч. – изд. л.

Издательство Дальневосточного университета 690950, г. Владивосток, ул. Октябрьская, Отпечатано в типографии ИПК ДВГУ 690950, г. Владивосток, ул. Алеутская,

 
Похожие работы:

«ПОЛЯКОВА ЕЛЕНА ВЛАДИМИРОВНА СТИЛИСТИЧЕСКИЕ И ЛИНГВОПОЭТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ РАССКАЗОВ Г.Х. МАНРО Специальность 10.02.04 – германские языки АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Москва-2014 Работа выполнена на кафедре английского языкознания филологического факультета ФГБОУ ВПО Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова НАУЧНЫЙ доктор филологических наук, профессор РУКОВОДИТЕЛЬ: Липгарт Андрей Александрович...»

«ПРОСЯННИКОВА ОЛЬГА ИГОРЕВНА Синкретические формы типа существительное/глагол в английском языке Специальность 10.02.04 – Германские языки АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук Санкт-Петербург - 2013 Работа выполнена в Автономном образовательном учреждении высшего профессионального образования Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина Официальные оппоненты : Воронцова Татьяна Ивановна доктор филологических наук,...»

«ГАВРИКОВА ЭЛИНА ОЛЕГОВНА ФОРМИРОВАНИЕ АНТРОПОНИМИИ В ДЕТСКОМ РЕЧЕВОМ СОЗНАНИИ Специальность: 10.02.01. – Русский язык Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Тюмень 2005 1 Работа выполнена на кафедре общего языкознания Тюменского государственного университета Научный руководитель : доктор филологических наук, профессор, академик АРЭ, РАЕН, АГН, заслуженный деятель науки РФ Фролов Николай Константинович Официальные оппоненты : доктор...»

«Шаова Оксана Александровна Россия и Франция: национальные стереотипы и их метафорическая репрезентация (на материале французских и российских газет) 10.02.20 – сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Екатеринбург – 2005 Работа выполнена в ГОУ ВПО Уральский государственный педагогический университет Научные руководители: кандидат филологических наук, доцент...»

«Вершинина Татьяна Станиславовна Зооморфная, фитоморфная и антропоморфная метафора в современном политическом дискурсе 10.02.01 – русский язык Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Екатеринбург - 2002 2 Работа выполнена в Уральском государственном педагогическом университете Научный руководитель - Заслуженный деятель науки РФ, доктор филологических наук, профессор Чудинов А.П. Официальные оппоненты : доктор филологических наук,...»

«ПЕРЕСКОКОВА Анна Юрьевна МЕТАФОРИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ ОБРАЗА РОССИЙСКИХ И АМЕРИКАНСКИХ СРЕДСТВ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ: РЕФЛЕКСИВНЫЙ АСПЕКТ 10.02.20 – сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Екатеринбург – 2006 Работа выполнена в ГОУ ВПО “Южно-Уральский государственный университет” Научный руководитель : заслуженный деятель науки РФ, доктор филологических наук,...»

«БЫКАНОВА Мария Сергеевна ЯЗЫКОВАЯ ЛИЧНОСТЬ МУЗЫКАНТА В ЭТНОКУЛЬТУРНОМ АСПЕКТЕ (НА МАТЕРИАЛЕ ДИСКУРСНЫХ МАНИФЕСТАЦИЙ А.Н. СКРЯБИНА И К.ДЕБЮССИ) Специальность 10.02.19 – теория языка АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Белгород - 2014 Работа выполнена в Федеральном государственном автономном образовательном учреждении высшего профессионального образования Белгородский государственный национальный исследовательский университет...»

«САФЬЯНОВА Мария Андреевна ТРАДИЦИОННЫЙ РУССКИЙ БЫТ В ЯЗЫКОВОЙ КАРТИНЕ МИРА (НА МАТЕРИАЛЕ ПАРЕМИЙ С НАИМЕНОВАНИЯМИ ОРУДИЙ ТРУДА И ПРЕДМЕТОВ ДОМАШНЕЙ УТВАРИ) 10.02.01 – Русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата филологических наук Тюмень – 2014 Работа выполнена в федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования Тюменский государственный университет, на кафедре общего языкознания. Научный...»

«ЮЧЕНКОВА Алёна Константиновна ПЛЮРАЛИЗМ НОРМЫ НОРВЕЖСКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА Специальность 10.02.04 – германские языки АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Москва 2008 Диссертация посвящена исследованию эволюции письменной нормы норвежского литературного языка в условиях особой языковой ситуации в Норвегии. Объектами исследования являются сложившаяся в силу особых исторических условий языковая ситуация в Норвегии, варианты...»

«Осадчий Михаил Андреевич ПУБЛИЧНАЯ РЕЧЕВАЯ КОММУНИКАЦИЯ В АСПЕКТЕ УПРАВЛЕНИЯ ПРАВОВЫМИ РИСКАМИ Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук Специальность 10.02.01 – русский язык Кемерово 2012 Работа выполнена на кафедре стилистики и риторики федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования Кемеровский государственный университет, г. Кемерово. Научный консультант : заслуженный работник...»

«Чу Шуся РЕЧЕВЫЕ СРЕДСТВА ВЫРАЖЕНИЯ КОММУНИКАТИВНОГО ДИСКОМФОРТА В МЕЖКУЛЬТУРНОМ ДЕЛОВОМ ОБЩЕНИИ Специальность 10.02.01 – Русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Санкт-Петербург 2014 2 2 2 Работа выполнена на Кафедре русского языка как иностранного и методики его преподавания ФГБОУ ВПО Санкт-Петербургский государственный университет. Научный руководитель : Попова Татьяна...»

«Зубкова Ольга Станиславовна ЛИНГВОСЕМИОТИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ МЕТАФОРЫ 10.02.19 – теория языка АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук Курск – 2011 Работа выполнена на кафедре профессиональной коммуникации и иностранных языков Курского государственного университета Научный консультант : доктор филологических наук, профессор Лебедева Светлана Вениаминовна Официальные оппоненты : доктор филологических наук, профессор Крюкова Наталья...»

«Хлопьянов Александр Владимирович ЛИНГВОПОЭТИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ АТРИБУТИВНЫХ СЛОВОСОЧЕТАНИЙ В ПОЭМАХ А.С. ПУШКИНА Специальность 10.02.01 – русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Москва – 2008 Работа выполнена на кафедре русского языка филологического факультета ГОУ ВПО Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова Научный руководитель : кандидат филологических наук доцент Ольга Николаевна Григорьева...»

«ГРОМОВА Елена Арсентьевна ДИАХРОНИЧЕСКИЕ ИЗМЕНЕНИЯ СЛОВАРНОГО СОСТАВА АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА Специальность 10. 02. 04 – германские языки АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Ростов-на-Дону – 2011 Работа выполнена на кафедре теории и практики английского языка Педагогического института ФГАОУ ВПО Южный федеральный университет Научный руководитель : доктор филологических наук, доцент Муругова Елена Валерьевна Официальные оппоненты : доктор...»

«Быкова Татьяна Васильевна ЖАНРОВО-СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ И СТРУКТУРА ДЕЛОВЫХ ДОКУМЕНТОВ УЧРЕЖДЕНИЙ ПРОСВЕЩЕНИЯ г.ТОБОЛЬСКА ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII в. Специальность 10.02.01 – Русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Челябинск – 2012 Работа выполнена в федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования Тобольская государственная социально-педагогическая академия им.Д.И....»

«РЫБАКОВА Ирина Викторовна ТРАДИЦИЯ И НОВАЦИЯ В АРГОНАВТИКЕ АПОЛЛОНИЯ РОДОССКОГО (лексика – композиция – стиль) Специальность 10.02.14 – классическая филология, византийская и новогреческая филология АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата филологических наук Москва 2014 Работа выполнена на кафедре классической филологии Института восточных культур и античности Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального...»

«КАРКИЩЕНКО ЕЛИЗАВЕТА АЛЕКСАНДРОВНА ГЕНДЕРНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ: ДИСКУРСНЫЕ СРЕДСТВА ФОРМИРОВАНИЯ И РЕПРЕЗЕНТАЦИИ В КОММУНИКАТИВНОМ ПОВЕДЕНИИ ПОДРОСТКОВ Специальность 10.02.19 – Теория языка АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Москва 2013 Работа выполнена на кафедре общей теории словесности филологического факультета ФГБОУ ВПО Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова Научный руководитель : доктор филологических наук,...»

«Садыкова Резеда Камиловна ИСТОРИКО-ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ТЮРКО-ТАТАРСКОЙ ТОПОНИМИИ УЛЬЯНОВСКОЙ ОБЛАСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 10.02.02.- Языки народов Российской Федерации (татарский язык) АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Казань-2003 Работа выполнена на кафедре татарского языка Казанского государственного университета им.В.И.Ульянова-Ленина Научный руководитель : доктор филологических наук, профессор Саттаров Г.Ф....»

«Щитова Ольга Григорьевна КОМПЛЕКСНЫЙ АНАЛИЗ НЕИСКОННОЙ ЛЕКСИКИ В РУССКОЙ РАЗГОВОРНОЙ РЕЧИ СРЕДНЕГО ПРИОБЬЯ XVII ВЕКА 10.02.01 – Русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук Томск – 2008 Работа выполнена на кафедре русского языка ГОУ ВПО Томский государственный университет Научный консультант : доктор филологических наук, профессор Блинова Ольга Иосифовна Официальные оппоненты : доктор филологических наук Богословская Зоя...»

«ПОЛЕЖАЕВА Анастасия Николаевна ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОГО ПЕСЕННОГО ТЕКСТА: ЛИНГВОЭКОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ Специальность 10.02.01 - русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата филологических наук Иваново – 2011 Работа выполнена в ГОУ ВПО Ивановский государственный университет Научный руководитель : доктор филологических наук, профессор Фархутдинова Фения Фарвасовна Официальные оппоненты : доктор филологических наук, профессор Пузырев Александр...»






 
© 2013 www.diss.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, Диссертации, Монографии, Методички, учебные программы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.